Чтение онлайн

– Я так и знал, что когда-нибудь снова вас встречу, – вздохнул я.

Труп ничего мне не сказал. Я встал и поспешил дальше, свернул в переулок, который вел к докам. Я постоянно шел в сторону доков. На то чтобы добраться сюда, у меня ушло несколько часов, и сейчас я лишь изредка видел черное одеяло моря за ущельями улиц.

Каждый труп на моем пути поворачивал ко мне голову или обращал на меня мертвый взгляд. Более свежие, те, которым крысы еще не объели губы, шептали мне:

– Келтро.

– Спасибо, – сказал один из них, и его глаза на крошечную долю секунды засветились зеленым. – Ты выполнил нашу просьбу.

Дорогу мне перебежала черная кошка. Кто-то содрал с нее половину шкуры, так что виднелись серые ребра.

– Ты спас нас, – прошипела она.

– Не забывайте об этом, – шепнул я в ответ.

Сколько у них еще кукол, за ниточки которых они дергали? Какие действия они предпринимали за кулисами этой жуткой пьесы?

Я побежал быстрее. Мне хотелось, чтобы этот город, его боги и его трупы остались позади. Хотя я и умер, но все-таки оставался крассом, и мое место было именно в Крассе – в стране, которую я знал, которой я доверял. Я дал мертвым богам то, что им нужно, а они пусть обеспечат мне тишину и покой.

Однако чьи-то глаза по-прежнему наблюдали за мной. Вслед мне по-прежнему летели поздравления. Когда я проходил мимо гор трупов, мертвецы хором хрипели мое имя. Это было невыносимо. Наконец я выбрался на набережную, и тогда трупы исчезли, а голоса затихли.

Три причала отделяли меня от трехмачтового корабля с прямоугольными парусами. Из его иллюминаторов тек оранжевый свет ламп, в которых горел китовый жир. Вокруг швартовых тумб вилась небольшая очередь из моряков и пассажиров; все они мечтали поскорее покинуть город. Я подошел к ее хвосту и увидел настороженные взгляды живых. Среди них был только один призрак.

– Эй, – окликнул я человека, который стоял передо мной – коренастого мужчину, который уже успел лишиться части зубов и волос. Жизнь на корабле, похоже, потрепала его вдвое сильнее, чем обычных моряков.

– В чем дело? – гнусаво отозвался он, вытирая грязный нос. Увидев фантома, он остолбенел.

– Куда идет этот корабль?

– В Харрас, что на Разбросанных островах.

Я тепло улыбнулся ему – ну то есть настолько, насколько это вообще возможно для призрака.

– За углом, в экипаже, лежат мои мешки. Помоги мне перенести их на борт, и я дам тебе серебряную монету.

– Четыре монеты, – ответил моряк, немного подумав.

– Две. – Я протянул руку, но он презрительно оскалился.

– Ну тогда веди, – сказал он и сплюнул в канаву. – Но только чтобы я не потерял место в очереди.

– Мы быстро.

Я привел его на пустую улицу – туда, где в окне одного из домов горел одинокий фонарь. Моряк ворчал всю дорогу, пока мы не повернули за угол, а там я схватил его за горло. Это был риск: теперь, когда кодекс и догматы были нарушены, моя возможность вселяться в других оказалась под вопросом.

Однако его плоть расступилась передо мной с такой легкостью, что я чуть не расхохотался.

Когда я снова встал в очередь, одолженное мной тело покрылось потом: мы с его владельцем вступили в поединок. Я улыбнулся стоявшему впереди меня человеку, поправил мешок на спине и похлопал фантома по холодной голове.

Очередь медленно двигалась вперед, и через полчаса я наконец подошел к трапу.

– Моряк? – спросил угрюмый мужчина, сидевший за самодельным столом, и уже начал писать ответ на папирусе.

– Нет, пассажир, – ответил я, останавливая его. – Мне нужна отдельная каюта, если они еще остались.

Человек оглядел меня с ног до головы, затем посмотрел на моего светящегося пса.

– Я…

Кошелек с серебром, украденный из комнаты какого-то серека, убедил его, и он пробормотал номер моей каюты.

С трудом двигая старое, страдающее артритом тело вверх по трапу, я поднялся на борт, нашел свою каюту, открыл дверь, толкнув ее задом, и поставил мешок на кровать. Негнущимися пальцами я развязал его и позволил фантому высунуть голову из его временного жилища.

– Извини, старина. Сейчас они вряд ли тебе обрадуются.

Пес-призрак заскулил, водя ушами в разные стороны. Я погладил его по голове и встал. А когда я выглянул наружу из иллюминатора, в животе у меня заурчало. Причину этого ощущения я сразу узнал. Рагу из солонины.

Решив найти место, где можно выбросить человека за борт, я направился к двери. Фантом двинулся за мной, но я похлопал его по носу, заставляя остаться. Он зарычал, но все-таки лег.

Оказавшись в наполненных запахом пота коридорах корабля, я попытался сориентироваться и вспомнить, в какой стороне мидель. Я выбрал направление, но едва успел сделать пару шагов, как вдруг дверь распахнулась, и из каюты вылетела старая, бледная женщина в синем бархатном пальто и сапогах, отороченных мехом.

– С дороги, уродливый фермер! Как ты смеешь подкрадываться ко мне?! Прочь! – воскликнула она.

Ее визгливый голос и акцент уроженки Скола пронзили мои уши.

Я был готов рассмеяться прямо в ее морщинистое лицо. Из всех кораблей, которые уходили из Аракса в этот вечер, мы с моим заклятым врагом выбрали один и тот же.

Я отошел в сторону, не давая ее долговязому телохранителю возможности оттолкнуть меня, и двинулся дальше. До меня долетали ее жалобы.

– И я больше никогда не приеду в этот проклятый город! О, какое лицо было у серека, когда я открыла сундук. Я никогда не забуду тот день. И эта битва… какое страшное, жуткое место! Скорее бы снова увидеть черные берега Скола…

Я остановился в тени рядом с дверью ее каюты и подождал, пока голос женщины не затихнет. Я задумчиво прикусил губу кривым зубом, и вдруг мой желудок снова забурлил. Поскольку отмычки были при мне, в грязном кармане штанов моряка, мое лицо озарилось улыбкой.

«Будет весьма символично, если дома с ней произойдет то же самое, что и в Араксе», – подумал я, быстро взламывая замок в двери ее каюты.

Расстегивать штаны я начал еще до того, как закрыл дверь.

Ты стоишь на скальном пригорке, изрытом туннелями, как все здешние всхолмья, и с высоты смотришь на Гвердон. Перед тобой сердце старого города – его дворцы, церкви и башни тянутся ввысь, словно руки утопающего, стремятся вырваться из густого лабиринта улочек и обсевших их лачуг. Гвердон всегда был не в ладах сам с собою. Город строился поверх своих предшествующих воплощений, при этом отвергая их, силясь спрятать ошибки прошлого и явить миру новый лик. В усеянной шхерами гавани, которую прикрывают две длинные косы, мельтешат суда путешественников и купцов со всего света. Кто-то из них осядет здесь и сольется с извечным, непреложным Гвердоном.