Чтение онлайн

Бернард обратил внимание на выражение лица друга и усмехнулся:

– Расслабься. Мы прошли инициацию. Типа мы свои. – Он махнул рукой Залу и Вайолет, направляясь к выходу. – До завтра!

Зал молча проводил его взглядом. Он хотел сказать что-то, но боялся, что их уже прослушивают. И все же Бернард был прав: если ДТС действительно следит за ними, то момент, чтобы остановиться, уже давно упущен.

Тем временем Вайолет прошла через всю комнату, выключила принтер, а затем начала обходить столы, проверяя, чтобы все оборудование было выключено на ночь. Когда она вернулась к своему рабочему месту, то взяла Зала за руки и внимательно посмотрела ему в глаза.

– Я знаю, что в последнее время вела себя немного странно, – тихо сказала она.

Правда? Они собирались обсуждать это здесь? Прямо сейчас? Зал представил, как где-то ухмыляющийся бюрократ из Автоинспекции слушает их разговор через скрытый микрофон. Но тут же упрекнул себя за чрезмерную паранойю.

– Нет, я бы так не сказал, – солгал он.

– Да брось, перестань юлить, – мягко сказала Вайолет. – Я просто хочу, чтобы ты знал: все это не имеет к нам никакого отношения. У меня были личные проблемы, но теперь все улажено.

Зал кивнул, не желая вдаваться в подробности.

– Если ты хочешь знать… – начала она.

– Я не…

– Ты вежлив, и это мило. Но не говори мне, что тебе не любопытно.

– Ну, если ты хочешь рассказать…

Вайолет улыбнулась:

– Хочу. – Она глубоко вздохнула. – Но ты должен пообещать, что это останется между нами. Никому ни слова, даже Бернарду.

Зал бросил короткий взгляд на экран ее компьютера, но решил не портить момент:

– Я клянусь.

Вайолет на мгновение замолчала, словно подбирая слова.

– Недавно я узнала, что мой отец живет в этой стране не совсем… легально. Я не имею в виду, что он пересек границу через пустыню или что-то в этом духе, – поспешила объяснить она. – Для меня это был полный шок. Мои родители жили здесь с тех пор, как я себя помню, задолго до моего рождения. Поэтому я никогда не задумывалась об их статусе.

Вайолет закусила губу, затем продолжила:

– Несколько недель назад я спросила папу, почему мы никогда не навещали его родителей в Канаде. Почему они всегда приезжали к нам, а мы к ним – никогда? Мне просто захотелось поехать туда. Я никогда не была в Канаде и подумала, что это было бы интересно. Тогда папа усадил меня и сказал, что не может покинуть страну. Он боится, что его могут не пустить обратно.

Вайолет покачала головой.

– Как я уже сказала, я была шокирована, – продолжила она после короткой паузы. – Он рассказал мне, что приехал сюда по студенческой визе, что познакомился с моей мамой в колледже – она, кстати, гражданка США, хотя родом из Сальвадора, – и что он просрочил визу. По его словам, он об этом никогда не задумывался. Этот вопрос просто не возникал.

Вайолет чуть помедлила, прежде чем продолжить:

– Он переехал к маме, они оба закончили университет, нашли работу, купили дом, родили меня, и… жизнь просто сложилась. Я не совсем верю в это. Он ведь должен был знать, когда оформлял кредит на дом или машину или устраивался на работу, что заполняет анкеты с ложной информацией. Но неважно. Суть в том, что он мне солгал. Или, по крайней мере, так казалось, потому что он никогда не рассказывал мне ничего из этого.

Она сделала глубокий вдох:

– Я предложила ему узнать, есть ли способ легализоваться, стать гражданином или хотя бы получить статус резидента. Может быть, заплатить штраф или что-то в этом роде. Но моя мама…

Вайолет снова вздохнула:

– Мы с мамой сильно поссорились. После всех событий с Дональдом Трампом она перестала доверять правительству, особенно в вопросах иммиграции. В итоге я ушла из дома и осталась у тебя.

Она попыталась улыбнуться, но выглядела расстроенной:

– В конце концов папа объявил перемирие, и они решили оставить все как есть. В следующем месяце из Канады приедут мои бабушка и дедушка. Папа сказал, что я могу поехать к ним, если захочу, но сам он не поедет.

Она грустно улыбнулась:

– Вот так вот. Я решила, что ты должен это знать. – Ее улыбка стала теплее. – Все-таки ты мой парень и все такое.

Зал приподнял бровь:

– Ты не боишься, что я позвоню в иммиграционную службу и сдам твоего отца?

– Думаю, что нет.

Зал на какое-то время задумался и затем спросил:

– А у твоего отца есть водительские права?

– Думаю, да. Он водит машину.

– Дай мне посмотреть твой компьютер. Я хочу кое-что проверить.

Ее лицо побледнело, когда она поняла, что он собирается сделать. Но все же она отодвинулась, давая ему доступ к компьютеру. Несколько быстрых нажатий клавиш – и на экране появились водительские права ее отца.

– Это условные права, – заметил Зал. – А рядом стоит звездочка. И эта звездочка означает…

Он переключился на другой экран и внезапно замер.

– Что? – голос Вайолет дрожал. – Что это значит?

– Это значит, что он назначен жертвой. Другие водители могут безнаказанно сбить его, или переехать, или врезаться в его машину.

Выражение лица Вайолет пронзило его насквозь.

– Это… это не может быть правдой!

– Это реально.

– Что мы можем сделать?

– Прежде всего, скажи своему отцу, чтобы он перестал водить машину. Постарайся, чтобы он вообще не выходил на улицу. Придумай причину. Любую.

– Мы не можем позволить им остаться безнаказанными! – Вайолет почти плакала. – Мы должны что-то с этим сделать!

Зал встал, подошел к ней и крепко обнял:

– Мы сделаем. Мы что-нибудь придумаем. Мы найдем способ их остановить. Обещаю.

– Как ты думаешь, папа убил маму после того, как нас увезли?

Дэнни притворился спящим, чтобы не отвечать на вопрос сестры, не думать об этом, не слышать. На ночь их приковывали к кроватям звенящими цепями, словно диких собак. Для Дэнни это было самым унизительным испытанием в его жизни. Даже когда сильно хотелось в туалет, он терпел до утра, до тех пор, пока их не выпускали.

Теа, строгая женщина средних лет, больше похожая на закоренелую преступницу, чем на обычную пленницу, исчезла после первой ночи пребывания Дэнни и Джилл в общежитии. На удивление ее подход оказался прямо противоположным. Она отказалась подчиняться правилам. Делала все в подгузник. А когда один из работников велел ей утром снять прокладку и выбросить, она огрызнулась:

– Сам сними! Сними и вытри мою грязную задницу, сука!

Через мгновение в комнату ворвались несколько мужчин в серой униформе. Они избили ее прямо у всех на глазах, пока она не потеряла сознание. Потом унесли ее бесчувственное тело. Больше Теа никто не видел.