Чтение онлайн

Я надеялась, что такой ответ его удовлетворит, – так оно и произошло.

– Ладно, тогда давай рассказывай дальше про всякие грязные штучки. Какое порно ты любишь?

– Любое, – ответила я. – Очень люблю, когда разные расы. Люблю, когда один другого связывает и доминирует. Хентай люблю.

– Ты смотришь хентай?!

– Я все смотрю. Геи – полный восторг. Понимаю, почему парням это нравится. Есть смешное видео про Скуби-Ду, где он отделывает Шэгги. Хотя технически это ведь зоофилия, а это я не одобряю.

– А лесбийское порно смотришь?

– Почти никогда. От женщин мне как-то ни горячо ни холодно – в плане секса, – сказала я вслух, а про себя добавила: «Если, конечно, в этот момент я не пыряю их ножом».

– Ты когда-нибудь была с женщиной?

– Нет.

– А как насчет анала? Бывает?

На секунду я перестала на нем раскачиваться и посмотрела ему в лицо. На секунду он будто преобразился в Крейга.

– Я не фанатка боли, если только это не я ее причиняю. – С этими словами я сильно ущипнула его за оба соска.

– Ай!! Ладно, ладно! – он расхохотался. – Извини, я просто спросил.

Я раскачивалась на его шесте тысячу лет, пока наконец не кончила – пришлось прочесать кое-какие ужасно темные воспоминания, чтобы выудить из своей системы именно то, что нужно, и вот, наконец, закрыв глаза и думая о том, как я лежала под Джулией и ее кровь стекала справа и слева по моей шее, я кончила, стиснув в себе весь его член целиком.

– Боже, какая ты офигенная, когда кончаешь, – выдохнул он, обхватив мои сиськи, я задержала дыхание и обрушилась на него, так что теперь мы лежали грудь к груди, прилипнув друг к другу, как два слизня.

– М-м-м, – проговорила я, не открывая глаз.

– Давай еще, малыш. Не останавливайся. Помоги мне кончить еще раз.

Я слезла с него и сосала его член до победного конца. Ну он и мастер оказался реветь.

Потом мы лежали прижавшись друг к другу голые в постели, он обнимал меня сзади, обмякший мокрый член лежал зажатый у меня между ягодицами, а его правая рука мяла мне грудь.

– Знаешь, Рианнон, – заговорил он. – Мы не так давно знакомы, но… Кажется, я начинаю в тебя влюбляться. Ри? Ты меня слышишь?

Я сделала вид, что сплю.

Ездили с Крейгом на обед к его родителям: жареная свинина, хрустящая корочка и все, что полагается, – хотя Элейн на диете и порция у нее была такая крошечная, что сгодилась бы для моего кукольного домика. От шоколадного бисквита с заварным кремом она тоже отказалась, предпочтя этому мисочку холодной клубники и расхваливая ягоды – какие они, мол, «чудесные и местные».

Эй Джей после нашей ночи страсти без конца шлет мне сообщения. По большей части я не слишком утруждаю себя ответами, пишу только: «М-м-м, я тоже» и «Да, милый, я так хочу, чтобы ты кончил, о, как хорошо», пока мою посуду или пылесошу гостевую спальню. Но вообще, когда его сообщения начали приходить мне в гостях у Джима и Элейн, это было довольно круто. Риск, понимаете? Ри любит Риск.

Во время послеобеденного фестиваля храпа на диванах я читала местную газету, выискивая ошибки в редакционной колонке, и тут наткнулась на одну статью: бывшая медсестра из детского сада, Сандра Хаггинс, шесть лет назад отправилась в тюрьму за то, что измывалась над вверенными ей детьми, и в этом месяце выходит условно-досрочно. На фотографии, сделанной после ареста, она выглядит максимально уродливо – нечто среднее между Роуз Уэст [785] и каплей жира на дверце духовки. Джим заглянул мне через плечо.

– Да-а, все местные родители ужасно возмущены. Подруга Элейн, Мэнди, которая работает в «Ко-опе», знакома с ее сестрой. Так вот, говорят, от нее вся семья отреклась. Вряд ли она обзаведется друзьями в наших краях.

– Я не знала, что женщины тоже бывают педофилами, – сказала я, сворачивая газету. Интересно, как они называются – педофилки?

– Чудовища, – поправил меня Джим, и в этот момент к нему на колени запрыгнула Дзынь и свернулась клубочком, типа она пушистый песец. – Как тот парень, который издевался над пони в поле по дороге к Хейзелфорд-уэй, – Элейн после этого чуть ли не месяц спать не могла. Что у некоторых людей с головой, просто уму непостижимо.

– А как вы думаете, что с ней должно было бы, по справедливости, произойти, когда она выйдет из тюрьмы?

– По справедливости, ее вообще не должны были выпускать, – отозвался он. – Надо было оставить ее гнить за решеткой, как Хиндли и этого, второго [786] . Но нет, они лучше дадут ей фальшивые документы с новым именем и работу, и все это – за счет налогоплательщиков. Элейн до смерти боится, что она еще и в Женский Институт попытается записаться!

– А что бы вы сделали, если бы встретили ее на улице?

Джим покачал головой.

– Убил бы. Да тут у нас почти любой ее бы убил. Она ведь ошибка природы, ну скажи? Таким не место среди людей.

Правильный ответ – плям, плям, плям! Этот человек получает приз – моторную лодку!

Ага? Видали?! Не такая уж я, значит, и странная, раз мне хочется убивать lusus naturae [787] , затесавшихся в наше общество! Просто другие люди только все время говорят, что это нужно делать, а я – делаю! Если бы только они об этом узнали, представляю, какой бы я стала всенародной любимицей. Все бы меня обожали, даже «Дейли Мейл». Стали бы собирать подписи под петицией, чтобы меня выпустили, или организовали краудфандинговую кампанию, чтобы сделать футболки с моим портретом или что-нибудь вроде того.

Я, конечно, знала о всевозможных неврозах Элейн. Знала, что она плохо спит с тех пор, как в один из соседних домов проникли воры. Она даже ночи фейерверков с трудом переносит: каждый год на пятое ноября на волосок от нервного срыва: еще бы одна петарда – и всё! Так что теперь, когда кто-нибудь из соседей планирует вечеринку с салютами, она предусмотрительно принимает несколько таблеток валиума и тут же ложится спать. Я уж сколько раз прихватывала по паре таблеточек у нее из аптечки. Никогда не знаешь, в какой момент пригодится убойная порция снотворного.

И вот, поднявшись на второй этаж, чтобы воспользоваться туалетом, я с удовольствием отметила, что недавно Элейн пополнила свои запасы.

Взяла сегодня отгул. Толком ничего не делала. Просто хотелось заняться чем угодно, кроме работы. Загуглила Сандру Хаггинс – посмотреть, в каком статусе ее заявление об условно-досрочном освобождении, но ничего не нашла. С ней мне бы хотелось действовать не спеша. Хотелось бы применить к ней метод Джулии. Возможно, пустить в ход немного электричества: однажды я видела через трещину в окне одного пыльного склада, как это делал папа.