Чтение онлайн

Мало что он в этой жизни любил так, как взаимосвязанные вопросы. Потянешь за одну ниточку – и мигом проясняется всё остальное.

Саванна решила играть ради своего отца.

Нет, до верного ответа еще далеко. Но с каждой секундой он становится чуточку ближе. Пока же…

– Человек менее скрупулезный попытался бы тебя очернить прямо сейчас, но мне твоя податливость ни к чему, – продолжал он, сделав шаг вперед, чтобы Саванна точно услышала. – Мне не нужна послушная пешка, которую можно как угодно двигать по доске, Савви.

Ситуация изменилась.

– Мне нужен союзник. – Он сделал еще один гулкий шаг вперед. – Партнер.

– Уверена, у тебя и не получилось бы меня очернить, – теперь уже Саванна угрожающе двинулась вперед. – Я сестра Грэйсона Хоторна. Презумпция невиновности точно будет на моей стороне, если что. А ты, между прочим, сломал Джеймсону ребра. Думаешь, Эйвери Грэмбс такое забудет? Думаешь, поверит тебе, а не мне? Да с какой стати? Только потому, что я не стала плясать под твою дудку, когда в доме вырубился свет?

– Только один общий родитель, – напомнил Рохан.

– Что?

– У вас с Грэйсоном Хоторном один общий родитель. Ты же так любишь это уточнять. – Тут он мог бы надавить и пожестче, но не хотел. Как он уже упомянул, принуждать Саванну к чему бы то ни было не входило в список его целей.

– Ну ладно, раз свет тут никому не нужен, – продолжал Рохан, приняв этот факт за данность, – может, сосредоточимся на другом? – Он сократил до минимума расстояние между ними, положил ладонь на левую руку Саванны и на предмет, который в ней лежал – пузырек с глиттером.

Обвив пальцами ее кулак, Рохан проговорил:

– Веер у тебя в другой руке, а ролик заткнут за цепь на поясе, верно?

– Зачем спрашивать, если уже так уверен в своей правоте?

– Веер тоже убери на минуточку.

Рохан был готов, что она сейчас пошлет его к черту, но, кажется, у него получилось ее заинтриговать. Через секунду он услышал, как веер щелкнул, ударившись о металлическую цепочку.

Рохан взял ее за освободившуюся руку, потом поднес ее пальцы к пузырьку, чтобы она тоже его ощупала.

– Он сделан из стекла. Пробка резиновая, – начал Рохан. Саванна не пыталась высвободиться. – На ней какая-то выпуклая эмблема.

– Это звезда.

– Пробку можно использовать как штамп, если найти заменитель чернильной подушечке, – продолжал Рохан. – Либо как ключ для некоторых замков.

– Возможно, что-то спрятано в самих блестках, – предположила Саванна. Она была не из тех, кто позволит долго собой управлять.

– А может, нам нужен только пузырек, – низким, вкрадчивым голосом возразил Рохан, – его можно разбить – осколки острые. – Ему вспомнились стеклянная роза и песочные часы. Но вспомнила ли о них Саванна?

«Я вижу тебя даже в темноте, Саванна Грэйсон».

– Ролик для одежды одноразовый, с липкими листами, которые легко отрываются, – Саванна говорила удивительно ровным голосом, но Рохан знал: она почти попалась.

«Вместе будет проще, милая. Да и потом, ты же хочешь выиграть, нуждаешься в победе».

– Как думаешь, что случится, если мы развернем весь рулон?

– А что написано в открытке? – перебила Саванна.

«Какая нетерпеливая!»

– «С днем рождения». – Свободной рукой он достал карточку из кармана пиджака и открыл. Музыка снова заполнила комнату. – Clair de Lune, – сообщил Рохан название песни, а потом перевел: – «Лунный свет».

Саванна шевельнулась. Рохан уловил движение в воздухе. Веер. Она сняла его с цепочки и снова открыла. Рохан припомнил темно-синий шелк и серебристые буквы на нем. Единственное слово: сдавайся – surrender.

– Закрой веер, – велел он, – только не до конца и медленно. – Она начала выполнять его просьбу. Рохан поймал ее за запястья. – Потихоньку.

Рохан неплохо представлял, как его тело реагирует на других людей и какой эффект может произвести он сам. Ему уже доводилось вытворять в темноте гораздо более изобретательные фокусы. Удивительно, что простое прикосновение к рукам Саванны Грэйсон будило внутри настоящее землетрясение. Казалось, он открывает ее для себя по чуть-чуть.

– Стой! – велел Рохан. Она остановилась. Он провел пальцами по вышитым буквам. Некоторые из них исчезли за складками ткани.

– И вот у нас из surrender получилось sunder, – заметил Рохан.

– Sunder – разделить, разъединить, раздробить, разорвать, – мгновенно отреагировала она. – Вот наша подсказка! С нее и начнем. Разорвем веер. – Она выдержала паузу. Рохан уловил в ней задумчивость, а вовсе не робость.

Он пробежался кончиками пальцев по тыльной стороне ее ладони, обвел костяшки, добрался до запястья, чувствуя за собой полный контроль. Как ни крути, а стратегия и желание не всегда исключают друг друга.

– Тебе нужен союзник, – произнесла Саванна. Казалось, ее слова зависли в пространстве между ними. Он чувствовал их. И ее тоже. – А мне меч.

– Чтобы искромсать веер, – уточнил Рохан, – или для дальнейших дел?

– Какая разница?

Он позволил себе податься вперед и прошептал ей на ухо:

– Всё имеет значение, Савви. Пока его не потеряет.

Чистая правда, заодно и предупреждение. И обещание: «Я предам тебя. А ты меня». Но нет ничего важнее победы в конце.

– Меч останется у меня, но ты всё равно станешь моей союзницей.

Повисло трехсекундное (Рохан считал) молчание, а потом Саванна подала голос:

– Подними лезвие. Сейчас же.

А вот и еще одна примета. Рохан поднял меч, повернул запястье против часовой стрелки, и лезвие застыло в вертикальном положении. Он почувствовал, как Саванна прижимает к лезвию веер. Услышал, как рвется шелк.

– Рохан, – сказала Саванна под треск ткани, – я согласна.

– Не нравится мне это, – мрачно признался Грэйсон, – свет уже должны были дать.

– Подумываете разбить окно, мистер Хоторн? – сухо полюбопытствовала Одетта.

«Нет, – мысленно возразила Лира, – неправда».

– Если снаружи опасно, то лучше оставаться здесь, – сказал Грэйсон, – дом надежно защищен.

Защищен?! У Лиры подскочил пульс. Есть угроза?!

Одетта выдержала короткую паузу, потом снова заговорила:

– Если начнется пожар, нам некуда будет бежать.

Опять пожар! Лира вспомнила первое впечатление об острове Хоторнов: обугленные деревья, призраки прошлого.