Современная практика православного благочестия
Шрифт:
Как говорит еп. Игнатий (Брянчанинов):
«Упражнение в самоукорении вводит в навык укорять себя. Когда стяжавшего этот навык постигает какая-либо скорбь, тотчас в нем является действие навыка и скорбь принимается как заслуженная».
А как пишет еп. Феофан Затворник:
«За всякую неприятность благодари Бога, помня, что она послана ради твоей пользы».
«Главная причина всякого смущения, — говорит прп. авва Дорофей, — если мы тщательно исследуем, есть то, что мы не укоряем себя. Отсюда проистекает всякое расстройство: по этой причине мы никогда не находим спокойствия».
«Укоряющий себя, куда бы ни пошел, — сказал и св. Пимен Великий, — что бы с ним ни случилось, вред ли, или бесчестие, или какая скорбь, уже предварительно считает себя достойным всего неприятного и никогда не смущается. Может ли быть что спокойнее этого состояния?»
Здесь вместе с тем следует предупредить, что укорение себя должно быть только в грехах, но отнюдь не за какие-нибудь житейские ошибки или промахи, вызвавшие те или иные несчастья.
Про это так пишет старец Зосима из Троице-Сергиевой Лавры:
«Несчастия и горести посылаются нам Провидением для испытания нас, для укрепления нас в жизни подвижнической.
Величайший подвиг — терпеть без ропота до конца дней своих все, что ниспосылается нам в этой земной жизни, полной печали и слез. "Претерпевший до конца, тот спасен будет".
Однако никогда не нужно приписывать себе тяжелых случаев, бывших с тобою и близкими тебе. Нет, все это не от себя, а ниспосылается тебе как крест.
Неси же его благодушно, воодушевленный светлой надеждой и твердой верой, что там, "идеже несть ни болезнь, ни печаль, ни воздыхание", там, в вечной жизни, скорбь, перенесенная здесь с упованием и терпением, даст тебе и твоим близким такую радость и такую близость к совершенной Любви и Истине, которую и вообразить себе человек не может.
Если ты несешь скорбь с терпением, этим ты свидетельствуешь свою верность Христу, свою преданность Спасителю и свою любовь к Воскресшему из мертвых и нас всех к Себе зовущему».
Переживая скорбь, никогда нельзя считать виновным в ней своего ближнего.
Об этом так пишет архиеп. Варлаам (Ряшенцев):
«Терпи обиды, неприятности, несправедливости, не дерзай по гордости винить в них твоего ближнего. Вина лежит в тебе, а не в нем: Господь желает очистить твои грехи, вот и посылает тебе как бы незаслуженную обиду и скорбь, но она заслужена тобою, твоими разными грехами, другими, прежними.
И прими скорбь с радостью как лекарство очистительное от Самого Господа, а обидчика считай небесным другом, целителем твоей души.
Бойся судить обидчика, укорять и т. д. — он твой благодетель, допущен Богом для очищения твоих грехов, для твоего смирения и терпения».
Итак, при перенесении страданий и невзгод для христианина ропот и выражение недовольства совершенно недопустимы.
Св. отцы запрещают даже жаловаться на погоду, говоря, что «слишком холодно» или «слишком жарко».
Будем помнить также, что Господь не оставляет нас никогда. И он с нами в самые скорбные, безотрадные минуты. Будем помнить слова из псалма: «Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби… Избавлю его… И явлю ему спасение Мое» (Пс. 90, 15–16).
О том же пишет и апостол Павел: «По мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение наше» (2 Кор. 1, 5).
И действительно, прп. Исаак Сириянин свидетельствует:
«Когда душа упоена радостью надежды своей и веселием Божиим, тогда тело не чувствует скорбей, хотя и немощно; несет сугубую тяготу — и не изнемогает, но наслаждается и содействует наслаждению души, хотя и немощно. Так бывает, когда душа входит в оную радость Духа».
Великое приобретение для христианина, когда он научится в жизни одинаково принимать от Господа все, что ему посылается, — сладкое и горькое, легкое или тяжелое, радостное или печальное — и с неизменной благодарностью к Богу говорит себе: «Я и той доли не стою, которою в настоящее время наградил меня Господь».
Вот еще что про восприятие страданий писала одна христианка:
«Господь со мной. Он меня любит. Чего мне бояться? Сколько радости, и утешения, и силы несут с собой эти слова.
1) Господь все знает и любит меня. Он покроет мою ошибку, если так лучше для меня.
2) Я больна, меня ждут большие страдания. Но Господь все знает и любит меня. Если Он мне посылает
страдания, то Он с заботливостью матери пошлет помощь, а страдать не даст выше сил.
3) Господь все знает и любит меня, и если нужно, пошлет мне хоть одну отзывчивую душу.
Слова эти применимы во всех обстоятельствах жизни, во всех состояниях души. Но для этого нужна чистая и крепкая связь души с Господом».
Однако, по словам старца Силуана, страдание от бедности и болезней не принесет пользы, если человек не смирится.
Как пишет и о. Александр Ельчанинов:
«Постоянное явление (у не кающихся грешников), что страдания не обращают души к Богу, что они бесплодно раздавливают ее и являются таким образом безрезультатными.
Тогда человек под влиянием несчастий как-то грубеет. И это ясно, отчего, — человек жадно кидается на жизнь, на счастье, ставит его выше всего, вне Церкви, Бога, любви ко Христу. И обрушивается несчастье, застает его врасплох, озлобляет, огрубляет его.
Пот, слезы, кровь… Если проливается пот с внутренним противлением, злобой, проклятием; если слезы — от обиды, злобы; если кровь (болезнь) — без веры, то ничего доброго душа не приобретает…
Почему так спасительны были страдания блудного сына? Почему он, "войдя в себя", нашел путь спасения? Потому что он вспомнил дом отца, потому что он твердо знал, что есть этот дом; потому что он любил его, потому что (оставив язык образов) грешник этот верил в Бога. Вот что спасает нас в страданиях. Вот что открывает нам врата небесного чертога, единственные врата, в которые стоит стучаться.
Поэтому страдания, с точки зрения духовного роста, ценны не сами по себе, а только по своим результатам. Отнимая земное счастье, они ставят человека лицом к лицу с высшими ценностями, заставляют его открыть глаза на себя и мир, обращают его к Богу. Отсюда следует, что земное счастье, связанное со всегдашней памятью о Боге, не исключающее напряженности духовной жизни, есть безусловное добро; равно как страдания, если они озлобляют или принижают человека, не преображая его, не давая благотворной реакции, — только сугубое зло.
Это в ответ на очень распространенное убеждение, что Церковь и Евангелие осуждают всякое земное счастье и зовут к страданиям ради их самих».
Отсюда можно также заключить, что характер восприятия человеком скорбей является показателем его близости к Богу и наличия в нем основных христианских добродетелей — веры, смирения и покорности Промыслу Божию о нем.
Послушание
Глава 16. Послушание и его значение
Христос смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной.
Все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте.
Спроси отца твоего, и он возвестит тебе, старцев твоих, и они скажут тебе.
Без совета ничего не делай.
Сам Господь влагает в уста вопрошаемого, что сказать, ради смирения и правоты сердца вопрошающего.
Человек создан для свободной воли. Но значит ли это, что человек совершенно свободен в своих желаниях, намерениях, решениях и поступках? И законны ли его самоволие и самочиние?
Нет, по Божиим законам, на которых зиждется мироздание, человеческая воля была ограничена. Бог указывал Адаму, что ему дозволяется и что запрещается.
Не позволяя вкушать с древа «познания добра и зла», Бог предупреждает Адама о наказании. И это наказание самое страшное, которое только могло постичь человека, — лишение его жизни (Быт. 2, 16–17). Когда же Адам вступил на путь самоволия, то этим вверг в бездну нечестия и себя, и весь род человеческий — всех своих потомков, «целого Адама».