Чтение онлайн

– И что же дальше?

– Я не была ни заводилой, ни королевой красоты, ни хотя бы отличницей, но я была девушкой Эдди Бартона и собиралась стать женой Эдди Бартона, как только уговорю родителей позволить нам пожениться. – Она замолчала, смахнула волосы со щеки и подняла глаза на Макса. – У тебя, разумеется, нет никакого желания все это выслушивать. Твой ужин стынет.

– Пойдем ко мне. – Макс взял ее за руку.

Не надо быть гением, чтобы догадаться об окончании этой истории. Его пугала бледность, разлившаяся по лицу Ари. Он крепко сжал ее ледяную ладонь и не отпускал, хотя она взяла сумочку, выключила свет на кухне и повернула в двери ключ. Лишь когда они, спустя несколько минут переступили порог его дома, он вздохнул свободнее. Ари, с пиццей в руках, направилась было в сторону кухни, но Макс удержал ее за плечо:

– Давай поужинаем наверху.

– В постели?

– А почему бы и нет? – И, легонько стиснув ее плечо, отпустил. – Я пока принесу содовой, а ты поднимайся.

Когда он вошел в спальню, Ари, скрестив ноги, сидела на кровати. Он только сейчас заметил, что она переоделась после встречи выпускников – в рубашку с длинными рукавами и желтой надписью «Страна бескрайнего неба» и джинсы, нежно-голубые, почти белые. Сандалии валялись рядом, на ковре.

Макс опустил упаковку из шести банок диетколы на постель рядом с Ари, туда же, поближе к пицце, упала стопка одноразовых тарелок. Ари вытащила у него из-под мышки рулон бумажных полотенец и отмотала пару футов.

– А что, если мы накрошим на это покрывало?

– Почистим. – Макс равнодушно пожал плечами. – Наслаждаться пиццей в постели – одно из высших удовольствий в жизни.

Ари уже распечатала коробку, положила один кусок на тарелку и протянула ее Максу:

– Вот, бери. Приятного аппетита. – Положила и себе, слизнув с пальцев липкий сыр. – Отлично, еще теплая.

Он подождал, пока она съест два куска и откроет банку колы. Пусть к ней вернется нормальное состояние, прежде чем он снова начнет расспрашивать. Может быть, Ари думает, что он уже покончил с вопросами, но она ошибается, он просто ждал подходящего момента.

– Ты очень спешно ушла из «Гэнсетт».

– Вовсе нет. Побыла там сколько хотелось и ушла.

– Поправка: сбежала.

Она нахмурилась, глядя на него, и резко выпрямилась на постели.

– Мне кажется, это нечестно.

– Пусть так. Расскажи мне, как вы собирались пожениться.

– Это не очень-то интересно.

– Мне – очень.

Она отвела взгляд, вытерла руки полотенцем.

– Мои родители настаивали, чтобы я поступила в колледж, поэтому я работала на полставки секретарем и одновременно училась. Эдди же стал рыбачить на траулере своего дяди. Через пять лет мы по-прежнему были вместе и планировали свадьбу. К тому времени Эдди с двоюродными братьями купил собственную лодку и зарабатывал уже приличные деньги.

Макс молчал, понимая, что последняя часть будет очень нелегка для нее.

– И что же случилось?

– Все та же старая история, Макс. – Улыбка коснулась ее губ, но не глаз. – Отучился ужасный шторм. Закончить можешь сам.

– И ты уехала из Род-Айленда.

Она отрицательно покачала головой.

– Не сразу. Мне потребовалось еще два года, чтобы получить диплом, и только потом я нашла место так далеко от Род-Айленда, как было возможно.

– И отъезд в самом деле помог?

Глаза ее блестели от непролитых слез, когда она взглянула на него через всю широкую постель.

– Конечно, черт возьми.

– В Монтане никто никогда не умирает?

– Только, не в море. – Она вызывала его на спор, и ему дьявольски не терпелось ответить ей тем же.

– Никто не гибнет в горах, никого не задирает медведь, не лягает до смерти лошадь?

– Со снежными лавинами и дорожными авариями я могу смириться.

– Откуда ты знаешь?

Она молчала.

– Я больше не хочу об этом говорить, – наконец произнесла она и стала собирать остатки ужина с постели. – Люди постоянно умирают, Ари.

– Я признаю этот факт.

– Оставь в покое мусор! – приказал он и, протянув руку, обхватил ее запястье. – Ты поднимаешься и убегаешь всякий раз, как возникает эта тема.

Она устремила на него взгляд.

– Да, до сих пор у меня это получалось.

– Позволь своей боли уйти, любовь моя! – взмолился он. – Перед нами целый мир. Не разрушай его.

– Сейчас есть только я и ты – и лето. И они подходит к концу.

– Ты это постоянно повторяешь. Неужто ты и в самом деле считаешь, что все кончится, потому что ты улетишь на свой Запад?

– А ты думаешь, у тебя есть шанс?

– А ты так не думаешь?

Он все видел: как она отчаянно старается скрыть свои чувства; мучительно пытается, пока молчит, найти нужные слова для ответа. Кажется, она убеждена, что обязана сложить свои чувства в чемодан, закрыть его и убрать на самую верхнюю полку кладовки.

Ари вытащила руку из хватки Макса и нежно погладила его по щеке.

– Я не знаю, Макс. Просто не знаю.

– Может, ты и не знаешь, солнышко, – он осторожно привлек ее к себе. – А я знаю.

Слезы, обжигающие, неожиданные, струились из-под ее ресниц… Мощное тело Макса слилось с ее телом, он не останавливал мерного ритма движений, внешне безразличный к буре охвативших ее эмоций. Водоворот горьких воспоминаний смешался с наслаждением, что дарил ей Макс, и Ари до боли закусила губы, чтобы не расплакаться. Пусть остановится время, продлится это неземное блаженство… И вместе с тем боль так рвала ее сердце, что она не знала, выдержит ли еще хоть миг.

Захватив ее врасплох, по телу пробежала волна дрожи, и толчки Макса, продлевая ее наслаждение, стали глубже, мощнее. Ари закричала, и через несколько мгновений эхом отозвался крик Макса, крепко притянув ее к себе, он прижался губами к ее солоноватому от слез виску.

– Все будет хорошо, – шепнул он.

Ари не ответила. Горло сжало будто тисками, и она разрыдалась бы, если б произнесла хоть слово. Он повернулся на бок, привлек ее к себе и пристроил ее голову на своем плече. Она вдыхала дивный запах его кожи. Если бы навеки остаться в его объятиях… Уставшая, измученная, она закрыла глаза и тихонько всхлипывала, пока не окунулась в сон.

– Ты уже можешь говорить?

– Конечно, – кивнула Ари.

Часы показывали почти восемь, и она уже успела без единого слова, молча выпить полкофейника. Вокруг нее ворохом лежали смятые простыни, а сама она восседала на постели, подоткнув под спину пару огромных подушек Макса. С трудом удалось ей отвести взгляд от захватившей внимание груды писем с именем Макса на конвертах, что была свалена на полу рядом с кроватью. Удивительно, как это она не наступила на них вчера вечером. Увидев, как она поспешно отвела взгляд, Макс нахмурился.

– Давай-давай! Можешь читать. В конце концов, объявление-то давала ты.

Ари выводил из себя уже тот факт, что письма лежали тут, в его спальне. А если она их еще и прочитает – наверное, просто взорвется.

– Нет, благодарю покорно.

Он наклонился и взял сверху один конверт.

– Вот, пожалуйста, одна дама. – Он взглянул на почерк, потом снова на Ари. – Ищет любителя приключений; живет на Блок-Айленде, обожает гонки на яхтах.

– Звучит превосходно. – Ари не собиралась спрашивать у Макса, почему ответы на объявление лежат у него в спальне – или же почему среди конвертов так много распечатанных. Стало быть, он их читал – заинтересовали.