Современная практика православного благочестия. Том 1
Шрифт:
Между тем значение психологического феномена — искушения — настолько важно для нашей духовной жизни, что всякому христианину необходимо иметь о нем глубокое познание и применять это познание на опыте жизни в своей никогда не прекращающейся «невидимой брани» с лукавым духом.
Что такое искушение?
В лексиконе духовной литературы словом «искушение» обозначаются два понятия.
Во-первых, искушением называют все тяжелые, неприятные для души переживания, приходящие к человеку извне по Божию попустительству — в наказание, для исправления, для испытания в вере и т. д. Сюда будут относиться болезни, материальная нужда, обиды и несправедливости от людей и т. п. Об отношении к ним христианина будет подробно говориться в 3-й части наших очерков, в главе «Перенесение скорбей».
Во-вторых, искушением называется состояние души, когда ей непосредственно темной силой или через слова людей навязываются мысли, а сердцу чувства или пожелания, нарушающие душевный мир или влекущие к нарушению Божественных заповедей, требований совести и разума.
Подобное искушение неизбежно для каждого человека, пока он живет на земле. Сам Господь в пустыне был искушаем от диавола (Мф. 4, 7-11).
«Чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим», — пишет ап. Павел коринфянам (1 Кор. 7, 5).
И во всем Священном Писании источником искушений часто рисуется сатана. Также и в молитве Господней непосредственно после прошения «не введи нас во искушение» следуют слова «но избави нас от лукавого».
Господь сказал: «Горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам» (Мф. 18, 7). Почему же Господь допускает искушения и говорит, что «надобно придти соблазнам»?
На этот вопрос так отвечает пастырь о. Иоанн С:
«В жизни христианской необходимы искушения, пробы для испытания нашего духовного состояния… Как для пробы каких-либо вещей, например серебра, нужны инструменты, так и для пробы или испытания души нужны люди, которые намеренно или вовсе неумышленно своими поступками в отношении к нам делали бы явным и для нас и для других — покорны ли мы Божиим повелениям, объявленным нам в Евангелии, или нет — по духу ли мы живем, или по плоти?»
Вместе с тем можно думать, что счастье вечной жизни и будущего пребывания с Богом в Царстве Небесном так велико и является таким неоценимым и ни с чем не сравнимым даром человеку от Бога, что может приобретаться также лишь за многие подвиги — преодоление искушений и соблазнов при длительном испытании души человеческой.
«Если бы не было искушений, никто бы не получил Царства Небесного», — говорил прп. Антоний Великий.
Вместе с тем св. отцы говорят, что лишь путем преодоления искушений в христианине умножаются опытность и духовная сила.
Вот почему диаволу непосредственно или через людей попускается искушать всякого человека. Как пишет прп. Варсонофий Великий одному из своих учеников:
«Неужели ты думаешь, что диавол перестанет искушать кого-либо?»
Действительно, наш искуситель сатана и его воинство в течение тысячелетий не устают изощряться в искушениях людей — каждой человеческой души.
Одним из типичных видов мысленных искушений является пробуждение в людях маловерного беспокойства за свое существование и за обеспечение себя и своих ближних всем необходимым для тела, сожалений о каких-либо упущенных возможностях или ошибках при достижении материальных благ, зависти к чужому преуспеянию, недовольства своим материальным положением и т. п.
Пораженная искушением душа забывает заповеди и обетования Господа: «Не заботьтесь… что вам есть и что пить…» — и впадает в маловерие, суету и многопопечительность.
Другим видом мысленных искушений является боязнь воображаемых опасностей и предвидение возможности различных несчастий. Боязливая и маловерная душа в этих случаях полна беспокойства и тревоги.
Ей уже кажется, что все ее опасения сбываются, она уже переживает в мыслях несчастье и мучается и страдает понапрасну.
Как утопавший в волнах ап. Петр, она смотрит только на призрачные житейские волны, тонет в них, забывая, что около нее стоит Христос, готовый в каждый момент протянуть руку и спасти от гибели, и что надо смотреть всегда не на призрачные волны, а на спасающего и поддерживающего Христа.
Одним из мысленных искушений являются сожаления. «Как жаль, что так получилось», — думаем мы; «а! как было бы хорошо, если бы дело пошло по-иному…» и т. д. И здесь мы расстраиваем себя бесплодными сожалениями и грешим против надежды на Промысл Божий о нас, против веры в то, что Господь Благ и Милостив и устраивает нашу жизнь так, как полезнее для нас. Также часто ловит нас лукавый в искушении бесплодными самоукорениями: «Зачем я сделал так?», «Зачем я согласился на это?», «Зачем выбрал этот путь?», «Зачем дал такое обещание?» и т. д.
Самоукорение имеет смысл только тогда, когда мы укоряем себя в грехе. Тогда полезно помучить себя укорами, чтобы больше не повторять греха и засвидетельствовать Богу свое покаяние. В житейских же делах самоукорение является только искушением и вредно, так как рождает печаль и уныние и поэтому на руку нашему врагу.
Если же мы даже и ошиблись, то и это, надо думать, случилось не без Промысла Божия, чтобы смирить нас, показать нам нашу немощь. Чаще всего жизненные неудачи обличают нас в том, что мы в делах надеемся на себя, а не на помощь Божию и забываем перед ними внимательно помолиться, передавая их в руки Божии.
Если человек мудр и наблюдателен в жизни, то он никогда не будет искушаться в самоукорениях и надеяться на себя, свои силы, свое знание жизни и сообразительность. Даже премудрый Соломон не считал, что исключительно мудрость и способность человека могут влиять на житейские дела.
Он пишет: «Обратился я, и видел под солнцем, что не проворным достигается успешный бег, не храбрым — победа, не мудрым — хлеб, и не у разумных — богатство, и не искусным — благорасположение, но время и случай для всех их» (Еккл. 9, 11).
Итак, все наши житейские успехи и неудачи — все зависит от воли Божией, и если наша совесть спокойна, то нам незачем укорять себя при неудачах в житейских делах.
Есть и еще случай, когда мы искушаемся и когда надо быть очень внимательным к себе. Это совершение нами какого-либо доброго дела. Диавол в этих случаях более, чем обычно, злобится на нас и старается на нет свести результаты нашего дела, испортив его каким-нибудь проступком невоздержания.
Так, оказав милость ближнему, мы можем пожалеть в душе об отданных ему материальных благах, опечалиться от этого и расстроиться. В других случаях мы захотим потщеславиться сделанным и расскажем о нем кому-либо, чем уничтожаем себе награду от Господа (Мф. 6, 1). В третьем случае мы доброе дело испортим одновременным осуждением ближнего и т. д.
Следует, однако, учесть при этом, что, по словам прп. Варсонофия Великого, искушение не будет иметь места, если доброе дело было совершено с усердием. Искушения бывают и при добрых чувствах и расположениях. Об этом игумения Арсения (Усть-Медведицкого монастыря) пишет так:
«Ко всякому (доброму) чувству враг примешивает свою отраву. Так, к сокрушению о греховности он примешивает отчаяние и безнадежие, и унывает душа и расслабляется; к отречению (от мира) — жестокосердие, холодность, бесчувствие; к любви — сладострастие; к утешению милостями, даруемыми Господом, — тщеславие и проч.
Человек не может отделить этот яд от благого чувства, но при молитве именем Господа Иисуса Христа, произносимой верою от сокрушенного сердца, этот яд отделяется от света Христова, разгоняется тьма из сердца и видна становится сопротивная сила.
От силы Христовой исчезает действие вражие, и в душе остается естественное состояние, не всегда сильное, но всегда чистое от плотской скверны, и безмятежное, и способное подклониться под действующую руку Божию».