Чтение онлайн

Я смотрел по телевизору достаточно передач и фильмов, и не только художественных, и поэтому видел, что женщины бывают и умными, и веселыми, и милыми, и добрыми. С некоторыми из них я иногда встречался в городе – например, с матерью и сестрой Кая. Они были из Полинезии. Отец отпускал по их поводу оскорбительные комментарии.

Я никогда раньше не противоречил отцу. Я никогда не чувствовал такой необходимости. Я жил в отрицании. По отношению ко мне он всегда был нежен, добр и заботлив. Но время от времени мы спорили. Например, я умолял его поставить телефон, но он отказался, заявив, что это пустая трата денег. Я ответил, что он слишком упрямый.

Но ситуацию с Линди я игнорировать не мог. Я провел бессонную ночь, и в голове у меня творился полный кавардак. На следующее утро я не присоединился к отцу за завтраком. Я остался на своем огороде. В тот вечер была моя очередь готовить ужин. Когда я услышал, как подъезжает его машина, у меня внутри все сжалось. Я сжег свиные отбивные и переварил картошку. Я поставил перед отцом тарелку и сел с противоположной стороны стола. Я смотрел, как он наливает в стакан воду из графина. Я настолько нервничал, что у меня заболел живот. Есть я не мог.

– Ты нормально себя чувствуешь? Ты как будто немножко бледный, – участливо спросил отец.

– Я думал о своей матери и о том, как ты ее насиловал, – с трудом выдавил из себя я.

Его нож со звоном упал на стол.

– Мне семнадцать лет, пап. Сколько ей было, когда она от тебя забеременела? Старше или младше Линди?

Он так сильно ударил кулаком об стол, что все подпрыгнуло. Его стакан с водой опрокинулся.

– Я не потерплю этого…

– Ты похитил ее. Ты забрал ее у родных и запер в той комнате рядом со мной. Ты морил ее голодом, бил, мучил и насиловал. Ты бьешь и насилуешь Линди – ты ей зубы выбил. Остатки удалил клещами или плоскогубцами?

Стакан покатился к краю стола.

– Лживая мелкая сука! Ты не должен верить ни одному…

– Она мне ничего не сказала. Я понял сам. Наверное, я всегда знал, просто не хотел, чтобы это было правдой. Я не должен верить ни одному твоему слову, папа. Ты сбежал из Ирландии и потащил меня с собой, а теперь я соучастник похищения Линди.

Вода из стакана начала капать на пол.

– И чего ты от меня хочешь? – зарычал отец на меня. – Чтобы я отпустил ее? И что, по-твоему, с тобой случится дальше? Кто защитит тебя так, как я? Как ты сам сказал, ты соучастник. – Он оттолкнул стул и поднялся, глядя мне прямо в лицо. Опрокинутый стакан упал с края стола и со звоном разбился о деревянный пол. Меня приводили в ужас мысли о тюрьме, об одиночестве, о мучительной смерти. Но все же я считал, что могу отличить добро от зла.

– Отец, тебе нужно оставить ее в покое. Ты – педофил. Вот в чем правда.

– А чем ты занимаешься с ней каждый вечер, а? Разговариваешь? Читаешь?

– Да! На что ты вообще намекаешь? Ты же знаешь, я не могу ее трогать.

Краска отхлынула от его лица. Отец схватился обеими руками за стол и начал мотать головой, как будто ему в ухо попала вода.

– Если я сяду в тюрьму, то ты тоже. Ты уже не так юн, чтобы избежать взрослой тюрьмы. Ты знаешь, что с тобой там сделают?

За долгие годы я прочел много книг про тюрьму. Перед моими глазами живо встали сцены из «Мотылька» [191] .

Я выбежал с кухни и сорвал с крючка ключи от машины. Отец шел за мной и орал в спину:

– Ты ничего не можешь сделать, чтобы не угробиться, глупый мальчишка!

Той ночью я забрал машину и несколько часов ехал в никуда. Куда я мог поехать и кому рассказать?

Салли

Когда я услышала свисток, то резко почувствовала тошноту. Он был здесь. Я попросила Удо и Надин сразу бежать на помощь охраннице Лине, если услышат свист, так что они оба кинулись за угол. Все в недоумении замолчали, кроме детей, которые беззаботно резвились в надувном замке. Я тут же пересчитала их по головам. Все были на месте. Я выдохнула, но вокруг повисла тишина. Я попросила всех оставаться на своих местах. Прошла через дом и по пути захватила кочергу из камина. Во мне бурлила ярость. Наконец-то.

Открыв дверь, я услышала визгливый женский голос.

– Это чокнутая убила своего отца, а вам наплевать!

Лина держала женщину в захвате, но лица видно не было. Ко мне подошел Удо:

– Все нормально, это просто та сумасшедшая расистка из «Тексако». Она не хочет уходить.

Кэролайн.

– Вам здесь не место. Почему вы не возвращаетесь в собственную страну? – визжала она на Удо.

Лина потащила ее по улице вперед спиной.

– Моя подруга врач, – сказала Надин, – нам стоит положить тебя в психбольницу.

– Лесбуха!

Лина зажала рот Кэролайн рукой.

– Мне вызвать полицию, мисс Даймонд?

Тут кочерга у меня в руках будто зажила собственной жизнью. Меня настолько взбесила и разозлила мысль, что это мог быть Конор Гири, что я ничего не могла поделать со своей яростью. Я побежала к Кэролайн, замахнувшись кочергой. Надин схватила меня за талию.

– Салли! Какого черта?

Удо вырвал у меня кочергу.

Лина оттащила Кэролайн подальше от меня. Она убрала руку с ее рта, но по-прежнему крепко держала за шею и плечи.

– Вы все это видели! Она хотела ударить меня кочергой! Это попытка нападения! Вы свидетели! Если кто-то и пойдет в полицию, то я! – кричала Кэролайн.

– Я ничего не видела, – заявила Надин. Она обратилась к Удо и Лине: – Вы видели, чтобы Салли пыталась на кого-то напасть?

– Я точно не видел, – отозвался Удо, а Лина решительно замотала головой.

– Ты видишь то, чего нет, понимаешь? – продолжила Надин. – Тебя действительно стоит положить в психбольницу. Теперь ты отвалишь или нам вызывать полицию?

Теперь врали вообще все. У меня в голове загудело.

Кэролайн убежала, визжа на всю улицу про лжецов и уродов, пока Удо и Лина провожали ее глазами.

Надин отвела меня в отцовский кабинет, на который я повесила табличку «Не входить».

– Жди здесь, – велела она. – Я позову Анджелу.

У Анджелы в сумке как будто всегда имелись нужные таблетки.

– Выпей это и расскажи, что случилось. – Она подала мне стакан воды.

– Ты знаешь, зачем я наняла Лину. Когда я услышала свисток, то подумала, что это он. Я разозлилась и уже не могла себя контролировать. Я была готова убить его, и хотя это всего лишь Кэролайн…