Чтение онлайн

– О бальзамировании животных?

– Ну, первые шесть – о таксидермии. Но все двадцать семь из Вест-Пулмана. Это район в южной части Чикаго.

– Возможно, это был его исходный план, – заметила Зои, перелистывая отчеты. – Таксидермия жертв.

– Почему же он передумал?

– Не знаю. Я не слишком разбираюсь в разнице между таксидермией и бальзамированием. Кстати, здесь нигде не указано, что животные были забальзамированы.

– Мертвых кошек и собак обычно не отправляют на аутопсию. Но там есть описание жесткости и неестественных поз. Насколько я понимаю, это как раз следствие бальзамирования животных.

– Ага, – пробормотала Зои, вчитываясь в отчет о собаке, найденной лежащей на боку, мертвой и твердой, как камень. – Всех этих животных стащили из одного района?

– Всех, у кого мы смогли установить владельцев.

– Кто-нибудь из них видел человека, который украл его животное?

– В сообщениях этого нет, но Скотт и Мел начали опрашивать владельцев и проверять. Вы думаете, он живет в Вест-Пулмане?

– Или жил раньше. Он не особо заботился о выброшенных останках животных, в отличие от своих человеческих жертв.

– Должно быть, предположил – и правильно, – что полиция Чикаго не начнет большую охоту на серийного убийцу животных, – заметил Мартинес.

Зои не ответила, продолжая просматривать отчеты. Лейтенант отошел.

Бентли открыла браузер и начала искать сведения о таксидермии. Щелкнула на «Викихау», ее любимый сайт с информацией для «чайников». Больше всего она любила его за иллюстрации, которые бывали комическими и абсурдными. Правда, статья «Как заниматься таксидермией» оказалась совсем не забавной. Зои быстро поняла, что таксидермия принципиально отличается от бальзамирования.

Судя по отчетам, убийца сделал чучела шести котов и собак, прежде чем забросить эту идею. Возможно, он пришел к выводу, что результат не годится для людей. Она нацарапала слово «Методичность» на половинке листа бумаги, который лежал на столе. Потом подчеркнула «Самообучение» и «Быстро учится», написанные сверху два дня назад.

Пожевала ручку. Он действительно забросил эту идею? Или все-таки попробовал?

Зои встала и подошла к Мартинесу.

– Скажите, лейтенант, не находили ли между четырнадцатым и пятнадцатым годами подвергнутое таксидермии тело молодой женщины?

– Ээм… нет.

«Возможно, он пробовал – и не справился».

– А тело, у которого не хватало больших кусков кожи? Как будто кто-то пытался сдирать с нее кожу?

Мартинеса перекосило.

– Нет. Думаю, я бы вспомнил, если б нечто подобное произошло в Чикаго в последний год.

– Ладно. Возможно, это хорошие новости.

– Да? Я обязательно засуну это в папку для хороших новостей.

Зои вернулась на свое место и начала сортировать отчеты в хронологическом порядке. Несколько первых были нерегулярными. Два в июле 2014 года, один в августе, два в сентябре, один в октябре, следующий только в марте, но Зои догадывалась, что в промежутке были и другие. Жалоб не поступало, поскольку люди, скорее всего, думали, что найденные животные просто замерзли насмерть.

Потом, в 2015 году, двое в апреле, одно в мае, двое в июне… одно-два каждый месяц, со случайными исключениями. Но в марте 2016 года в Вест-Пулмане было найдено пять забальзамированных собак и кошек.

Он стал неосмотрительным и безрассудным. Им двигала растущая жажда.

Ему не терпелось заняться настоящим делом.

Исходя из расчетного времени смерти, он убил Сьюзен Уорнер пятого апреля плюс-минус один день. Спустя всего неделю после того, как нашли последнее забальзамированное животное. Моник Сильва была убита около первого июля. И Кристу Баркер убили 10 или 11 июля.

Он разгонялся? Точно не сказать, данных не хватает. Но если ей нужна оценка… то, скорее всего, да. Между последними двумя убийствами прошло всего девять дней.

Сколько ему потребуется на этот раз? Неделя? Пять дней?

Или они уже опоздали?

Зои встала и снова подошла к столу Мартинеса.

– Послушайте, – сказала она. – Возможно, скоро он опять убьет. Очень скоро.

Лейтенант развернул кресло и поднял на нее взгляд.

– Насколько скоро?

– В лучшем случае через несколько дней.

– Вы думаете, он будет выбирать проституток?

– Да, я думаю, это самая вероятная группа.

– Мы можем установить наблюдение за несколькими популярными местами, – произнес Мартинес после нескольких секунд размышлений. – Но, честно говоря, мы понятия не имеем, на что смотреть.

– Крепкий парень, довольно приятная внешность, неплохая машина…

Голос Зои затих. Слишком слабый профиль.

Мартинес грустно улыбнулся.

– Вы только что дали описание большинства сотрудников нашего департамента.

Зои подняла бровь.

– Я не стала бы игнорировать вероятность, что наш подозреваемый – сотрудник какого-то из правоохранительных органов, – сказала она. – Но у нас по-прежнему недостаточно информации, чтобы сузить круг подозреваемых.

– Тем не менее вы считаете, что скоро он нанесет новый удар… Я позвоню в нравы. Я знаком с их лейтенантом. Она поможет – она умеет добиваться результатов. Может, нам удастся порасспрашивать, посмотрим, вдруг кто-то пропал… Скажем им держать глаза открытыми. Есть какие-то конкретные районы, на которых нужно сосредоточиться?

Зои замешкалась. Она пока не занималась в этом деле географическим профилированием, но судя по тому, что она видела, этот убийца не соответствовал стандартным шаблонам. Он убивал по всему Чикаго, не ограничиваясь одним районом.

– Понятия не имею, – наконец призналась она.

Тейтум потер лицо и вздохнул. В голове стучало, а когда он закрывал глаза, то все равно видел перед собой яркий экран ноутбука. Последние три часа Грей читал отчеты, и теперь ему нужно немного свежего воздуха.

Он работал с донесениями о кражах со взломом в Вест-Пулмане. Серийные убийцы часто начинают свой путь с «фетишистских краж». Они вламываются в дома женщин и крадут белье, одежду или другие вещи, которые подогревают их фантазии. Похоже, что этот серийный убийца начинал с того же. При толике удачи им удастся отыскать в отчетах фетишистские кражи, что позволит пролить свет на личность убийцы.

Ну… при большой удаче. Вест-Пулман был большим районом, растянувшимся за два патрульных маршрута в пятом округе. Кражи со взломом были здесь обычным делом, и Тейтум уже устал читать об украденных ноутбуках и драгоценностях. Он ухитрился отметить три подозрительных заявления, два из-за белья в списке украденных вещей и еще одно, в котором вдовец сообщал о краже драгоценностей его покойной жены. Тейтум рассудил, что если этот убийца сдвинут на смерти, кража драгоценностей мертвой женщины вполне может оказаться среди его ранних преступлений.