Чтение онлайн

– Хранилище находится на глубине восемьдесят футов, Джек, под линиями метро. Ниже – скальная порода. Это три этажа сплошной стали весом двести тридцать тонн, окруженной железобетоном. Его опустили на самое дно фундамента, а вокруг построили само здание. Над ним располагается вся инфраструктура Нью-Йорка. При любом нарушении целостности хранилища достаточно нажать кнопку, и оно будет герметично заблокировано в течение двадцати пяти секунд. Так что, наверное, пробивать туда туннель из туалета забегаловки – не лучшая идея.

Проникновение в здания – моя специальность. А сила Джека – в умении усыплять подозрения.

– Ну и как ты войдешь? – спросил он, слегка задетый.

– Всему свое время, – ответил я и взял телефон.

Снаружи мы уже выяснили все, что могли, и все, кого я хотел проверить на предмет выхода во время обеденного перерыва, уже вернулись на службу. Наискосок от банка располагалась безумно дорогая бутербродная, изображавшая из себя кондитерскую.

Я вошел, велел Джеку что-нибудь заказать и направился в туалет. Это заведение я присмотрел заранее. Оно находилось достаточно близко к банку и предлагало бесплатный Wi-Fi. И то и другое было для моего замысла чрезвычайно важно. Я встал на унитаз и приподнял кусочек подвесного потолка.

Из сумки я достал черную коробочку с антенной на боку и положил ее на потолочную плитку. Затем подключил к ней питание, подсоединившись к распределительной коробке потолочного вентилятора в туалете. Коробочка была беспроводным ретранслятором. Она будет принимать радиосигнал от камеры внутри банка и передавать его дальше через Интернет. И я, подключившись к Сети из любого места, смогу видеть всю картинку.

Далее мы зашли в контору службы доставки. Я уже упаковал бейсбольный мяч, а утром забрал у отца подставку для него. Выточил он ее, как всегда, безупречно, хотя его мастерская «Форд стил уоркс» была закрыта без малого тридцать лет. В подставке отец сделал полость для камеры и запасной батарейки, совершенно незаметную снаружи. Объектив камеры тоже был невидим и скрывался за высверленной точкой в букве «i» в слове «Series».

В коробку с мячом я положил сертификат о дарении, который датировал двумя неделями раньше, а также любезную записку от профессора Хэллорана из Университета Чикаго. Профессор был ведущим автором нескольких статей, написанных старшим вице-президентом во время учебы в аспирантуре, и таким же фанатом бейсбола. Он запросто мог подарить моего троянского коня в облике бейсбольного мяча, который вскоре займет нужное место, а его подставка будет нацелена на компьютер старшего вице-президента и станет передавать мне все данные с монитора.

– А как быть с благодарственной запиской? – поинтересовался Джек. – Или вдруг он позвонит тому профессору?

– Хэллоран умер на прошлой неделе.

Я два дня корпел над биографией вице-президента и некрологами, отыскивая подходящего кандидата. А если у того появятся другие вопросы, то телефон и адрес электронной почты приведут его в никуда.

– Умно, – признал Джек. – Но ты все равно не знаешь, как попасть внутрь. Или ты собираешься проделать все дистанционно?

Хорошо бы, но в какой-то момент мне придется по-настоящему рискнуть своей задницей. И это время настало.

Я вручил Джеку распечатку и бумажник, набитый фальшивыми документами. Он взглянул на лист – это был электронный билет на экскурсию по банку. Мы направились к банковским полицейским, охранявшим вход на Мейден-лейн. Ребята там стояли внушительные: дважды в год от них требовали подтверждать в банковском тире квалификацию по стрельбе из пистолета, винтовки и дробовика. Многие числились специалистами.

Они сперва взглянули на наши билеты, затем на подложные документы. Охранник сравнил мое лицо с фотографией на водительских правах, затем проделал это еще раз.

И пропустил меня.

Мои глаза заметались по вестибюлю, рассчитывая вероятности обхода службы безопасности в день кражи. Сотрудники проходили внутрь через кабинки, открываемые РЧИД, [387] запечатанными в пропуска. Да, здесь было еще хреновее, чем я опасался. Кабинки выглядели как футуристические телефонные будки с двумя дверями на противоположных концах, исполняя роль турникета с повышенной степенью надежности. Входили в них по одному, и человек оказывался в изоляции, пока проверялись его документы. В иных моделях фиксировался даже вес, чтобы не прошли сразу двое, а некоторые автоматически запирались, если пропуск вдруг не сканировался.

Мы с Джеком пошли направо. Посетители проходили через металлодетектор, а их сумки просвечивались рентгеном, после чего направлялись в такие же кабинки. Совершенно стандартная система безопасности, типичная для зданий суда, хотя местные охранники были лучше вооружены.

Джек раньше меня прошел проверку, затем и я миновал металлодетектор. Брат вошел в лифт вместе с остальными экскурсантами как раз перед закрытием дверей. Охранник указал мне на кабинку, а второй просканировал мою карточку и разрешил пройти.

– Идите с ними, – велел он.

Я пошел к лифту следом за тремя женщинами и взглянул на их пропуска. Те находились либо в пластиковых держателях, закрепленных на поясе, либо висели на шее.

Технология РЧИД значительно ускоряла проверку. Большинство работников банка предъявляли пропуска со смарт-картами, коды в которых шифровались по алгоритмам Агентства национальной безопасности, что делало их практически неуязвимыми для взлома или копирования. РЧИД хакнуть намного проще, но мне, наверное, даже не придется заходить настолько далеко. У меня были задуманы другие трюки. Я держал телефон, и, когда мы вошли в лифт, я сделал парочку снимков пропусков крупным планом.

Женщины вышли на третьем этаже. Гулять так гулять, решил я и нажал кнопку десятого этажа, где находился президент. Получилось. В лифтах не оказалось кодированного контроля доступа на разные этажи – еще один хороший знак. Но тем не менее я поступил глупо. Поднимаясь к самому сердцу ФР, я не успел придумать правдоподобное объяснение на случай, если меня остановят.

Кабина замерла на десятом этаже, двери открылись. Охраны у лифтов не было. Пройдя мимо вооруженных стражей и через пропускные кабинки, человек оказывался в обычном офисе с банкирами и экономистами. А у этих людей нет в крови той подозрительности к чужакам, какая свойственна сотрудникам Пентагона или ЦРУ.

По сторонам фойе я увидел двери, тоже с РЧИД-доступом, а за ними разглядел приемные с секретарями. Я шагнул из лифта, уронил флешку и пнул ее. Прошуршав по полу, она остановилась неподалеку от двери. Я вернулся в лифт, двери закрылись. Я нажал кнопку первого этажа.

Я вышел в старом операционном зале банка – помещении с высокими потолками и чудесными отсеками из кованых решеток, где раньше покупали и продавали облигации. Теперь это был музей финансов и место сбора гостей до экскурсии. Я отыскал там Джека перед самым началом программы.