Чтение онлайн

– Ты собираешься спасать Короля со своими друзьями? – Королева скептически поджала губы, но потом задумалась, склонив голову набок, посмотрела на Квентина, будто оценивая его. – Звучит достаточно безумно, но твои слова могут оказаться мудрыми. Кто твои друзья?

Квентин побледнел, понимая, что его список окажется слишком коротким, к тому же он не содержал ни одного рыцаря. Но ответил со всей убежденностью, на которую был способен.

– Только Дарвин, святой отшельник Пелгрина, и некто по имени Тейдо.

В зеленых глазах Королевы вспыхнул огонек. Она воскликнула:

– Счастлив человек, который считает благородного Тейдо своим другом. Ты знаешь, где его искать?

Проблема. Квентином не знал, что сказать. Он же не знал, где сейчас Тейдо; Тейдо схватили сегодня утром, но, признаться, он забыл об этом. Он еще думал, что и как ответить, но Королева продолжила.

– Тейдо не видели уже довольно давно. Он был одним из лучших рыцарей Короля и дворянином. Из-за смерти отца ему пришлось вернуться с войны, но Джаспин тут же обвинил его в предательстве, его замок и земли конфисковали. Он сумел избежать ловушки и с тех пор живет, как преступник. – Королева отвернулась от окна, глядя на Квентина с внезапной теплотой. – Ему я бы, не сомневаясь, доверила свою жизнь. Святого отшельника Дарвина я не знаю, но если он твой друг и друг Тейдо, я буду считать и его своим другом тоже. Почему ты так смотришь? Что-то не так? – внезапно спросила королева, заметив выражение лица Квентина.

– Моя леди, – слова давались Квентину с трудом. – Сегодня утром Тейдо схватили какие-то люди. Это была засада. Я сбежал, мне надо было попасть к вам, но я не знаю, что стало с Тейдо или куда его могли увезти.

Ответ королевы обрадовал Квентина.

– Эта загадка легко решается, – сказала она с неожиданной злобой. – Есть только один человек, который хватает невинных подданных Короля средь бела дня. Даже самые наглые негодяи, как правило, стараются делать это ночью. Нашего друга похитил, без сомнения, принц Джаспин. Ошибки быть не может. – На мгновение она задумалась. – При таком высокомерии ему станется заключить своего пленника в этом самом замке. – Королева быстро распахнула дверь и позвала камергера. Тот появился мгновенно. Они переговорили шепотом, и камергер поспешил исполнять поручение. – Скоро мы узнаем судьбу друга Тейдо. Я послала Освальда переговорить со смотрителем темницы, не появлялся ли у него новый заключенный сегодня утром. Посмотрим, правильно ли я угадала. – Они в молчании ожидали возвращения камергера. Квентин нервно поёживался. Ему хотелось бежать в темницу, где бы она ни находилась, и самому вывести друга на свободу. Королева переносила ожидание с поистине королевским спокойствием. Какие бы эмоции она ни испытывала, на лице ее не отражалось ничего. Но Квентин видел, что настроена она более чем решительно. Наконец, Освальд вернулся. Он с поклоном приблизился к королеве и тихо сказал:

– Ваше Величество, сегодня утром в тюрьму доставлен преступник. Смотритель сам толком ничего не знает, но получил приказ никого не пускать в камеру и не делать никаких записей.

– Кто приказал? – резко спросила королева.

– Сэр Бран, – ответил Освальд.

Королева поблагодарила камергера и отпустила его. Она снова повернулась к Квентину и сказала:

– Так. Одной загадкой меньше. Но теперь у нас проблема: как освободить узника?

Квентину показалось, что день кончился как-то очень быстро. В покоях королевы сгустились сумерки; в любую минуту слуги могли зажечь свечи. День выдался насыщенный, особенно его вторая половина. Однако теперь оставалось только ждать.

– Ты зря тревожишься, молодой сэр. – Королева пересекла комнату, где Квентин так и сидел на скамье у окна. Она занималась какими-то непонятными делами и только вернулась. – Не стоит беспокоиться.

Он слабо улыбнулся и отвернулся от окна. Последний час он бездумно наблюдал, как слуги снуют по двору, выполняя поручения королевы.

– Я не беспокоюсь, – сказал Квентин, – разве что немножко. – Он смотрел на прекрасную Алинею и думал, как сильно она изменилась перед закатом. Еще совсем недавно на ней был королевский наряд, но теперь одежда ее стала существенно проще, он бы сказал, что теперь она мало чем отличалась от его собственной. Это, конечно, если не считать тяжелого пурпурного плаща. Внимательный взгляд непременно отметил бы широкий мужской кожаный пояс и высокие сапоги для верховой езды.

– Ну как тебе дорожный наряд твоей королевы? – рассмеялась она, пытаясь успокоить Квентина. – Такое впечатление, что у нас с тобой один портной.

Квентин грустно усмехнулся и встал.

– Когда мы отправимся? Солнце уже село... Долго еще ждать?

– Нет, недолго, – успокоила его королева. – Освальд позовет, когда все приготовит.

Однако Квентину от ее слов стало только хуже. Теперь он в полной мере осознавал опасности, поджидавшие впереди, и что дальше?.. Ждет ли его такая же участь, как и Тейдо? И в последние несколько часов чувство опасности только усилилось: письмо Ронсара, поспешно составленный заговор с целью освобождения Тейдо, лихорадочные приготовления к путешествию – но надо было ждать. Времени хватало на то, чтобы усомниться в своей недавно обнаруженной храбрости, перебрать и подвергнуть сомнению все предзнаменования, сотню раз пожалеть, что он вообще покинул храм, и проклясть никчемную порывистость, толкнувшую его в самую гущу этого опасного приключения. Квентин снова угрюмо повернулся, чтобы посмотреть в окно; двор внизу лежал в глубокой фиолетовой тени, и одинокая звезда ярко сияла, как огонь маяка, над одной из южных башен.

Хороший знак, подумал Квентин и немного оживился. Постучали. Вошел Освальд. Квентин с трудом узнал его, камергер был одет куда богаче, хотя Квентин, честно говоря, плохо представлял, как должен выглядеть высокопоставленный дворянин.

– Прекрасно выглядишь, Освальд, – одобрила королева, – настоящий принц. Ну что, готов сыграть свою роль? – Освальд поклонился; повернулся к ним спиной и хрипло крикнул: – Свободны! Пошли вон! – Потом снова повернулся к Алинее и вежливо спросил: – Ваше Величество, как вы считаете, этого довольно для наших целей?

Квентин с удивлением понял, что Освальд репетирует роль принца Джаспина.

– Полагаю, ты справишься... Только постарайся, чтобы я не лишилась своего камергера.

– Принцу это вряд ли понравится, но я постараюсь. – С этими словами Освальд вышел в приемную. Квентин услышал, как он вызывает надзирателя.

Королева сказала Квентину:

– Пора. Ступай за начальником охраны, он выведет тебя к задним воротам. Там лошади, уже оседланные и с грузом. Мы скоро придем. Поспеши.

Квентин последовал за главным охранником, невысоким, плотным мужчиной-бычком с черными глазами и вьющимися черными волосами. Он выглядел как солдат, собственно, когда-то он им и был.

Они прошли задворками и какими-то неведомыми коридорами замка. Шли быстро, не останавливаясь, не глядя по сторонам. Краем глаза Квентин замечал роскошные покои, настолько роскошные, что и помыслить было невозможно. Хотел бы он просто остановиться и посмотреть… Но их путь лежал мимо апартаментов, потом – арсенала, вестибюлей и покоев. В какой-то момент они миновали большой открытый зал с двумя огромными резными дубовыми дверями, широко распахнутыми. Внутри двойная колоннада поддерживала огромный сводчатый потолок из концентрических арок над открытым залом, где собрались, как показалось Квентину, все сокровища королевства. Он никогда не видел ничего подобного; в зале легко поместился бы весь храм Ариэля. Трейн заметил, как глаза Квентина округлились, когда они проходили мимо залы, и объяснил:

– Это Большой зал Короля-дракона. Во всем мире нет ничего подобного. – Квентин ему поверил. Начальник охраны еще не договорил фразу, но уже молниеносно повернулся к Квентину и схватил его за ворот. Квентин даже испугаться не успел. Он дернулся, как марионетка, и отмахнулся руками. – Идем, негодяй, или я скормлю тебя собакам! – взревел охранник.

– Помощь нужна, Трейн? – услышал Квентин голос позади себя. Он обернулся и увидел двух богато одетых мужчин, направлявшихся в большой зал. Один из них выглядел как рыцарь, во всяком случае, был в доспехах, но это был не такой рыцарь, таких Квентину видеть не доводилось. Доспехи у него были серебряными и полированными, малиновый плащ оторочен соболиным мехом, равно как сапоги и перчатки. Рядом с рыцарем стоял человек в богато расшитом шелковом плаще с золотыми нитями, вплетенным в ткань. Весь он был в королевском пурпуре, а с воротника свешивался какой-то знак отличия: стервятник с двумя головами, одна смотрела вправо, а другая – влево. Квентин догадался, что говорил рыцарь, хотя и не мог знать наверняка.