Чтение онлайн

– Вы согласны, черт побери?!

Причина ответить «да» всего одна. Его долг – повиноваться, и хватит с него убегать от долга.

– Да.

Ольтик жестом пригласил его в кабинет. За столом старик споро заполнял необходимые формы.

– Подпиши здесь, – вздохнул Ольтик. – Твоя служба – командовать охраной посольства, защищать нашу территорию и персонал. Гоняй бойцов с утра до ночи, не пускай живых в самые непутевые бордели, кто заметно пьян – отстраняй от дежурства. Вот и все.

– А Эдорик Вант? Лис сказала… – Теревант осекся, исправляясь. – Леди Эревешич просила меня разобраться в этом деле.

Ольтик злобно скривился:

– Лемюэль управится сам.

– Ваша милость, было бы целесообразно позволить лейтенанту Эревешичу, м-м, надзирать над ходом расследования. Подключить офицера из великого Дома – мудрый шаг. Лемюэль окажет содействие, если возникнет необходимость. – Голос Даэринта шелестел, как бумага, словно речь отнимала у него много сил. Тем не менее он сумел жиденько улыбнуться Тереванту.

Ольтик на миг взъерошился, потом побрел к двери, поднял книгу, которой кидался, разгладил страницы и задвинул на полку.

– Прекрасно.

Даэринт взял подписанный документ, аккуратно сложил и просунул в выдвижной ящик стола.

– На этом все, лейтенант, – прошелестел престарелый дипломат. – Приятно будет поработать с вами тут, в посольстве.

Йорас ожидал снаружи. Скелет не может удивленно поднимать брови, но какой-то особый наклон черепа Йораса выражал именно это.

– Ваши апартаменты в той стороне, сэр.

– А мое служебное место? – Он устал в пути, но рвался начать немедленно. У него важное, жизненно важное задание: обеспечивать безопасность Хайта. От него зависит будущее Лис.

Йорас замешкался.

– Боюсь, мне не сообщили, куда вас определить, сэр.

– Ну, кабинет Ванта свободен, не так ли?

– Именно так, сэр. Сюда. – Йорас повел его по новому коридору. На ходу неусыпный разбирал связку ключей в поисках нужного, от кабинета третьего секретаря.

– Там закрыто с его ухода, сэр. – Он нашел ключ, отомкнул его от кольца и протянул Тереванту. – Ваша спальня как раз над этой комнатой, на два этажа выше. Хотите, чтобы я подождал, пока вы закончите, и проводил вас, или…

– Нет, можешь идти. Посольскую охрану обсудим утром.

– Мне все едино, сэр. Я больше не сплю.

Они дошли до кабинета. Из-под двери пробивалась полоска света. Теревант попробовал повернуть ручку. Не заперто.

– Сэр? – Йорас положил костистую ладонь на эфес.

Теревант толкнул дверь. Лемюэль поднял на него глаза из-за стола, заваленного грудой бумаг.

– Быстро у вас, у родственников, – пробормотал он. – Я рассчитывал, что вы подольше пообщаетесь с его превосходительством.

– С какой стати, бродяга, ты сюда заявился?

– Что вы тут делаете, Лемюэль? – спросил Теревант.

– Ищу кой-какие бумажки. А тут их нет. – Лемюэль рывком поднялся. – Добро пожаловать. – Он поторопился к двери, проталкивалсь мимо Тереванта.

Теревант поймал мужчину за жилистую руку.

– Вас назначили мне в помощники. Куда это вы направились?

– На выход. – Лемюэль вывернулся. – У меня встреча со связными. Я должен идти один.

– Хорошо. – Теревант указал на документы Ванта. – С чего тогда мне начать?

– С обучения в Бюро, десять, сука, лет назад, – пробормотал Лемюэль. – Я не знаю. Вант со мной никогда не общался. Я не входил в его небольшой клуб. – Позади в кабинете пробили часы, и Лемюэль поморщился. – Опаздываю. – Он выбежал в коридор.

Йорас издал звук, приблизительно похожий на прочистку горла, будь у него горло.

– Есть что сказать, Йорас?

– Лемюэль – неприятное и вульгарное существо. Я бы не полагался на него, сэр.

Теревант вошел в кабинет. Страницы неразборчивых записей, карты, графики замусорили весь стол. Под ними толстые папки печатной документации. На одном из ворохов балансировали тарелка и стакан с вином.

– Что он подразумевал под клубом Ванта?

– Третий секретарь и много других постоянных служащих несколько лет проработали под первым секретарем. Они коренные хайитяне. Лемуэль, хоть и работает на хайт, сам не… – Йорас покачал головой. – Он обычный смертный, сэр. Не знаю, что полезного отыскала в нем леди Эревешич.

– Ясно, – произнес Теревант. Он взял тарелку, стакан и поставил их на боковой столик. – Ладно, можешь идти.

– Я постою на страже, сэр. На всякий случай.

Йорас закрыл дверь, Теревант остался в комнате в одиночестве.

Беспорядок – а также бокал с вином – напомнили Тереванту о собственном жилье в Паравосе, и мысль об этом приободрила его.

«С Ольтиком», – сложилась мысль, – поутру будет попроще. Через несколько дней Лис привезет меч, и все снова станет хорошо».

Он немного поработал, поразбирал документы. Искал упоминания о божьих бомбах и намеки, куда мог подеваться Вант, но что-то постоянно его отвлекало. Наверно, городской шум. В Старом Хайте тихо, как в склепе, а до этого он привык к молчанию особняка Эревешичей, ночному беззвучию – дома лишь отец кашлял в соседних покоях да совы ухали в восточной башне. А Гвердон не спит вообще. Под землей рокочут поезда; тут крики и песни из трактиров, там стук повозок по мостовой.

Он подошел к окошку, уставился на ночной город. С этой высоты можно осмотреться. Из-за темного контура Замкового холма отчасти выглядывал таинственный Новый город, его постройки светились собственным светом. Чужеродный городской ландшафт, словно в Гвердон врезалась фарфоровая луна. Отчеты о Новом городе занимали половину записей Ванта – секретарь составлял схемы местности, налаживал сети осведомителей, вынюхивал секреты. Говорят, в Новом городе опасно – может, там Вант и пропал. В его сводках упоминалось о перемещении улиц, о подворотнях, смыкавшихся как огромные челюсти.

Но нет, дело не в отдаленном городе. Настораживало что-то рядом, поблизости. Взгляд привлекла противоположная сторона улицы – истуканы на крыше ишмирского посольства. Скульптуры, образы из его кошмаров. Благословенный Бол и Облачная Роженица. Верховный Умур – под луной сверкают бычьи рога.

И с ними подобралась перед прыжком дикая Царица Львов. Несущая распрю. Если она принесет в Хайт божью распрю… Долгие, закаленные за века судьбы древних Домов, вечного Бюро, божественной Короны, могут оказаться растоптаны в прах. Хайитянскую Империю в ее последней схватке повергнут буря, огонь и свирепость дикарских божеств.