Чтение онлайн

Каи рисовал, а спор снаружи продолжался – толкователь настаивал, что демон не может оказаться на борту, а его собеседник столь же энергично утверждал, что при попытке покинуть пролив они рискуют налететь на скалы. Каи добавил знаки, исключавшие Зиде, Санью и девушку-фамильяра. Закончив, он слегка подул на символы, чтобы призраки черной магии отправились на верхнюю палубу.

Каи поднялся на ноги, прислонился к краю люка и стал наблюдать. Девушка, по губам которой бродила слабая улыбка, уселась на палубе.

Флюиды черной магии проплыли над полированным деревом люка и по верхней палубе, пока не превратились в туман, который вился у ног стоявших у руля смертных. Затем они спустились на нижнюю палубу, все еще невидимые в дыму.

До Каи донесся приглушенный голос снизу:

– И что мне делать?

Очевидно, у толкователя закончились не только идеи, но и терпение.

– Поднимись сюда, Ашем, – резко ответил он.

Звук шагов с трудом преодолевал загустевший воздух, но вскоре на верхней палубе появилась фигура.

Из трюма вышла смертная, одетая как солдат-арайка из Зарождающегося мира: легкие доспехи и туника, спадавшая на широкие штаны, пояс гарнизонного командира. Другие солдаты коалиции тоже переняли одежду Арайка, но она и сама выглядела как арайк – невысокая, коренастая, со смуглой кожей и короткими темными кудряшками. Она не носила шлем или капюшон, на тяжелом кожаном поясе не было оружия. В походке чувствовалось разочарование во всем, а особенно ее раздражал толкователь. За ней следовал еще кто-то, скрытый дымом.

– Если ты намерен на меня кричать, – сказала она, когда оказалась на верхней ступеньке, – то, по крайней мере, называй командиром когорты. И я… – Тут она подняла глаза и встретила взгляд Каи.

Она замерла, темные глаза широко распахнулись от удивления.

Прежде он не встречал командира когорты Ашем, а даже если и встречал, она не могла узнать Каи в новом теле. Но она поняла, что перед ней демон, как только его увидела. Она не закричала и не подняла тревогу, но на ее лице появилось выражение мрачного веселья.

– Ну, в одном ты прав, Аклайнс, он очень близко.

– О чем ты говоришь? – потребовал ответа толкователь Аклайнс. – Откуда ты знаешь?

Ашем кивнула в сторону Каи. Аклайнс и двое его спутников повернулись.

Или, скорее, попытались повернуться. Черная магия уже соткала дымный туман в плотную сеть и связала им лодыжки. Ученик сорвал амулет с пояса и дернулся вперед, но его ноги не сдвинулись с места, и он рухнул лицом вниз. Паутина черной магии создала кокон серого тумана, чтобы удержать его в таком положении. Скорее всего, он задохнется в густом дыму, но Каи все равно планировал его убить.

Аклайнс не стал тратить время на восклицания; он зачерпнул силу из колодца-жизни – боли сидевших на скамейках смертных гребцов – и швырнул ее в сторону Каи.

Но тот уже двигался. Телохранитель стоял сбоку от Аклайнса, поэтому Каи нырнул в сторону, наступил на лежавшего ничком ученика и вонзил корабельный нож под подбородок Аклайнса. Наполовину сформированная интенция рассеялась, когда тот попытался вытащить нож.

– Сзади! – крикнул кто-то на арайке.

Каи резко развернулся от толкователя, и в этот момент что-то пронеслось мимо. Телохранитель схватил раздвигавшийся шест длиной почти в шесть шагов с острыми режущими кромками, наконечник сверкнул в дымном свете.

Телохранитель выругался.

– Рамад, ты предатель! – закричал он.

Аклайнс с торчавшим из горла ножом пошатнулся, колени у него подогнулись, и он рухнул в туман, превратившись в груду шелка.

Сеть черной магии схватила и удержала его, тело содрогалось, кровь пачкала одежду.

Предупреждение выкрикнул тот, кто стоял за спиной Ашем, и Каи узнал Рамада, одного из воинов Башата, главу отряда шпионов и разведчиков. Каи видел его несколько раз рядом с Башатом при дворе Зарождающегося мира – молодой мужчина, довольно высокий для южного Арайка, длинные вьющиеся волосы заплетены в косу, одет в традиционную рабочую одежду мужчин Арайка – пояс из хлопка стягивал тунику и разделенную на части юбку. Одежда окрашена в серый и голубой, подчеркивая янтарно-темную кожу.

То, что Рамад оказался здесь, вызывало множество вопросов, и теперь ему и командиру когорты Ашем придется дать содержательные ответы.

Девушка-фамильяр шагнула к Каи и протянула руку, испрашивая разрешения. Он утвердительно кивнул.

Она двинулась вперед, казалось, еще немного, и шест телохранителя ее достанет. Смерть Аклайнса сама по себе обещала колодец силы, но, пока толкователь жив, фамильяр останется с ним связан.

Каи ощутил движение энергии, когда она начала возвращать жизнь, которую толкователь у нее украл, чтобы дать энергию заклинаниям и интенциям. Она воздела руки вверх.

Телохранитель застыл, его горло судорожно сжималось, что-то мешало ему сделать вдох. Он уронил оружие, руки метнулись к лицу. И тут у него во рту, носу и ушах начали расцветать цветы: белые астры, сливы и еще какие-то роскошные сине-пурпурные цветы, которых Каи не узнал. Из глаз воина росли желтые лепестки. Происходящее по-настоящему изумило демона.

– Очень неплохо, – сказал он.

Должно быть, она обладала родством с землей и душами растений, как Зиде – связью с воздухом.

Телохранитель вздрогнул, напрягся и упал на спину.

Ашем попыталась подхватить шест телохранителя. Однако только дернулась и едва не упала; ее ноги привязала к палубе сеть дыма и тумана. Рамад протянул руку, чтобы помочь ей удержаться на ногах, а потом ему самому пришлось ухватиться за перила лестницы, чтобы не рухнуть плашмя. Приглушенные тревожные крики и проклятия дали Каи понять, что все обитатели нижней палубы схвачены сетью.

Каи подошел к Ашем и Рамаду, остановившись на расстоянии пары шагов. Сейчас он скорее испытывал любопытство, чем гнев, что стало для него новым чувством.

– Что здесь делают офицеры Зарождающегося мира, почему они работают на толкователя на борту судна Благословенных Бессмертных?

Ашем бросила на него мрачный взгляд.

– Мы здесь против воли, – сказала она.

Рамад нахмурился, он явно чувствовал смущение, но не испытывал страха.

– Это ведь ты, Каистерон?

Каи знал, что улыбается, но выражение его лица никто бы не назвал приятным.

– Я польщен, что ты меня помнишь.

В жестком взгляде Ашем читалась еще и осторожность. Она относилась к нему с такой же подозрительностью, как он к ней.