Чтение онлайн

На столе появилась большая кастрюля с рисом и чем-то непонятным. Она целые сутки ничего не ела, поэтому была бы благодарна даже за сырой чеснок. Быстро схватив ложку, она зачерпнула немного блюда.

– А Сэчжин онни? – спросила Сэын, но в ответ услышала лишь молчание. [206]

Сэхён мельком взглянула на сидевшего рядом Чжогюна, но тот уже все доел и встал из-за стола. Девушке показалось это странным, но она тут же снова взялась за ложку и опустила ее в кастрюлю.

– Ты правда убила сестру?

Сэхён нахмурилась – только теперь она поняла, что вопрос был адресован именно ей.

– Папа так сказал.

Девушка не смогла сдержать нарастающего гнева, услышав, как девочка называет его отцом, и резко вскочила с места. Стоявшая на краю стола миска упала на пол. Сэхён крепко сжала челюсть, ожидая нового удара по лицу, но Чжогюн, к ее удивлению, никак на это не отреагировал, продолжая убирать овощи на место. Сэын тоже не обратила особого внимания на упавшую еду, занята рисом в своей тарелки.

– Но ты же врач, да? Так папа сказал. Он говорит, что теперь ты будешь меня обучать.

Сэхён бросила ложку на стол и подошла к мужчине. Ей не хотелось слышать этот бред про «отца», не хотелось узнавать о планах на будущее вонючего Чжогюна. Ложка ударилась об кастрюлю и упала так, что рисинки разлетелись по сторонам.

– Как ты вообще выжил? – сердито спросила она, но он никак не отреагировал на ее тон.

Сэхён не сдавалась, требуя ответов, – она попыталась пнуть коробку с продуктами, но потеряла равновесие и позорно повалилась на пол. В рот попали сухие листы, которые она тут же попыталась выплюнуть. Чтобы подняться со связанными руками, ей пришлось сначала сесть на колени.

– Он сказал, что ты будешь рада, когда узнаешь, что мы будем жить втроем. Как это было с Сэчжин онни…

Сэчжин. Такое далекое и вызывающее тоску имя. Сэхён постаралась медленно восстановить дыхание. Небо стало еще ярче из-за заходящего солнца. Девушка всмотрелась в яркий горизонт. Ей не хотелось поддаваться этим непонятным эмоциями.

– А кто это вообще такая? – спокойно спросила Сэхён, заметив растерянность на лице девочки.

Чжогюн махнул рукой, подзывая ее к себе. Она подбежала ближе, и он шепнул ей что-то на ухо. Сэхён было противно видеть эту картину, видеть, насколько они близки. Ей хотелось побыстрее их разлучить, но пока это было ей не по силам.

– Дочь папы, которую ты убила.

Сэхён попыталась было оторвать ногу от земли, чтобы сделать шаг, но тут же замерла.

– Что за бред?

Чжогюн лишь рассмеялся, смотря на недоуменное лицо Сэхён

– Хватит улыбаться, ответь. Я ведь единственный ребенок. Ты говорил, что я на тебя похожа. Говорил, что я должна оставаться одна.

Чем больше слов она произносила, тем сильнее затуманивалось ее сознание, начиналась одышка. Она просто стояла на месте, а казалось, что пробежала стометровку. Ей срочно нужно было на что-то облокотиться, поэтому она схватилась за стол, ища поддержки. Чжогюн продолжил убирать продукты, как будто их разговор был окончен. Сэхён схватила лежавший рядом нож, со всей силы вонзила его мужчине в спину и побежала.

Как когда-то во сне, ее брюки и ботинки полностью пропитались хлюпающей грязью – она обо что-то запнулась и повалилась на землю. Девушка не смогла подняться, и ее схватили измазанные землей руки.

– Тогда и ты должна заплатить за все свои грехи, – услышала она его шепот.

В этот раз это была не игра ее воображения – она на самом деле не могла дышать. Чжогюн бросил ее на стол и крепко сдавил шею. Сэхён попыталась откашляться, но мужчина навалился на нее всем своим весом. Он подозвал Сэын, которая тут же схватила девушку за правую руку и зафиксировала ее на столе.

– Разве нужны все десять пальцев, чтобы справляться с трупами?

Сэын молча покачала головой в ответ. Это было последним, что помнила Сэхён. Когда она пришла в себя, правого мизинца больше не было. На его месте были только несколько слоев пропитанного кровью бинта. Не было и части безымянного пальца до второй фаланги.

Девушка постаралась не сильно двигаться, но даже так почувствовала приступ тошноты, и ее вырвало прямо на пол. Тело покрылось холодным потом и сильно тряслось из-за нарастающей боли. Она не понимала, сколько часов прошло, но палец еще можно было вернуть, если бы она тут же обратилась в больницу. На всякий случай она проверила карманы – может, Чжогюн все же по доброе душевной оставил ей мизинец.

– Он сказал, что пришьет его обратно, если будешь слушаться.

Сэын помахала пластиковым пакетом, а потом убрала его в ящик со льдом и вернулась к девочке.

– С такими-то способностями? Это ведь ты делала швы? Они были ужасны. – Сэхён не смогла сдержать сарказма, пытаясь разозлить девочку.

В детстве она сама реагировала на критику так же, как Чжогюн, – была слишком чувствительна к тому, что задевало ее самолюбие.

Она предположила, что Сэын такая же, но ошиблась. Девочка опустила голову на колени и начала засыпать, будто сильно устала. Сэхён не могла видеть, как она прозябает в этом фургоне. Из-за резкого поворота кузов затрясся. Девушка прислонилась к стене, попытавшись сохранить равновесие, чтобы не покатиться по полу. Машина выровнялась и помчалась дальше. Возможно, из-за кровопотери Сэхён не могла понять, где реальность, а где иллюзия.

– Все в порядке, – прошептали ей на ухо.

Рядом с Сэын она увидела лицо девочки с фотографий. Сэхён спрятала лицо в коленях, трясясь от боли.

Через какое-то время она снова пришла в себя. Губы совсем высохли. Она попыталась встать, чтобы найти воды, но тут же ощутила резкий укол боли в правой руке. Сэхён уперла голову в стену, стараясь сдержать болезненные стоны. Пропитанный кровью кусок бинта болтался на пальцах. Она все не могла решиться на то, чтобы убрать державший бинт пластырь, но в итоге все же оторвала липкую часть, не сдержав вскрика. Она сжала губы, стараясь проглотить всхлипы, но в этот момент встретилась взглядами со следившей за ней Сэын.

– У вас нет эластичного бинта?

Сонная девочка лишь покачала головой, не прекращая тереть глаза.

– А обезболивающих?

Та медленно подошла к пластиковой коробке и, обыскав ее, вытащила две таблетки парацетамола.

– Ты шутишь? – несдержанно воскликнула Сэхён и подняла руки, но даже это небольшое движение отозвалось ужасной болью.

Часть волос пропиталась потом, прилипнув к коже и лбу, а другая запуталась на затылке.

– Отвезите меня в больницу, прошу вас. – Ее голос обрывался, будто она задыхалась.

Сэын ничего не ответила, а лишь продолжала растерянно стоять рядом и смотреть на девушку. Потом она отошла и принесла стакан воды.

– Ты будешь отвечать, если я умру?

Сэхён показала ей то, что осталось от пальца. Малышка поежилась, но все же осмотрела отрубленную часть. На месте среза появилось что-то черное, непохожее на обычные сгустки крови. Сэын схватила книгу из стопки у матраса и начала сравнивать картинки с тем, что видела сейчас. Сэхён понимала, что не может упустить этот шанс, поэтому специально застонала умирающим голосом.