Чтение онлайн

Хан Чжису лишь слегка поклонилась полицейскому и пошла прямо в больничную палату. Чой Чжонхо встал с таким выражением лица, как будто хотел ей что-то сказать, но девушка его проигнорировала. Сейчас было важно получить письменное признание от Ким Хёна.

Профессор смотрел в окно. Он обернулся на звук открывшейся двери, и их глаза встретились. Хан Чжису улыбнулась отрепетированной улыбкой. Его зрение словно почти восстановилось, а взгляд стал четко сфокусированным.

– Как ты себя чувствуешь? Все в порядке?

– Это сплошной ад. Чертов ад, который я выбрал в прошлом.

Ким Хён сказал, что он по-прежнему не намерен отказываться от своего заявления, что он готов взять на себя ответственность за свое прошлое.

– Может, ты что-нибудь вспомнил?

– К сожалению, ничего. Я хотел бы вспомнить хоть что-то, – Ким Хён показал бумажку, которую держал в руке. Это была распечатанная фотография ребенка. Во всей его фигуре считывалось отчаяние.

– Постепенно воспоминания вернутся.

Ким Хён посмотрел на лицо ребенка на фотографии, не ответив. Он сощурился, словно пытаясь лучше рассмотреть изображение. Мужчина выглядел так, словно держался одной рукой за ад, а другой – за рай. Хан Чжису, сама того не осознавая, занервничала, и ее пальцы начали дрожать. Дрожь усиливалась, надо было как-то ее скрыть, пока он этого не заметил. Она села на стул, взявшись за перила кровати. Ким Хён проследил за ней взглядом.

– Ну что ж, ты пришла, чтобы получить письменное заявление, верно? Тогда давай начнем, – сказал он. Ким Хён настаивал, как будто это было в его интересах.

Хан Чжису внезапно овладел страх. Может, он манипулирует ею, управляет, как фигурой на шахматной доске? Ее снова начали терзать сомнения. Правда ли он потерял память или просто притворялся все это время?

Ким Хён сел на стул перед столом, легко преодолев расстояние, как будто его зрение полностью восстановилось. Он даже ни разу не споткнулся. Хан Чжису достала из сумки ноутбук и села напротив него.

– Сегодня мы подготовимся к даче официальных признательных показаний. Это делается для того, чтобы никто не догадался о твоем состоянии.

– Хорошо. Начнем.

– Во-первых, перед получением официального заявления надо будет подтвердить твою личность. Спросят имя, регистрационный номер резидента [197] , текущий адрес, уровень образования, профессию и так далее.

Хан Чжису проследила за реакцией Ким Хёна на открытый ноутбук. Он не отвернулся, не скрестил руки или ноги. Он не проявлял признаков типичного нервного поведения. Моргал он тоже с нормальной частотой.

– Я не знаю ничего, кроме своего имени.

Хан Чжису зачитала его регистрационный номер, адрес и род занятий. Он прослушал все один раз и запомнил свою личную информацию.

Она включила запись на телефоне. Его ответ был записан, начиная с удостоверения его личности.

– Убийство так называемой «жены в ванне», произошедшее в июне 2017 года, было вами воссоздано, а главный подозреваемый, муж погибшей Хан Кибом, был убит в сентябре 2017 года, верно?

Допросы всегда начинают с того, что заставляют подозреваемого признать факт преступления. Затем профайлер оценивает его реакцию. Делают так, чтобы посмотреть – удивлен он или рассержен, и исходя из этого уже строить дальнейшую стратегию допроса. Хан Чжису пыталась оценить реакцию Ким Хёна.

– Да, верно, – спокойно сказал он таким тоном, будто его спросили, который час.

– Также вы воссоздали смерть сбежавшей старшеклассницы, которая погибла в результате нападения на крыше в октябре 2017 года, и убили Ли Чжону, который был главным подозреваемым, в январе 2018 года?

– Да, верно.

Ким Хён, казалось, не боялся наказания и не испытывал ни малейшей вины. Его реакция беспокоила Хан Чжису, она решила сделать паузу, прежде чем задать следующий вопрос. Она хотела заставить его поволноваться.

Он ждал ее вопроса с ничего не выражающим лицом. Он не нервничал и, похоже, не собирался долго раздумывать над ответом или оправдываться.

– В мае 2018 года вы воссоздали так называемое «убийство без тела», в ходе которого в апреле 2018 года муж убил жену, инсценировав ее исчезновение, а в мае вы убили Ким Ёнхака, мужа, который был главным подозреваемым, верно?

– Да, все верно, – коротко и без колебаний ответил он.

– Вы воссоздали поджог караоке-бара, который произошел в марте 2017 года, и убили О Чжонтэ, главного подозреваемого, который был владельцем караоке-бара, в октябре 2018 года, верно?

– Я убил О Чжонтэ, сжег его заживо, – неожиданно резко сказал он.

Некогда спокойный человек сейчас казался эмоционально потрясенным. Это было подходящее время, чтобы перейти к следующему шагу. Следующий вопрос должен быть о причинах убийства. Лучше всего, чтобы профайлер сначала нашел подходящую причину, по которой подозреваемый мог бы рационально объяснить преступление, и начал с нее. Даже подозреваемому, совершившему странное преступление, нужна причина, оправдывающая его.

Серийные убийства Ким Хёна начались как месть за смерть его дочери. И эта месть переросла в насмешки и гнев по отношению к бестолковой судебной системе. Его серийные убийства имеют психологическое обоснование.

– Что было вашим главным мотивом в совершении четырех серийных убийств?

– Скажем так, это гнев на беспомощную судебную систему. Хотя месть за смерть дочери была спусковым крючком, она стала бы более весомой, если бы я совершил серию убийств.

Он говорил так, как будто рассказывал чужую историю. На первый взгляд, его цель была понятна – он хотел скрыть, что потерял память. Ему пришлось сделать так, чтобы причина серийных убийств, которую он не мог вспомнить, показалась другим правдоподобной.

– Значит, вы уверены, что все убитые вами виновны?

– Согласно материалам полиции и протоколам расследования по каждому делу.

– Под протоколами расследования вы имеете в виду протоколы полицейского расследования?

– Конечно. Поскольку я анализировал нераскрытые дела в полицейском управлении Сеула, я смог получить доступ к материалам этих дел.

– Разве в результате расследования подозреваемые не были признаны невиновными и освобождены?

– То, что их признали невиновными, вовсе не означает, что они не совершили преступление. Это означает лишь то, что было недостаточно доказательств для предъявления им обвинений, – Ким Хён был решителен. Он ни капли не сомневался в том, что сделал. Хан Чжису решила устранить этот пробел. Это был большой риск, но она ожидала какой-то реакции, если он лжет.

Детектив Хан выключила диктофон на телефоне.

– Недавно в интервью ты сказал, что преследуешь еще одного подозреваемого по делу «жена в ванне». Разве ты еще не знал, что есть подозреваемый, который не был раскрыт в ходе следствия?

– Это…

Впервые уверенность Ким Хёна пошатнулась. В его глазах читался немой вопрос. Она сидела прямо и хладнокровно держалась на расстоянии от Ким Хёна.

Взгляд Ким Хёна блуждал по потолку. Кажется, он вспоминал. Это не была реакция человека, который ничего не мог вспомнить.