Чтение онлайн

«Блуждание вокруг денотата» (так обозначила лексические поиски говорящего или пишущего М.В. Ляпон – Ляпон 1995), достаточно ярко характеризующее социальные и профессиональные черты говорящего, представлено в высказывании директора фирмы, торгующей подержанными автомобилями:

Мы очень не любим говорить про такие автомобили second hand или, еще хуже, бэушный. Говоря так, сразу возникает образ некоего транспортного средства, отслужившего несколько своих гарантийных сроков, накатавшего за сотню тысяч километров, с грязным замасленным двигателем, выступившей кое-где на кузове ржавчиной. Для внутреннего пользования мы ввели термин юзанный автомобиль – от английского used саг – переводится примерно как «пользованный автомобиль». Вроде бы то же самое значение, но… (журнал «Автопилот». 1995. Август).

Коммуникативно значимой может оказаться актуализация различий между ближайшими членами парадигмы. Так, в приводимом ниже фрагменте публицистического текста столкновение слов соглашение и сговор («соглашение в результате переговоров (обычно неодобр.)») демонстрирует не только разные точки зрения на один и тот же исторический факт, но и в лаконичной цитации воскрешает идеологический штамп советской публицистики:

С его [Картера. – В.К., В.Ч.] именем были связаны события огромной значимости – первым в их ряду стоит подписание в загородной резиденции президента в Кемп-Дэвиде мирного соглашения между Израилем и Египтом. Этот сговор, как его тогда называли в советской прессе, позволил перейти <…> к нормальному в конечном итоге диалогу и взаимному признанию (Огонек. 1995. № 11).

Поиск адекватного замыслу лексического средства в узком круге семантически сходных лексических единиц чреват неточностями, сбоями, связанными с переносом слова в чужеродную стилистическую среду, а также весьма характерной для современной речи избыточностью, претенциозным акцентированием квазиразличий у очень близких по значению слов:

Зима не думает отступать. Нас опять ожидают холода и морозы (радио «Эхо Москвы». 31.01.03).

Василий Антонович пришел в тот трудный, сложный, непростой момент, когда факультет переживал реорганизацию (устная речь).

Встречаем наших прославленных спортсменов! Елена Бережная и Антон Сихарулидзе! Овации и аплодисменты! (ведущая шоу «Звезды на льду». Ледовый дворец. 28. 05.2004).

Большой и глобальной задачей является создание агробиологической станции (устная речь).

Территориальные образования в недавнем прошлом не просто игнорировались, а вообще не принимались во внимание (Вестник «Единой России». 2003. № 16).

Использование двух совпадающих по значению слов и словосочетаний лишено в приведенных примерах семантического основания.

Выбор из более широких парадигм (синонимических, гипонимических, лексико-семантических групп и полей), с одной стороны, дает большую свободу говорящему, а с другой – может сопровождаться разнообразными коммуникативными сбоями. Косвенным показателем недостаточной свободы в использовании ресурсов лексических парадигм является чрезвычайно распространившееся сегодня в спонтанной речи использование выражения «и так далее, и тому подобное», следующее после одного или (в лучшем случае) двух членов потенциального однородного ряда.

Оценивая современное состояние речевой культуры, уместно вспомнить, что операции по выбору наименования связаны с особенностями речемыслительных механизмов левого и правого полушарий головного мозга. Для правого полушария характерны выбор наименования из ядра ассоциативного поля на основе грубых дифференциальных признаков, тенденция к выбору гиперонимического наименования. Левое полушарие отвечает за точность наименований. Овладение тонкими механизмами левого полушария «связано с длительным обучением, повышением уровня интеллектуальной деятельности, культурой речи, редактированием и т. д. Но все это наслаивается на “грубые” базисные механизмы правого полушария» (Сахарный 1994: 18–19).

Проблема лексического выбора становится, таким образом, ключевой при анализе речевых произведений как в устной, так и в письменной речи. В осуществленном выборе воплощаются индивидуальные модификации семантики слова, связанные как с ассоциативно-вербальной сетью языковой личности, так и с параметрами коммуникативной ситуации, с индивидуальными способами концептуализации действительности.

По точному замечанию Ю.Д. Апресяна, «проблема моделирования понимания и порождения текстов имеет стержневую идею – “идею синонимии в широком смысле слова”: синонимия языковых выражений возникает не только за счет лексических синонимов в собственном смысле слова, но и за счет других средств языка» (Апресян 1974:37). Речевые тактики говорящего, направленные на открытое обнаружение речевых предпочтений и запретов, воплощаются в различных метаязыковых комментариях, которые особенно часто сопровождают нестандартный лексический выбор. Метаязыковая рефлексия, с одной стороны, выступает как показатель коммуникативного и когнитивного напряжения в речемыслительной деятельности индивида, с другой стороны, служит маркером речевого толерантного взаимодействия, речевой координации говорящего и слушающего (Вепрева 2002: 101). Основным фактором, побуждающим индивида к эксплицированной метаязыковой деятельности, является, по мнению И.Т. Вепревой, ненормативное употребление языкового знака, при котором он не может быть адекватно и единообразно понят коммуникативным партнером. Ненорма выступает основанием для выделения критериев напряжения: динамического, стилистического, деривационного, личностного (Вепрева 2002: 127). О.А. Лаптева подчеркивает: «Неточный выбор слова в речи из-за своей широчайшей распространенности обернулся чуть ли не правилом» (Лаптева 2002: 351).

Установка на максимальную точность самовыражения, сформированные навыки контроля за эффективностью сообщения, способность к языковой рефлексии свидетельствуют о высоком уровне речевой компетенции личности. Нестандартный лексический выбор может быть оправдан лишь в том случае, если говорящий четко соотносит его со своими речевыми интенциями и осознает его коммуникативные последствия. Говорящий должен осознавать, что неверно осуществленный лексический выбор ведет к «коммуникативному дискомфорту» или к речевому конфликту (Нещименко 2001:106). Следует подчеркнуть, что там, где существует выбор, существует и возможность нарушений. Единицы, находящиеся в отношениях «или», принадлежат к одной парадигме и обладают общей частью. Они с психологической точки зрения являются близкими. Поэтому здесь велика вероятность всплывания в сознании прототипического, сильного представителя парадигмы или варианта, а также смешения, интерференции значений и означающих разных членов парадигмы.

Коммуникативные неудачи, невыполнение или частичное выполнение коммуникативных обязательств («найти общий язык» – значит прийти к оптимальному взаимопониманию) обусловлены несовпадением стилистического задания и произведенного эффекта при восприятии высказывания. Причиной многих коммуникативных сбоев является использование современным адресантом средств из пограничных сфер (просторечножаргонных, профессионально-обиходных) (Винокур 1993: 52).

Итак, обобщая «привязанность» основных лексико-семантических связей к «зонам выбора» или «зонам риска», можно отметить, что выбор паронимов при достаточно высоком уровне речевой компетенции предполагает усиление механизмов контроля; выбор одного из двух вариантов слова определяется индивидуальными вкусовыми предпочтениями говорящего. Выбор синонимов или гипонимов связан с установкой на максимальную точность самовыражения, на своеобразную словесную самопрезентацию; в ряде случаев лексический выбор может служить и средством создания речевой маски (последнее особенно заметно в ситуациях языковой игры). Нами отмечены лишь некоторые «зоны риска» в лексиконе современной языковой личности. Фундаментом языковой способности человека, основой вербальной коммуникации является словарный запас языковой личности.

1. Прокомментируйте высказывание Л.П. Крысина: «Механизм кодовых переключений действует в условиях, когда говорящий может выбирать языковые средства из некоторого их репертуара. Иными словами, этот механизм использует разные варианты языкового выражения коммуникативных намерений говорящего (варианты могут принадлежать как разным языкам, так и разным подсистемам одного языка). Кодовое переключение – это одна из форм социально и ситуативно обусловленного многообразия языковой системы, без которого процесс нормального речевого общения затруднен или даже невозможен» (Крысин 2005: 29). Проиллюстрируйте конкретными примерами действие механизма кодовых переключений.

2. Прочитайте высказывание Л.В. Зубовой. Объясните, каким образом изменение синонимических ресурсов языка связано с изменением картины мира. Сопоставляя синонимические ресурсы, связанные с лексическим воплощением одного фрагмента действительности, Л.В. Зубова подчеркивает неразрывную связь актуализируемой говорящим лексической парадигмы и его картины мира: Дополните своими примерами наблюдение лингвиста:

Любопытно, как разрастание синонимического ряда слов, обозначающих высшую похвалу отражает переориентацию человека с одних эталонных ценностей на другие: «божественно», «прелестно», «очаровательно», «волшебно», «чудесно», «великолепно», «прекрасно», «превосходно», «здорово», «ценно», «железно», «законно», «мирово», «шикарно», «отлично», «потрясающе», «не слабо», «хиппово», «попсово», «отпадно», «клево», «классно», «обалденно», «кайфово», «прикольно»… Язык оказывается способным беспощадно показать состояние сознания некультурного и нравственно убогого человека (Зубова 2006: 186).