Чтение онлайн

– Спасибо, я в курсе, – холодно отозвалась Алис. – Где хранятся останки?

Инспектор Деккер как-то по-волчьи ухмыльнулся, как будто она сказала глупость, повернулся спиной и устремился вперед – его шаги загрохотали по коридору.

– В хранилище, вместе с остальными… уликами, – подал голос молодой человек и, неловко кашлянув, представился: – Офицер Матье [101] . Себастьян… Матье, – добавил он, отчего-то вдруг смутившись.

Они с Алис быстро пожали друг другу руки.

Высокая блондинка тоже повернулась и протянула руку – Алис вспомнила, как перед поездкой смотрела информацию на криво слепленном сайте коммуны. Офицер Себастьян Матье и инспектор [102] Кристин Шмитт. Значит, вот какая она.

Они едва успели обменяться со Шмитт рукопожатием и парой дежурных фраз, как мудак-инспектор в коридоре обернулся.

– Ну? Вы идете или нет? Без прелюдий никак? Сначала надо пригласить на кофе?

– Спасибо, кофе лучше потом, после осмотра. Черный, без сахара, – спокойно отчеканила Алис и добавила так же невозмутимо: – И без прелюдий.

Шмитт быстро глянула на Матье – на ее лице было написано удивление… и предвкушение. Видимо, с шефом-мудаком редко кто решался спорить или хотя бы отвечать на его колкости. Молодой офицер ответил ей взглядом кролика, который чудом избежал пасти удава, но предчувствует, что чудовище вот-вот вернется.

Алис поправила сумку, сунула руки в карманы, чтобы никто не заметил, как они дрожат, и направилась к хранилищу. Туда, по коридору, прямо за минотавром в черном свитере.

– Пол: с высокой вероятностью женский, десять из шестнадцати характерных морфологических признаков можно отнести к отчетливо феминным. Возраст… от двадцати шести лет, ламбовидный шов закрыт. Установить, закрылся ли сосцевидно-затылочный шов, не представляется возможным ввиду повреждений…

Девчонка за столом разглядывала череп и бодро наговаривала данные на диктофон, а Марк, скрестив руки на груди и прислонившись к железному шкафу, ждал, когда она закончит. И адски хотел покурить.

– Понятия не имею, компетентна она или нет, – с едва ощутимой насмешкой протянул Анри. – Но говорят, она спит с твоим дядей. Увы, при всем уважении, не знаю, как он себе любовниц выбирает: чтоб покрасивее, или ему еще и с мозгами подавай…

Без прелюдий, значит. Старому пердуну она тоже так дает – без прелюдий? Марк сам не понимал, отчего его так бесит эта мысль, но клокотавшая внутри злость никак не находила выхода. Сейчас бы немного помогла пробежка, но черт…

Он глянул на ее лицо – чуть тронутый веснушками гордо вздернутый нос, зеленовато-карие глаза с кошачьим разрезом, длинные ресницы, сосредоточенно нахмуренные брови, легкий румянец на скулах, выбившаяся прядь каштановых волос, которую она все время заправляла за ухо. И чуть приподнятые уголки губ, словно она все время слегка улыбается…

Марк понял, что пялится на ее рот, и одернул себя. Хватит! Просто типичная девочка-отличница, которая привыкла делать все на пять. Готова лезть из кожи вон, лишь бы считаться самой лучшей. Даже прыгнуть в постель к его почтенному дядюшке Жану Мореллю – отличный ход, браво, далеко пойдет.

Он поморщился, понимая, что вслушивается против воли, и прикусил губу, чтобы отвлечься и вернуться в реальность.

– Европеоидная раса…

– Значит, это не Пати Сапутра, – подала голос Шмитт. – Я говорила.

– Видимые невооруженным глазом повреждения… получены post mortem, судя по характерному желтоватому цвету сколов. – Девчонка достала из своей большой сумки камеру, сделала несколько снимков. – Следы неизвестной… маслянистой субстанции… – Быстро взяла пробу ватной палочкой и положила в пакетик. – Возраст останков… Кость без запаха, мягкие ткани отсутствуют. То, что был обнаружен только череп, может говорить о высокой дисперсии останков. Невооруженным взглядом скарификации не заметны. Предварительное заключение: как минимум несколько лет. – Она снова сделала пару снимков, нахмурилась, полезла за чем-то в сумку и вдруг скомандовала: – Выключите свет.

Матье тут же кинулся выполнять приказ, а Марк тихо скрипнул зубами. Как же бесил этот ее деловой тон, но больше всего – тот факт, что и Матье, и даже Шмитт уже с восторгом и восхищением смотрели на девчонку. Она как раз включила ультрафиолетовую лампу, череп перед ней засветился, и Матье издал благоговейный вздох. Как будто к туземцу приехали божественные люди с большой земли и демонстрируют чудеса прогресса.

– Но, по всей вероятности, не больше ста-ста пятидесяти, – продолжала девчонка. – Для более точного определения возраста требуется микроскопия, дополнительный осмотр места обнаружения, химический анализ почвы…

Чтоб покрасивее, или ему еще и с мозгами подавай…

Похоже, все-таки с мозгами. Марк сунул руки в карманы, с силой сжал кулаки. Так хотелось верить, что эта столичная выскочка всего лишь красивая дура и просто повторяет умные слова, но он уже видел, чувствовал, слышал – безошибочно, как всегда! – и прекрасно понимал, что она далеко не дура. Она и в самом деле специалист. И отлично разбирается в предмете. Марк даже не знал, что бесит его сильнее: то, что она действительно умна, или то, что он совершенно глупо из-за этого злился. Ведь наконец-то в его богом забытой дыре случилось что-то интересное, наконец-то замаячило любопытное расследование, а он стоит и мечтает о том, чтобы хорошенькая криминалистка оказалась дурой!

– А что, если это… Ламбер? – сказала Шмитт.

Как будто невинно, мать твою! Как будто просто так спросила. Марк чувствовал, что сейчас зарычит. Хотелось просто закопать в лесу по очереди их всех: начиная с Матье и заканчивая этой… криминалисткой.

– Одри? – удивленно переспросил Матье. – Она же отправляла сообщения из Брюсселя… – Он запнулся, видимо, сообразив, что идет по слишком тонкому льду.

– Одри Ламбер, она вроде как внезапно уехала, никому ничего не сказала, пропала, можно сказать, – охотно продолжила Шмитт, поглядывая на девчонку и явно желая тут же посвятить ее в местные сплетни. – А потом ее родные и знакомые получили сообщения, где она писала, что якобы в Брюсселе. Но никто не выяснял, откуда на самом деле их отправляли и кто. И отвечать она никому не стала больше, оборвала все связи. Анжелика вот считает…

– Это которая с почты? – снова встрял Матье.

– Ну да, они же дружили, помнишь, на Новый год…

– Хватит! – рявкнул Марк, и все трое вздрогнули от неожиданности, испуганно на него уставившись. Но ему уже было достаточно. Он тут просто дышать не мог, в этой подсобке и с этой криминалисткой за столом. – Это все не относится к делу. Вам долго еще? Как вас там… Янссенс?

– А что, вы уже закрываетесь? – уточнила девчонка.

Марк яростно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Как, ну как одним простым вопросом она умудрилась заставить его чуть не улететь в стратосферу? Взяла и ткнула носом в то, что он сидит в глубокой провинциальной…