Современная практика православного благочестия
Шрифт:
Итак, у «внутреннего» человека должна постепенно развиваться способность непрестанного внимания вовнутрь себя — на свои мысли и чувства, склонности, запросы и переживания.
Следует заметить, что эта способность наша слышать внутренним ухом и видеть духовными очами важнее для нас, чем зрение и слух физические. Про это говорит Сам Господь, Который скорбел за евреев из-за отсутствия у них внутренних глаз и ушей. Он говорил про евреев: «Они своими глазами смотрят и не видят; своими ушами слышат и не разумеют» (Мк. 4, 12).
Как пишет преподобный Исаак Сириянин:
«Потщись войти во внутреннюю свою клеть — и узришь клеть небесную; потому что та и другая — одно и то же, и, входя в одну, видишь обе. Лестница того царствия внутри тебя сокровенна в душе твоей. В себе самом погрузись от греха — и найдешь там восхождения, по которым в состоянии будешь восходить».
Как видно из слов прп. Исаака, наличие способности внутреннего зрения предопределяет возможность спасения души человека через покаяние. Спаситель говорит: «Светильник тела есть око; итак, если око твое будет чисто, то и все тело твое будет светло; а если оно будет худо, то и тело твое будет темно. Итак, смотри: свет, который в тебе, не есть ли тьма? Если же тело твое все светло и не имеет ни одной темной части, то будет светло все так, как бы светильник освещал тебя сиянием» (Лк. 11, 34–36).
Здесь Господь говорит о невещественном теле души и способности видеть ее одеяние — или в грязь страстей и пристрастий, или в красоту добродетелей: любви, веры, смирения и т. д.
И если внутреннее «око чисто», если человек умеет видеть появляющиеся на одежде души его пятна греха, то он будет иметь возможность наиболее глубокого покаяния, а через покаяние — очищения и преображения.
При «худом» же оке, т. е. внутренней слепоте, у человека нет возможности видеть пятна греха на одежде души. Отсюда нет и возможности покаяния.
Следует, впрочем, оговориться, что развитие внутреннего зрения есть лишь медленный процесс, как и весь процесс преображения «внешнего» человека во «внутреннего».
Иначе душе человеческой было бы даже худо при внезапном полном просветлении внутренних очей. Об этом так говорит подвижник благочестия И. И. Троицкий:
«Не вдруг открывает Господь грехи человека ему самому: иначе он от страха не вынес бы и умер».
Важнейшим условием для приобретения способности внутреннего зрения — очей сердца — является, по словам прп. Варсонофия Великого, наличие в человеке нищеты духа и смирения. Он пишет одному из своих учеников:
«По силе внутреннего человека трудись над тем, чтобы смирить свои помыслы, и тогда Бог откроет очи сердца твоего».
Как говорит прп. Макарий Великий:
«Как эти очи чувственно видят и распознают лице друга и любимого, так очи души достойной и верной, просвещенные Божественным светом, духовно видят и распознают истинного Друга, сладчайшего Жениха Господа, как скоро душа озарена Святым Духом.
Таким образом, душа, мысленно созерцая единую и неизглаголанную красоту, уязвляется Божественной любовию, настраивается ко всем духовным добродетелям и вследствие сего приобретает беспредельную и неистощимую любовь к вожделенному для нее Господу».
Препятствием к развитию внутреннего зрения (своей души и ее состояния) является впечатлительность (т. е. сильное сердечное переживание внешних явлений — событий, рассказов, книг, разговоров и т. п.).
Как противодействовать этому?
Еп. Арсений (Чудовской) отвечает:
«Гляди больше внутрь себя: там ты увидишь всю свою скверну.
Это вызовет другого рода впечатлительность — скорбь, плач, сожаление о своих грехах, результатом чего будет не беспокойство, которое порождается первого рода впечатлительностью, а внутреннее успокоение, умиротворение сердца».
Глубина познания себя и ведение глубины человеческой греховности является тем же, что и достижение духовной мудрости. И тогда, по словам архиепископа Иоанна, «мера мудрости человека определяется и мерой его евангельской ненависти к себе».
«Чистый сердцем, — по словам св. Григория Нисского, — не видит в себе ничего, кроме Бога».
Итак, «чистые сердцем» увидят Бога не только за гробом в Царстве Небесном, но еще и здесь, на земле, их внутренний человек будет созерцать великую любовь к себе Бога, Его всегдашний неизменно благой Промысл, и понимать мудрость направления Им всех судеб — своей, близких и всех народов. И в мире со всем миром в его успокоенной душе всегда будут звучать слова св. Иоанна Златоустого: «Слава Богу за все!» — «Аллилуиа!»
Глава 17. Различие «внешнего» и «внутреннего» человека
Указанную выше характеристику «внутреннего» и «духовного» человека и его отличие от «внешнего» и «душевного» можно резюмировать следующей таблицей:
| "Внешний", или "душевный", человек | "Внутренний", или "духовный", человек | |
|---|---|---|
| 1. Бог | Преимущественно лишь отвлеченное, абстрактное понятие. Бог далек. Если мысль и обращается к Нему, то холодно, лишь по привычке, при чтении молитвенного правила. | Бог — любящий, всеблагий, заботливый, как мать, всепрощающий при покаянии, а главное — близкий и во всех делах моей жизни (самых малейших) принимающий участие. Исполняет всякую просьбу, если она на пользу мне или ближнему. |
| 2. Святые | Святые — где-то там, вне моей жизни. | Святые — близкие братья во Христе, которые молятся за нас всегда, заботятся о нас. Они чутки ко всякой просьбе и тотчас же передают ее Богу. |
| 3. Цель | Есть текущая забота, суета, тягости, неприятности. Ум обычно не задается вопросом о цели жизни, не думает, что она не сегодня, так завтра оборвется. | Все подчиняется одному внутреннему требованию — как угодить Господу и стяжать Святого Духа, и тем сделать себя достойным для будущей, истинной вечной жизни. Каждый день хочется провести так хорошо и собранно, как последний день жизни. |
| 4. Таинства Церкви | В Таинствах покаяния (исповеди) и причащения Святых Таин или совсем не участвуют, или участвуют один раз в год, по обычаю, а не по потребности в них. | В Таинствах Церкви покаяния и причастия видят необходимейшее средство для поддержания жизни в духе и участвуют в них если не каждое воскресение, то не реже раза в месяц. Наблюдают, запоминают или записывают свои грехи, тщательно готовясь к Таинствам. |
| 5. Молитва | Если есть молитва, то в лучшем случае как «вычитывание» правила утром и вечером, обычно очень рассеянное, ум редко вникает в слова молитвы; в течение дня мысли о Боге теряются. Молитва не задевает чувств сердца и поэтому не приносит успокоения и мира душевного. | Молитва внимательная, сосредоточенная, мысли молитвы живо переживаются сердцем. Помимо «правила» мысли в течение дня все время обращаются к Богу то в непрестанной Иисусовой молитве, то за помощью перед началом дела, то с благодарением за полученную милость и помощь; то в молитве за ближнего, у которого неприятность или расстройство, то со славословием, покаянием и т. д. |
| 6. Окружающие | Обычно не до них, а только до себя; интересы ближних далеки, к ним холодное чувство или даже вражда и неприязнь. Не хочется ни говорить, ни иметь с ними дела, за исключением самых близких: родных по плоти или близких по работе и светским интересам. | Все люди милы и любезны как братья и сестры во Христе или как «образы Божии» (даже из числа неверующих и далеких по миросозерцанию). Хочется сделать им приятное: скорбящих утешить, грустных развеселить, несчастным помочь и т. д. Думы не о себе, а о ближних — как им помочь, послужить, чем-либо скрасить их жизнь, чем-либо их обрадовать. |