Чтение онлайн

– Папа! Папа! Ответь мне!

Марлоу с сильно побледневшим лицом обнял сестру.

– Это безумие, – сказал он. – Он должен быть там. Другого выхода оттуда нет, не так ли?

– Не думаю, что есть. – Кэмпион заговорил с непривычной серьезностью. – Из лабиринта всегда выход только один.

– Я здесь, в центре! – Голос Бидди заставил его замолчать. – Его тут нет, Джайлз.

– Ищу, дайте мне полминуты! – ответил ей голос брата. – Пока безуспешно. Попробуй проверить ложный выход из центра.

Поиск продолжался в лихорадочной тишине. Мистер Кэмпион, который до сих пор бесполезно торчал перед входом в лабиринт, теперь повернулся к Марлоу и Изопель.

– Вы обойдите с той стороны, – распорядился он, – а я – с этой. Возможно, он нашел какой-то проход.

– А что делать мне? – спросил мистер Барбер.

– Вы останетесь здесь и крикнете, если увидите, что кто-то выходит, – велел Кэмпион и двинулся в обход лабиринта с восточной стороны.

Он с трудом перелез через изгородь и пошел по канаве у поля. Минуты летели, точно секунды. Кэмпион наткнулся на Марлоу, который как раз огибал четвертую сторону тисовой головоломки. По их лицам было понятно, что оба не преуспели в поисках.

– Бред какой-то! – бухнул Марлоу, словно отвечая на невысказанный вопрос. – Мы явно нервничаем из-за ерунды. Стены в лабиринте жесткие, как стенки холодильника, и оттуда нет других выходов. Отец должен быть внутри. Он просто нас разыгрывает. Думаю, он не понимает, насколько мы встревожены… – Но по его тону было ясно: он сам не верит в то, что говорит.

– Вернемся к остальным. – Мистер Кэмпион казался ошеломленным. – Он, вероятно, уже с ними.

Легкие шаги позади заставили обоих обернуться. Их догоняла Бидди. Ее лицо было бледным, карие глаза – потемневшими и испуганными.

– Альберт, – сказала она, часто дыша, – он исчез. Мы с Джайлзом прочесали весь лабиринт и не нашли ни следа. Он как сквозь землю провалился…

– Бесполезно и дальше торчать в лабиринте, – беспомощно проговорила Бидди. – Мистера Лоббетта здесь нет и быть не может.

Она и Изопель стояли у входа в тисовые заросли. Альберт Кэмпион отправился допрашивать полицейских в засаде на другой стороне Страуд-стрит. Джайлз с неиссякаемым упорством все еще обыскивал каждый уголок лабиринта, а Марлоу прочесывал территорию парка. Мистер Барбер с неизменным удивлением на лице сидел в шезлонге на лужайке, положив свою ношу на колени. Происходящее основательно сбило его с толку.

Глупыш, как и во всех других случаях, когда он мог быть полезен, испарился.

Изопель сильно побледнела. Она стала похожа на своего брата больше, чем когда-либо. Ее черты лица заострились, а глаза расширились, и все это за каких-то десять минут.

Бидди была откровенно взволнована.

– Но это невозможно, – говорила она, акцентируя последнее слово. – Он не мог исчезнуть вот так, словно по волшебству.

Изопель покачала головой.

– Они последовали за нами сюда, – прошептала она, с трудом шевеля губами. – Я знала, что мы не сможем уйти от них. Я знала… я…

Она протянула руку, словно пытаясь за что-то ухватиться, и Бидди, мельком увидев ее закатившиеся глаза, успела подхватить девушку как раз вовремя, не дав ей рухнуть на землю.

Столкнувшись с вполне посильной проблемой, практичная натура Бидди вновь заявила о себе. Осторожно усадив бесчувственную Изопель на траву, Бидди опустила ее голову между колен, а затем громко позвала Джайлза.

Он выскочил из лабиринта на зов сестры и, увидев Изопель, сидящую в неестественной позе, ахнул и подбежал к ним.

– Боже мой, она ведь не умерла, да? – выдавил Джайлз, испуганно глядя на Бидди.

– Конечно нет, дурак! – возмутилась та, чья нервозность уже переросла в раздражение. – Подними ее и отнеси в дом. Она просто упала в обморок. Бедняжка до смерти напугана. Кстати, и я тоже, Джайлз. Где судью носит, черт возьми?!

Джайлз, казалось, не слушал ее. Подхватив на руки несчастную Изопель, голова которой тяжело свесилась ему на плечо, он ни за что не поведал бы сестре, о чем подумал в данный момент. Он отнес девушку в дом, положил на кровать и, оставив на попечение подоспевшей Бидди, вернулся в лабиринт, куда тянула его собственная вера в здравость человеческого рассудка.

Джайлз шагнул в темные кусты и по узким тропинкам снова пошел по земле, которую уже обыскивал ранее. Наконец, замерев в тупике на западной стороне квадрата, он некоторое время задумчиво рассматривал изгородь перед собой. Один из тисовых кустов засох, в результате чего у самой земли образовалось подобие дыры, ведущей в канаву, которая тянулась вдоль примыкавшего к саду сенокосного поля. Джайлз протиснулся сквозь отверстие, и это далось ему сравнительно просто. Открытие в некоторой степени заставило его вздохнуть с облегчением, так как оно поставило крест на том, что Бидди назвала волшебством.

Канава, в которой он оказался, была сухой и явно недавно расчищенной. Джайлз мог беспрепятственно осмотреть ее слева, до дороги, и справа – до конца поля, которое растянулось примерно на двести ярдов. Сухая трава была готова к покосу, и сейчас, пока он стоял на дне канавы, ее концы развевались у него над головой. В этой широкой канаве могла бы остаться незамеченной небольшая армия, однако следы борьбы отсутствовали.

Неудовлетворенный, Джайлз вернулся в лабиринт тем же путем, которым вышел, и тщательно обыскал тупик.

– Эй! Есть там кто-нибудь? Как успехи? – раздался с дороги голос Кэмпиона.

– Ни следа отца. Прежде я с таким безумием еще не сталкивался, – ответил ему голос Марлоу. – Как дела у вас?

– Сам не знаю! – крикнул Джайлз. – Спуститесь в канаву на краю поля, я вам кое-что покажу.

Он присел на корточки, чтобы снова пролезть в проем под сухим тисом. Вскоре трое молодых людей встретились в канаве. Все, особенно Кэмпион, то и дело спотыкались на неровной земле.

– Видите? – кивнул Джайлз на отверстие. – Это единственный способ, которым кто-либо мог проникнуть в лабиринт или покинуть его, исключая вход, а я ведь прочесал весь кустарник. Вопрос в том, каким образом кто-то сумел вытащить судью наружу так, чтобы он не издал ни звука и не оказал сопротивления? Здесь нет ни малейших признаков борьбы, и мы не слышали абсолютно ничего.

– И это вы еще не знаете самого удивительного, – произнес Марлоу. – Я опросил двух полицейских, и они клянутся, что ни одна машина или пешеход не покидали Мистери-Майл с четырех часов дня. Но и это еще не все! Я был у Генри, брата Джорджа. Тот сидел на углу гостиницы и тоже не видел ни одной живой души, кроме мистера Барбера, который остановился, чтобы спросить дорогу, и, похоже, произвел на Генри большое впечатление.

Джайлз уставился на него.

– Тогда судья должен быть в поместье, – сказал он, и эта мысль принесла ему некоторое облегчение. – Он же не мог вдруг утратить память, верно? Он когда-нибудь раньше такое выкидывал?