Чтение онлайн

– Что там, Стив? – без особого интереса крикнул полицейский, наблюдавший за нами всё это время. Вернее, он усердно кому-то писал сообщения в своём смартфоне, ни разу не взглянув на нас.

– А вот что, – полицейский со злорадной ухмылкой вышел из моей комнаты. И показал плотный прямоугольный пакет с белым содержимым. Он достал перочинный нож из кармана и вспорол его, пробуя белый порошок на язык. – Кокаин, он самый. Тут не меньше двадцати граммов. У кого-то неприятности! – сказал мужчина и пытливо посмотрел на меня.

– Этого не может быть, – Оливия вскочила с дивана и растерянно посмотрела на меня. – Мы уже месяц живём вместе, я бы обязательно заметила что-то неладное. Ей наверняка подкинули… Софья, тебя хотят подставить…

– Успокойся, – твёрдо сказала я, понимая, что девушке недалеко до истерики. – Где именно вы нашли это? И почему вы не в перчатках? – быстро собравшись с мыслями, спросила полицейского. Так меня учил дедушка действовать в критической ситуации. Отключать чувства и думать трезво.

– Нашёл в тумбочке, а перчатки мне не нужны, – он с вызовом посмотрел на меня.

– Значит, вы специально оставили свои отпечатки пальцев на этом пакете? Ведь моих там не найдёте. Я впервые вижу этот пакет. Да что уж там, я впервые вживую вижу кокаин. Вы его подкинули? – сама не ожидала от себя такого вопроса.

Иногда я слишком рискованно выражаюсь – это у меня от мамы. Дедушка в таких случаях говорил: «Внучка, прямолинейность возможна тогда, когда ты уверена, что за тобой наука и закон. А иначе это обычная бестактность». Он имел в виду, что я должна быть уверена на сто процентов, что мои высказывания не идут в противоречия с научными знаниями, законами жизни или законодательными актами. В остальных случаях он не советовал высказывать своё мнение. Вот только сейчас закон был не на моей стороне. Поэтому, очевидно, я поспешила с едким обвинением.

– Считаешь себя слишком умной? – Стив попытался подавить меня своим пронизывающим взглядом. Но я знала, что ни в чём не виновата и правда будет на моей стороне.

Я не дам им себя сломать!

– У тебя есть пять минут на сборы. А ты, – он обратился к Оливии, – перестань скулить. И лучше молчи до выяснения всех обстоятельств. Скажешь, что её куда-то отправили по работе. А руководство университета мы предупредим лично. Ясно тебе?

– Да, сэр, – Оли только сильнее начала переживать, крупные слёзы покатились из её глаз.

– Оли, всё будет хорошо. Перестань рыдать. Завтра утром мы уже вместе будем пить чай, – как можно увереннее сказала я. Хотя у самой сердце отбивало чечётку, а ноги стали ватными и отказывались идти. – И не вздумай сказать Люку! – обернувшись, сказала подруге.

Да, я не ошиблась. За короткий месяц стажировки наивная француженка стала мне другом. Не спорю, чаще она выводила меня из себя, но всё же её искренняя доброта подкупала. Оли всегда интересовалась, как прошёл мой день, и с интересом слушала о моей работе, хотя я уверена, что многое ей было непонятно.

У меня никогда не было подруг. Я не знала, как правильно водить дружбу. Но поймала себя на мысли, что тоже переживала бы, если бы Оливию обвинили в чём-то незаконном. Наверное, так и проявляются дружеские чувства.

Под присмотром более дружелюбного полицейского по имени Лео я вернулась в свою комнату и переоделась в чёрный спортивный костюм. Даже не пришлось просить его отвернуться, так как мужчина беспрестанно смотрел в экран своего телефона.

– Куда вы меня отвезёте? – спросила, уже сидя в полицейской машине. Стив был за рулём. А рядом с ним на пассажирском сидении гордо восседал пёс – милая овчарка, которую так и хотелось почесать за ушком. Вот только я могла почесать за ушком лишь Лео, наверняка он даже не заметил бы этого. Его излишняя увлеченность телефоном начинала меня раздражать.

– В полицейский участок в паре кварталов отсюда, – отрешенно ответил Лео.

– А мне положен бесплатный адвокат? – серьёзно спросила я, не зная, какие права у обвиняемого в Штатах.

– Посмотрим на твоё поведение, – самодовольно произнес Стив.

– Вы не слишком ли себе много позволяете? В каком вы звании? Судя по вашим высказываниям, у вас самый низший ранг, – нарывалась я. Но и этот Стив вёл себя действительно неуважительно.

Может, в его глазах я и преступница, но в первую очередь девушка, которая… очень дерзко с ним разговаривает. Ладно, в нём говорит обида на моё обвинение. Но меня до сих пор не покидает мысль о том, что именно Стив и подкинул этот пакетик, и тот его коварный взгляд. Хорошо, что в Штатах необязательно присутствие понятых при задержании, это сказал мне Лео, когда я переодевалась. Было бы очень стыдно перед коллегами, хоть я и не виновата. Глядишь, может, никто и не узнает о моём ночном визите в полицейский участок. Вот только боюсь, что Оливия долго не сможет молчать. Если уже не обошла пол-общежития.

Пока я всё это обдумывала, Стив резко затормозил и начал парковать машину. Удивительно, но он ничего не ответил на мою бойкую речь, только под нос себе что-то выговаривал, и, кажется, это был не английский язык.

Я не успела рассмотреть полицейский участок ни снаружи, ни внутри. Меня быстро завели в здание, провели по узкому коридору направо, и я оказалась в небольшом кабинете. Приглушенный тусклый свет. Мрачные серые стены. Небольшой прямоугольный стол и пара стульев. Всё.

Что-то это мне напоминает…

– Сейчас к тебе подойдет детектив, – сказал Лео и вышел из кабинета. Я осталась одна.

В голове был сумбур, я не понимала, с чего стоит начать разговор с детективом: то ли оправдываться, то ли обвинять Стива во всех грехах. Потихоньку паника начинала овладевать мной.

Может, стоит потребовать адвоката, и пока он не появится, ничего не говорить? У меня слишком мало знаний в этой отрасли. Кроме дедушки мне и позвонить-то некому. А его буду в последнюю очередь беспокоить, всё же первый инфаркт он перенёс тяжело. Второй может и не пережить.

– Добрый вечер, Софья, – в кабинет вошёл знакомый мне агент ФБР.

– Роберт Фоуз? Решили зайти на огонёк? – я не знала, как реагировать на его появление.

Он медленно подходил к столу, за которым я сидела, и ничего не говорил, лишь выжидающе смотрел на меня, сузив глаза. На мгновение время остановилось, дыхание замерло, сознание перевернулось…

– Это вы всё подстроили? – спросила я, внимательно изучая мимику и взгляд мужчины. Мне следовало понять ход его мыслей до того, как он начнёт говорить. Всё указывало на то, что его речь не понравится мне. Но Фоуз был нечитаем. Всё-таки агент ФБР не мальчик с улицы. Да и я без телепатических способностей.

– Молодец! Быстро соображаешь, – сказал агент и сел напротив меня.

– Не помню, чтобы разрешала обращаться ко мне на «ты», – от моей непозволительной дерзости брови агента взлетели вверх и появилась легкая ухмылка. Очевидно, это весь комплекс эмоций, которые он мог себе позволить.

– Видишь ли, ты сейчас не в том положении, чтобы делать мне замечания и дерзить, – колко подметил Роберт.

– Правда? И что вы сделаете? Посадите меня в тюрьму? Сколько уже невинных людей пострадало от ваших рук? – быстро задавала вопросы я.