Чтение онлайн

–  Постараюсь.

–  Постарайтесь. - Ашот спрыгнул на землю. - Давайте помаленьку. Я посигналю. И уговор: пока не разгрузим, из кабины не выходить. Хорошо?

–  Нам выходить и не нужно. - Шитик начал маневры. Поглядывая то в боковое зеркало, то на Ашота, довольно скоро придвинул заднюю стенку точно к гаражу. Вот Ашот махнул руками: стоп! Дернув ручку тормоза, Шитик увидел двое, выйдя из гаража, начали открывать задние двери. Откинулся на сиденье. Подумал: "Все. Выгрузка скоро закончится. И наступит расчет". На секунду шевельнулось: "Наступит ли?" Успокоил себя: "Наступит". Товар сдан, от расчета не отвертеться. Покосился на Клюя. Тот спросил:

–  Не кинут*?

______________

* Кинуть (вор. жарг.) - обмануть, не заплатив деньги.

–  Смеешься. Как они нас кинут?

–  Скажем, завалят*?

______________

* Завалить (вор. жарг.) - убить.

–  Пусть попробуют.

Клюй почесал в затылке, согласился:

–  Д-да. Завалить нас не просто. Ладно, подождем.

Довольно долго оба сидели молча, прислушиваясь к звукам разгрузки. Наконец в кабину заглянул Ашот:

–  Как, ребятки? Можно к вам?

Клюй пожал плечами. Шитик кивнул:

–  Почему нельзя. Залезайте.

Усевшись на сиденье, Ашот тронул Клюя за плечо:

–  Молодцы. Товар - высший класс. - Убрал руку. - Слушайте, может, заодно сдадите и бандуру?

–  Какую еще бандуру? - спросил Шитик.

–  Трейлер? Вам он ни к чему, а нам пригодится. За ценой не постоим.

Шитик поймал настороженный взгляд Клюя. Покачал головой, ответил:

–  Не пойдет.

–  Почему?

–  Потому что товар ваш. А трейлер... С трейлером мы сами знаем, что делать.

–  Зря.

–  Может, и зря.

–  Смотрите, мое дело предложить.

–  Смотрим, - сказал Шитик. - Как там, долго еще?

–  Да нет. С полчасика и закончим. Лады?

–  Лады. Давайте скорей.

Ашот кивнул и спрыгнул на землю.

Завершение сделки

Теперь Азизов и Вадим Павлович сидели в одной из комнат дома Ашота. Свет не горел, и оба видели только силуэты друг друга. На столе стоял неизменный кофейник с кофе и две чашки. Лишь на блюде вместо хачапури лежало теперь домашнее печенье. Из окна комнаты были хорошо видны освещенные ворота гаража, куда выгружался товар, и задняя часть трейлера. Споро мелькали фигуры людей, освобождавших прицеп от груза.

Наконец Азизов встал, задернул шторы, включил настольную лампу, сказал:

–  Закончили.

–  Как будто, - согласился Вадим Павлович.

–  Подождем, сейчас придет Ашот.

Они ждали около минуты. Вошел Ашот, доложил:

–  Роберт Арутюнович, принято.

–  Проверил?

–  Проверил. Как договаривались, пятьсот тысяч. Товар в порядке. Вот только... - Цокнул языком. - Я все насчет трейлера. Зачем добру пропадать? Сдайте его нам, заплатим, сколько скажете. И клянусь, не засветим.

Вадим Павлович поднял глаза:

–  Засветите, не засветите, не разговор. Тачка должна исчезнуть. Все. Вопросов нет.

Азизов взял чашечку, посмотрел в пространство. Поставил чашечку на место.

–  Исчезнуть, так исчезнуть. Понял, Ашот?

–  Понял.

–  Чемодан здесь?

–  Здесь.

–  Давай.

Ашот подошел к стоящему в углу дивану, приподнял сиденье, ловким движением достал и поставил на стол средних размеров чемодан.

Чемодан был обычным: из черной искусственной кожи, с двумя ремнями-застежками. Вздохнув, Ашот посмотрел на Азизова. Тот сделал знак подождать. Спросил, обращаясь к Вадиму Павловичу:

–  Договор прежний? Полтора рубля за пачку? Все правильно?

Каждый в комнате, в том числе и Вадим Павлович, прекрасно знал: даже если Азизов будет продавать пачки по госцене, то есть по два пятьдесят, навар все равно будет большим. Но лицо Вадима Павловича по-прежнему ничего не выражало. Он даже как-то скучно сказал:

–  Правильно.

–  Значит, мы даем вам семьсот пятьдесят штук*. За пятьсот упаковок.

______________

* Штука (жарг.) - одна тысяча рублей.

–  Точно.

–  Ашотик, открой.

Ашот отстегнул ремни. Откинул крышку. Чемодан был доверху набит банкнотами в банковской оклейке. Но нет, на Вадима Павловича банковские наклейки никакого впечатления не произвели. Он потер шею:

–  Я посчитаю. Подождете?

–  Конечно.

Деньги Вадим Павлович считал аккуратно и буднично, шевеля губами и поплевывая на пальцы. Изредка он делал пометки на оклейках старенькой шариковой ручкой. Закончив, отделил ровно пятьдесят тысяч. Остальные семьсот снова уложил в чемодан, пачка к пачке. Закрыл крышку, затянул ремни. Тихо сказал:

–  Все правильно. Семьсот пятьдесят штук. Поезд во сколько отходит? На Москву?

Ашот достал из бумажника два билета:

–  Вот ваши два билета. СВ, как просили. Поезд - в двадцать двадцать пять. Два на утренний для ваших ребят тоже есть. Я им сейчас отдам. Двойной номер для них в гостинице я сделал. До шести утра.

–  Понятно. - Вадим Павлович пожевал губами. - Я должен что-нибудь за услуги? И за чемодан?

Азизов покачал головой:

–  Чемодан и услуги входят в расчет. Сейчас Ашот рассчитается с водителями. И отвезет вас к поезду.

Вадим Павлович полез во внутренний карман пиджака. Достал сторублевую бумажку, протянул Ашоту:

–  Все же в должниках ходить не люблю. Возьмите. За услуги.

Ашот посмотрел на Азизова. Тот отвел глаза:

–  Ашот, я бы взял. Отказываться неудобно.

–  Конечно. - Ашот взял сотенную, сложил в несколько раз. Спрятал в карман. - Спасибо. Я рассчитаюсь с ребятами и мигом.

Взял с дивана пустую спортивную сумку, сгреб в нее пятьдесят тысяч и вышел.

Расчет

Ашот появился из темноты неожиданно. Открыл дверцу, рывком поднялся в кабину, сел. Положил на колени спортивную сумку, спросил:

–  Место, куда бабки складывать, есть? А ребята?

Шитик и Клюй переглянулись.

–  Найдем. - Шитик достал свою сумку, открыл. Клюй достал свою, тоже открыл.

Ашот дернул молнию:

–  Считаем. Кто первый?

Шитик усмехнулся:

–  Насчет этого все равно. Кореш ближе, давай с него.

Ашот начал передавать пачки Клюю из рук в руки. Клюй не спешил, внимательно перелистывая каждую пачку. С кидалами* он был знаком, что такое кукла**, тоже знал.

______________