Чтение онлайн

– Старые шлягеры, – нашелся он. – Лилль-Бабс, Сив Мальмквист, Анита Линдблум.

– А я люблю Леди Гагу, вы ее слышали?

– Кажется, по радио.

– Я почти не знаю певцов вашего поколения, – призналась Лизен.

– У моей матери было много пластинок.

– Она любила музыку?

– Наверное; она ставила их, когда возвращалась домой в хорошем настроении. Но… я не хочу о ней говорить.

– Вы храните ее пластинки?

– Да.

– И старый проигрыватель?

– Да, но СD-плеер у меня тоже есть.

– А я видела проигрыватели и виниловые пластинки только на картинках.

Ему давно надо было повернуть на Вестергатан, но он продолжал идти с Лизен под руку.

– Вы живете в Мальмё? – спросила она.

– Нет, за городом.

– Я тоже. Я из Хелльвикена, если вам это о чем-нибудь говорит.

Они обогнули угол и вышли к каналу.

– Что ж, Бергстрём, я на месте.

– О… а я прошел с вами лишний переулок.

– У вас есть визитка?

– Нет.

– А номер телефона не дадите? Кто знает, когда меня еще сюда занесет?

Она забивала его номер в мобильный, а у него гудело в голове.

– Где вы, сказали, живете?

Он не говорил.

– К северу от Андерслёва, если знаете, где это.

Лизен кивнула, спрятала мобильный в сумочку и обняла мужчину. Когда она прижалась щекой к его груди, у него перехватило дыхание. На глазах выступили слезы.

– Вы плачете? – удивилась Лизен, отпуская его.

– Это ветер, – ответил он.

– В этом городе всегда дует, – кивнула Лизен.

Она пошла к отелю, он провожал ее взглядом.

На лестнице Лизен повернулась и помахала ему рукой.

Он помахал в ответ.

Он еще стоял на продуваемом всеми ветрами углу и с тоской смотрел вдаль, когда зазвонил мобильник. На дисплее высветился незнакомый номер. Герт-Инге прижал телефон к уху и молча слушал. Завершив разговор, вздохнул и почувствовал страшную усталость.

Андерслёв, ноябрь

Не особенно себя утруждая, я тем не менее многого добился.

Этот метод подходит журналисту, прокурору или следователю: развались в кресле, и пусть события идут своим чередом. Бездействие порой эффективнее любого действия. Предоставь собеседнику высказаться самому.

Хотя в моем случае это вряд ли можно назвать осознанным принципом. Дело в лени. Я понятия не имел, каким образом буду вытягивать информацию из очередной жертвы.

Лень, удача и умение оказаться в нужное время в нужном месте – вот мои козыри. Однако после встреч с Эвой Монссон, Лизен Карлберг и Йоте Сандстедтом я понял, что пришло время активно вмешаться в ситуацию.

Вероятно, теперь мне следовало бы заняться поисками потенциальных жертв Бергстрёма, но я опасался привлечь к себе внимание полиции Мальмё. В любой момент они могли вызвать на допрос Герта-Инге, который знал обо мне больше, чем ему следовало. Чего бы стоило в их глазах мое расследование, узнай они, что я, как и преступник, увлекаюсь агрессивным сексом?

Сам я давно перестал мучиться по этому поводу угрызениями совести. Ведь, в отличие от Герта-Инге, я не принуждал своих партнерш. Я играл, не более.

Итак, у меня появился план.

Мне был нужен фотограф, и я вспомнил об Анетте Якобсон, корреспонденте газеты в Сольвикене, провожавшей домой алкоголика-редактора после праздника по случаю открытия нашего ресторана. До сих пор мы обменивались с ней эсэмэсками, а однажды она зашла в ресторан с подругами. Когда я позвонил Анетте, она сообщила, что теперь она фрилансер, живет в Арлёве, близ Мальмё, и снимает для СМИ.

Я коротко изложил суть дела, добавив, что деньги за работу она получит позже.

Анетта даже обрадовалась предстоящему приключению. Во всяком случае, долго упрашивать ее не пришлось.

– Сейчас не только телевидение, все газеты хотят иметь ролики на своих сайтах, – говорила она. – Я снимаю по старинке, цифровым способом, однако иногда работаю и с видеокамерой.

«По старинке, цифровым способом» – именно так она и выразилась. Я почувствовал себя отставшим от жизни стариком.

И еще мне нужна была помощь Лизен Карлберг.

Она согласилась, прежде чем я успел ей все объяснить.

По крупицам собирая сведения о Герте-Инге Бергстрёме, я узнал, что по вторникам он имеет обыкновение сидеть в офисе на Стурторгет, в Мальмё, если не выезжает за границу. В Сети сейчас можно найти все.

Анетта позвонила в «Гибаб» – компанию Бергстрёма, представилась журналисткой и поинтересовалась, где можно найти директора.

Секретарша ответила, что не предоставляет такой информации незнакомым людям.

– Но он в Швеции? – спросила Анетта.

Эту информацию секретарша ей предоставила: Герт-Инге Бергстрём был в Швеции.

Потом мы сидели в уютном номере отеля «Мэстер Юхан» и проверяли оборудование, которое подобрала для нас Анетта.

Она вытащила на стол маленький диктофон, на котором было написано «Олимпус», и подала мне наушники. Я позвонил Лизен, сидевшей на другом конце стола с прижатым к уху мобильником. Мы поговорили о том о сем. По завершении беседы Анетта прокрутила запись на диктофоне – весь наш диалог оказался записан.

– Но что, если он не придет? – волновалась Лизен.

– Посмотрим, – ответил я.

– Что, если он паркуется не на Стурторгет?

– Тогда вам придется выслеживать его возле конторы, благо мы знаем, где это, – предупредил я.

– Но что, если на Стурторгет не окажется места для парковки? Там всегда людно.

Несмотря на все опасения, Герт-Инге явился. Лизен наблюдала за ним из машины.

Анетта стояла на площади возле памятника Густаву Адольфу.

Я ждал в своем номере в «Мэстере Юхане».

Наконец мой мобильник зазвонил.

– Как слышимость? – спросила Лизен.