Чтение онлайн

– Они его едят.

Звон уставился на происходящее, а Крестец пробурчал:

– Для них это обычное дело.

Они прислушивались к доносившемуся треску и хрусту, пока дакти пожирали тело кетеля. Внезапно на платформе возник еще один кетель – должно быть, он вышел из колонии, а затем перевоплотился. Он скользнул вниз и приземлился в воду, заставив дакти броситься врассыпную, а затем принюхался к трупу. Лун затаил дыхание. Если кетель учует яд…

Кетель вырвал огромный кусок из брюха мертвеца и с явным удовольствием начал его жевать. Затем он что-то сказал дакти, но Лун не смог разобрать его низкий рокот. После кетель отвернулся от трупа, и Лун едва сдержался, чтобы не зарычать от разочарования. Однако вместо того, чтобы оставить тело, дакти оторвали от него куски и взмыли в воздух, намереваясь отнести мясо обратно в колонию. Другие дакти вышли из пирамиды, чтобы помочь разорвать труп на части, а кетель тем временем спустился с берега, вошел в воду и побрел вверх по течению к нависающей террасе. Там он опустился под воду и встал на страже, заняв место мертвого кетеля.

Крестец беспокойно завозился.

– Яд уже либо попал в каналы внутри колонии, либо его смыла река.

– Он съел кусок отравленного кетеля, – заметил Звон. – Просто подожди.

Наконец дакти по частям перенесли почти весь труп внутрь, и в колонии снова воцарилась тишина. Лун чувствовал, как мучительно тянется каждая секунда. Он напомнил себе, что если Скверны сегодня будут есть кетеля, то это, скорее всего, значит, что они не станут есть раксура. Впрочем, еще это могло значить, что они уже прикончили всех раксура несколько дней назад, но пока Лун еще мог надеяться на лучшее.

Река возле платформы вспенилась, и по ней пошла рябь. Затем лежавший под водой кетель внезапно всплыл на поверхность. Он не шевелился.

– Готово, – прошептал Лун, поднимаясь на ноги. Если мяса отравленного трупа оказалось достаточно, чтобы убить кетеля, то его наверняка будет достаточно, чтобы убить дакти.

Крестец сказал Ежевике:

– Передай остальным, чтобы подали сигнал королевам.

Когда Лун повернулся и начал спускаться с холма, один из арборов издал звук, слившийся воедино с далекими криками ночных птиц. Шедший за Луном Звон прошептал:

– Самое страшное, что это была простая часть плана.

Лун и Звон встретили Нефриту, Песню, Вьюна и Песка на опушке леса.

– Осторожно, – прошептала Цветика, опустившись в высокую траву вместе с Крестцом и другими охотниками. Сегодня был тот редкий случай, когда она приняла облик арборы, и из-за своей белоснежной чешуи ей было труднее прятаться.

Нефрита торопливо повела их по террасам с грядками. На противоположном берегу реки Лун заметил золотистый отблеск – Жемчужина и остальные окрыленные подходили к колонии с той стороны. «Две королевы, девять воинов и я», – подумал Лун. Он надеялся, что этого будет достаточно.

Они собирались оставаться на земле, пока не подойдут к колонии как можно ближе. Все согласились, что сила, мешавшая другим перевоплощаться, действует лишь внутри колонии, а не на наружных террасах. Но если что-то изменилось, то лучше узнать об этом на земле, а не в воздухе. У них у всех были ножи и короткие дротики, позаимствованные у охотников на случай, если придется сражаться в земном обличье, однако Лун понятия не имел, хорошо ли владеют оружием окрыленные, привыкшие драться когтями.

В колонии все еще было тихо. Ни один дакти не вылетел оттуда, чтобы посмотреть на второго мертвого кетеля, что тоже было хорошим знаком. Нефрита остановилась у покрытой мхом каменной платформы, пересекавшей реку. С этой стороны в стене не было ни единого наземного входа, да и на этажах выше проемов было мало. Поэтому они и подошли сюда. Нефрита оглянулась на Луна и остальных и негромко спросила:

– Все в порядке?

Лун кивнул. Он не чувствовал никакого принуждения принять земной облик. Звон прошептал:

– Пока что да, – и остальные согласно угукнули.

Нефрита указала на ступень самого верхнего этажа пирамиды и на квадратный проем в стене. Отряд Жемчужины должен был проникнуть внутрь через такой же вход на том же этаже, но с противоположной стороны здания.

– Вперед, быстро, – прошептала Нефрита, а затем присела и взмыла в воздух.

Лун последовал за ней и за несколько мощных взмахов крыльев оказался на нужной ступени. Он приземлился через миг после Нефриты, вонзив когти в щель между камнями. Рядом с ним приземлился Звон, а Песня, Вьюн и Песок опустились чуть дальше.

Он не слышал Жемчужину и других окрыленных, но увидел Корня, выглянувшего из-за дальнего угла, помахавшего Нефрите и снова скрывшегося из виду.

– Хорошо, – негромко сказала Нефрита и полезла в проем. Лун скользнул следом за ней, Звон и остальные не отставали.

Они оказались в маленькой комнатке, стены которой были целиком украшены рельефами. С них на раксура сверху вниз взирали гигантские земные создания в тяжелых доспехах. Нефрита уже подошла к следующей двери, которая вела на широкую лестницу. Сияющий мох был выбит из ниш и валялся на ступенях, но он все еще излучал достаточно света, чтобы осветить балконы на стенах, увешанные большими корзинами для сна. Из отверстия, расположенного высоко в стене, бежала вода, собиравшаяся в самом низу лестничной клетки, в бассейне, где плавали цветы. Повсюду валялись чьи-то пожитки: шелковые одеяла и подушки, изодранная одежда, сломанные корзины. За спиной Луна Песня негромко зашипела от негодования.

Нефрита ступила на лестничную площадку и остановилась, принюхиваясь. Лун не чувствовал ничего, кроме смрада Сквернов, и ничего не слышал, кроме журчания воды. Нефрита оглянулась, посмотрела на него и одними губами произнесла:

– Ты что-нибудь чувствуешь?

Лун помотал головой. Какая бы сила ни удерживала двор от перевоплощения, она на них пока не действовала.

Они спустились вниз, прыгая с площадки на площадку. Нефрита остановилась у проема в стене и пригнулась, чтобы посмотреть сквозь в него. Лун выглянул у нее из-за плеча.

Проем выходил на широкий карниз большого зала, того самого, где проходило собрание двора в тот единственный день, что Лун провел в колонии. Зал освещался потускневшим сияющим мхом, а на каменных платформах в задней части были разложены меховые шкуры и подушки. На корточках возле этих платформ сидела дюжина или больше дакти; они пожирали какую-то тушу, обгладывая ее кости. Шипы Нефриты приподнялись, и она коснулась руки Луна, указывая на одного из дакти.

Тот сидел чуть в стороне от остальных, и Лун поначалу подумал, что он изуродован. Его спина была необычно гладкой – у этого дакти не было крыльев. «Бескрылый Скверн?» Лун и не думал, что такие существуют. Он был похож на арбора – невысокий, крепкого телосложения, но с черной чешуей и тяжелыми пластинами, как у дакти. Чем бы ни было это существо, скорее всего, именно его Цветика видела в сознании Елеи. Не могли же в колонию вторгнуться сразу два необычных Скверна. «Надеюсь, что нет», – подумал Лун.

Затем из дверного проема на лестничной площадке внизу выскочил дакти. Он секунду ошарашенно глазел на раксура, а потом распахнул пасть, чтобы закричать.

Нефрита бросилась вниз по лестнице и приземлилась на дакти, сокрушив его прежде, чем он успел хотя бы пикнуть. Лун прыгнул вслед за ней и приземлился на платформу у нее над головой.

Затем Нефрита внезапно вздрогнула, тревожно ощетинилась шипами и перевоплотилась в арбору. Через миг когти Луна исчезли, и он вдруг принял земной облик. Сдержав вскрик, он присел на корточки, чтобы не упасть. На площадке наверху Песня и Вьюн неуклюже попадали, а Звон врезался в спальную корзину – все они тоже перевоплотились. Лун попытался на всякий случай принять облик раксура, вдруг это еще было возможно. Он ощутил давление в груди и за глазами, но ничего не произошло. «Похоже на действие яда», – подумал он, поднимаясь на ноги. По крайней мере, у него осталась одежда и длинный костяной дротик, позаимствованный у охотников.