Чтение онлайн

Малахита сказала:

– Достаточно.

Луна вместе с Утесом снова отвели в пустые комнаты консортов, в его опочивальню.

Солнце уже село; за окном, которое выглядывало в колодец, было темно, и свет в комнате источали лишь зачарованные камни в настенной резьбе. Арборы принесли им еду, а затем разбежались, потому что Утес был страшен, особенно когда злился, да и Лун пугал их не меньше. Праотец запретил Луну говорить, пока тот не поест, и он заставил себя проглотить несколько тарелок сырого мяса, хотя почти не чувствовал его вкуса. Скверны-полукровки, воспитанные среди раксура, зловещие предсказания – осмыслить все это за один вечер было трудно. А еще Скверны прямо в тот миг направлялись к земному городу, который был совершенно к ним не готов. Лун словно наяву увидел перед собой Сарасейл; как дакти гонялись по улицам за беззащитными земными обитателями; как кетели пробивали бреши в стенах домов, чтобы вытащить укрывшихся в них жителей. Пламя, растерзанные тела. Нападения Сквернов на города были страшнее, чем налеты на лагеря или маленькие поселения. Собственные дома становились для земных обитателей смертельной ловушкой, а оборонительные сооружения, защищавшие от хищников и других земных племен, не могли спасти их от крылатых Сквернов.

– Вот, смотри, я все съел, – наконец сказал Лун, отодвигая последнюю пустую тарелку. Мясо свинцовой тяжестью легло ему в желудок. – Ты доволен?

– Разве похоже, что я доволен? – Утес расхаживал из стороны в сторону у очага. – Стоит мне на миг отвернуться, как двор начинает трещать по швам. Я столько сил вложил, чтобы вернуть нас в родную колонию, и посмотри, что вы натворили. Ничтожные, неблагодарные дети. Зачем я вообще заводил потомство…

Он повторял одно и то же с того момента, как они ушли из королевского чертога, оставив там Малахиту и остальных. Лун оказался прав: Утес действительно смотрел на требования Опаловой Ночи совсем иначе, чем все остальные. Праотец, похоже, считал, что в Тумане Индиго могли просто отказаться и согласились лишь для того, чтобы досадить лично ему. В самом начале Лун сказал Утесу, что и сам просил остальных послать Опаловую Ночь лесом, но ему сказали, что это невозможно. А теперь Лун и вовсе махнул рукой на то, чтобы переспорить Утеса разумными аргументами. Он лишь заметил:

– Я вообще тебе не родственник.

– Да, и я должен был догадаться, что вся твоя семейка окажется чокнутой. – Утес остановился и уставился на Луна тяжелым взглядом. – Другие королевы к тебе прикасались?

– Можно сказать и так. – Увидев выражение лица праотца, он пояснил: – Буря ударила меня по лицу. Но я швырнул в нее чайником и пошутил о ее мертвой сестре, так что я сам напросился.

– Это ничего. – Утес продолжил мерить шагами опочивальню. – Только Нефрите не говори. Нам и так хватает забот.

– Она правда летит сюда?

– Конечно же она летит… – Утес снова остановился и нахмурился. – Ты думал, что она не прилетит.

Лун отвел глаза к очагу. К его горлу подкатил ком.

– По пути сюда одного из воинов ранил зверь, и нам пришлось задержаться на три дня. Нефрита сказала, что вылетит на следующий день после нас, но, когда мы прилетели, ее здесь не оказалось… – Лун никак не мог поверить, что все происходит наяву. Он пытался заставить себя смириться с тем, что его снова вышвырнули за порог, что он больше никогда не увидит никого из Тумана Индиго – а затем в колонию ворвался Утес, и мир перевернулся. Почти точно так же, как он перевернулся, когда праотец нашел его в лагере корданцев в восточных джунглях.

Утес сел на пятки, чтобы посмотреть ему прямо в глаза.

– С чего ты решил, что она не прилетит?

– Я же сказал, ее здесь не было. – Лун ушел от прямого ответа, потому что не мог его дать. По крайней мере, так, чтобы этот ответ прозвучал вразумительно. – А еще у Нефриты теперь есть Уголек.

Лицо Утеса выражало искреннее недоумение.

– Кто?

– Консорт, которого ей дали Изумрудные Сумерки, чтобы заменить меня!

– А, тот мальчишка. – Утес отмахнулся. – Он – твоя забота. Я уже целую ораву детей воспитал, и с еще одним возиться не стану.

Лун несколько секунд потрясенно молчал, не зная, что ответить. Затем он нетерпеливо помотал головой, стараясь собраться с мыслями.

– Ты сказал, что произошел какой-то несчастный случай, но никто не пострадал. Что случилось? Еще одна платформа обрушилась?

Утес продолжал пристально смотреть на него, причем так долго, что Луну уже начало казаться, будто его пожирает глазами хищник. Ему даже пришлось подавить желание зарычать. Затем праотец наконец смилостивился и произнес:

– Нет, все случилось на охоте.

Лун от облегчения покрылся испариной, и лишь затем до него дошел смысл того, что сказал Утес.

– На охоте?

– Двое молодых арборов решили разведать платформу в двух деревьях от нас и набрели на логово спящего хищника. – Утес рассеянно почесал шею. – Мы раньше называли их «хватателями». Они похожи на змей, но с длинными руками. Почти не пахнут и не издают звуков, когда двигаются. А этот вообще не шевелился, пока наши умники его не разбудили. К счастью, патруль воинов услышал их крики и смог сдержать хватателя, пока не подоспела Нефрита. – Затем он как бы невзначай прибавил: – Крестец сказал, что тварь была шагов сорок в длину.

– Сорок шагов? Но что… – Лун чувствовал, что Утес чего-то недоговаривает. – Почему же тогда Нефрита не смогла вылететь? Она решила, что рядом прячутся другие твари?

– Она убила хватателя, но тот сломал ей правую руку и рассек плечо.

Лун вскочил на ноги.

– Ты сказал, что никто не пострадал!

– Я не хотел ничего говорить при них. – Утес кивком указал на дверной проем. – Пусть лучше твоя чокнутая семейка считает, что мне на подмогу летит королева.

Настал черед Луна мерить шагами комнату и бороться с желанием немедленно вылететь отсюда и направиться в Туман Индиго.

– Я должен был быть там.

– А я тебе о чем твержу? – сухо сказал Утес.

Лун не обратил на него внимания.

– Она не может летать? И надолго это?

– От перелома она потеряла сознание и приняла облик арборы. Душа боялась, что если она снова переменится, не исцелившись, то травма перейдет на крыло. С тех пор как мы вернулись в колонию, прошло уже… – Утес призадумался. – Да все должно было уже почти срастись. Если я смогу уговорить твою треклятую королеву-мамашу отпустить нас утром, то мы, наверное, поймаем Нефриту по пути, пока она не улетела далеко.

Лун остановился и невидящим взглядом уставился в резную стену. «Вылетим утром, вернемся в Туман Индиго, вернемся домой». Если бы кто-то сказал ему это вчера, если бы он правда думал, что такое возможно, то он бы вцепился в эту мысль, как хищник в свежее мясо.

И Нефрита не солгала, когда пообещала прилететь за ним. Правда, она до сих пор не зачала от Луна выводок, но, возможно, теперь, когда в колонии появился Уголек, это станет не так важно. Как бы там ни было, ему следовало поступить по уму, поскорее вернуться в Туман Индиго и так прочно там окопаться, чтобы больше никто не смог от него избавиться.

Но он не мог. Лун сказал:

– Я не могу вернуться. Пока что не могу.

Утес зловеще спросил:

– Что?

Лун повернулся к нему.

– Стая Сквернов летит к земному городу, который к ним не готов. Его жители даже не сообразят, что нужно бежать, пока не станет слишком поздно. И этот город всего в дне полета от окраины Пределов. Мы не можем просто так улететь. – Он не верил, что Утес этого не понимает.

Праотец негромко зарычал.

– Я знаю, знаю. Просто не хочу, чтобы Туман Индиго в это ввязывался.