Чтение онлайн

– Нет! – взмолилась Мим.

Но Метьярды схватили ее и выволокли из комнаты.

Мне казалось, что близняшки вот-вот захихикают. Но они невозмутимо глядели куда-то в пустоту. Даже когда дверь захлопнулась и мы услышали шаркающие шаги Мим, удаляющиеся от нас, близняшки продолжали молча смотреть на обшарпанную стену.

– Они же не станут действительно бить ее? – в ужасе прошептала я. – Ну… хотя бы не кочергой?

У меня кольнуло в области ребер… Как же тогда было больно! До сих пор я думала, что страшнее ботинок Розалинды Ордакл не может быть ничего…

Дейзи заправила за ухо прядки волос, свисавшие ей на глаза:

– Не переживай за нее, чернокожие почти не чувствуют боли. Они не такие, как мы.

Что за чушь она несет! Я медленно закатала до локтя рукав на правой руке. Пальцы были все еще скрючены судорогой. Я сжала их в кулак:

– Так это вы наябедничали! Ты и Айви. Из-за вас Мим…

Нелл слегка тронула меня за плечо:

– Лучше Мим, чем ты!

Я ненавидела всех троих и готова была броситься на них с кулаками. Но тут ступени лестницы опять заскрипели. В комнату снова вошла миссис Метьярд. На щеках ее был довольный румянец, маленькие поросячьи глазки сверкали.

– Прошу прощения, мэм, – произнесла Нелл. – Уже девятый час. Я могу отпустить девочек на сегодня? Или мы еще можем сделать для вас что-то?

Выражение лица миссис Метьярд стало не таким напряженным.

– Вообще-то, Нелл, ко мне сегодня заходила леди Мортон. Платье из черного сатина и тюля должно быть готово к концу этой недели.

– На две недели раньше оговоренного срока, я правильно понимаю? – переспросила своим безжизненным, без всякого выражения голосом Нелл. Словно в доме кто-то умер.

Миссис Метьярд слегка улыбнулась, отчего морщины на ее подбородке стали еще заметнее.

– Да, именно так. Разбирайте иголки для вышивания, девочки. Ночь будет длинной в этот раз.

После того, что я здесь увидела, мне уже стало неважно, о чем я думаю во время шитья. Почему я должна переживать из-за того, что клиенткам миссис Метьярд будут сниться кровавые кошмары, или что они умрут от оспы, если девочек, что шьют для них одежду, бьют до полусмерти?

Бедная Мим! Я никогда раньше не видела ран от ударов кочергой. Стоило мне только представить это наказание, как я тут же съежилась в комок. Жуть! Надеюсь, Кейт не раскалила кочергу перед тем, как бить ею Мим? А насколько сильно след от ожога заметен на темной коже?

Очень скоро я получила ответ на этот вопрос.

Следующий день начался точно так же, как предыдущий: подъем с рассветом, ожидание щелчка замка в двери, пустые ведра. Единственное, что его отличало, – состояние моей души. Будто что-то сломалось внутри меня. Я просто не могла спокойно смотреть на страдания Мим.

Я помогла ей раздеться перед мытьем. Запекшаяся кровь пристала к ее телу вместе с тканью грубой серой ночной рубашки. На плечах было много старых, уже побелевших шрамов. Получается, ее вчера били не в первый раз. А кто же помогал ей до меня? Или она справлялась в одиночку?

Кроме меня, никто не выразил сочувствия Мим. Ни словом, ни вздохом, ни слезинкой. В этот момент я в первый раз решилась рассмотреть их всех – нагих, какими они были, пока мылись. Но то, что я увидела, поразило меня в самое сердце.

У каждой из них на плечах были такие же шрамы.

Мы сидели на кухне и доедали завтрак. Я проглотила свой за пару секунд и снова вспомнила дом…

Да, мы были очень бедны. Но все же куски хлеба, что мама подавала нам, были толще. Теми, что выдавались нам у Метьярдов, можно было досыта накормить разве что воробышка. Если бы он, конечно, не побрезговал.

Я залпом допила то пойло, что здесь называют чаем, и едва успела поставить чашку на стол, как раздался еле слышный стук.

Тук-тук-тук.

– Кто-то из торговцев пришел, – громко сказала Нелл.

Мим презрительно поморщилась.

– Давай живее, Мириам! – поторопила ее Айви. – Опять отлыниваешь?

– Я открою! – сказала я и решительно направилась к двери, пока никто не успел остановить меня.

Пол, покрытый плиткой, был еще влажным. Я шла осторожно, чтобы не упасть, и вспомнила, как первый раз вошла сюда вместе с мамой. Мне казалось, что это было лет десять назад. Помню, как я поморщилась от противного запаха, когда мы оказались в этой комнате.

Кто там, за дверью? Вдруг это моя мама? Вернулась, чтобы сказать миссис Метьярд, что совершила ошибку и хочет забрать меня?

Молясь всем богам, чтобы это было именно так, я открыла дверь.

Но это оказался Билли Рукер.

Полагаю, вы читали о нем в газетах. Может быть, даже видели гравюры с его портретом.

Не могу сказать, что он был красавчиком. Черты его лица казались скорее резкими, но именно поэтому привлекательными. Взъерошенные волосы выбивались из-под кепки. Но что поражало, так это его глаза: огромные и синие. Они были такого глубокого синего цвета, что, увидев их раз, никогда уже не забудешь. И взгляд пронзительный, острый. Каждый раз, когда он смотрел на меня, я чувствовала покалывания во всем теле.

– Привет! – улыбнулся он, отчего на подбородке появилась маленькая ямочка. – Ты, видно, новенькая?

– Я Рут! – как-то по-дурацки ответила я.

– Точно, новенькая. Я Билли Рукер.

Он протянул руку. Я пожала ее. До сих пор помню тепло его ладони, сжимавшей мои бескровные холодные пальцы.

– Можешь помочь мне, Рут?

– Я… не знаю… А что надо сделать?

Он рассмеялся, задорно и беззаботно. Господи, я уже тысячу лет не слышала такого искреннего смеха! Просто наваждение какое-то!

– Тебе что, не рассказали, кто я? Я ваш поставщик тканей. Точнее, мой отец. Я привожу то, что вы заказывали.

– О… Но я не знаю, куда надо класть ткани. Миссис Метьярд и мисс Метьярд в торговом зале, но я могу…

– Не надо! Ткани обычно кладут в ту кладовую, что у тебя за спиной. Пошли!

Он засунул руки в карманы, развернулся и направился через внутренний дворик к воротам. Летний теплый ветерок доносил до меня обрывки веселой песенки, что он насвистывал.

Я догадывалась, что выходить из дома не стоит, что это, скорее всего, грозит ударами все той же кочергой, но мое сердце так сильно сжалось, когда Билли свернул за угол и исчез из виду, что я решилась. Не пойти за ним сейчас значило бы отказаться от глотка свежего воздуха – когда еще снова представится такая возможность? Глубоко вдохнув, я вышла во внутренний двор. Земля была покрыта дорожной пылью. Я вспомнила, как шла здесь с мамой всего два дня назад: через ворота, мимо угольной ямы.

Билли стоял на тротуаре около повозки, в которую была впряжена коренастая пегая кобылка. Ее привязали к фонарному столбу.

– Сплошь осенние тона, – усмехнулся Билли. – Они предусмотрительны и готовят гардероб заранее, ваши богатенькие дамы.

Пока он открывал задние дверцы повозки, я озиралась в поисках мамы. Но по улице шли только молочницы и булочники. Каждый раз, когда я представляла себе маму, одинокую в этом враждебном мире, внутри что-то обрывалось. Вне стен дома Метьярдов все казалось мне теперь таким огромным, громким и устрашающим.