Чтение онлайн

Возможно, она права, но на практике оказалось иначе. Это относилось и к муссу, и к курице. Или все дело в настроении? Сердитое расположение духа явно не подходило для приготовления праздничного обеда. Отказавшись от рецептов, Джессика стала экспериментировать, не заботясь о результате. Разве экономка обязана переживать? Она ведь просто служанка. Джесс купила вчера готовое тесто, хотя Скотт и настаивал, чтобы она все сделала сама.

— Если тебе так хочется заниматься хозяйством, то пеки пирог сам, — заявила она тогда в супермаркете. — Я не знаю, как обращаться с мукой. Даже пытаться не стану. На всякий случай возьми бисквит или печенье…

Джессика хмуро читала инструкцию. Интересно, подумала Джесс, они закончили разговор или Ричард до сих пор шепчет в трубку милую чепуху? Любопытно, что сообщил он Саре о новой экономке? Или оба посмеиваются над тем, как беззастенчиво эксплуатирует Скотт несчастную соседку? А может, он вообще даже не вспомнил о ней и обсуждает с Сарой предстоящую встречу?

Погруженная в невеселые раздумья, Джессика совершенно забыла об открытой двери и о Прайсе. А напомнил ей об этом Ричард, приведя на кухню упирающегося пса.

— Зачем убираться в комнатах, если ты позволяешь собаке валяться на кроватях! — сухо бросил он.

— Опять я виновата! — бросила девушка через плечо, яростно вытряхивая тесто. — Ты не обратил внимания, напоминаю, что я вкалывала целый день! Мне некогда следить за Прайсом!

— Он прекрасно освоился! — Ричард взглянул на пса, который преданно следил за ним, добродушно оскалив зубы. — Я обнаружил его на кровати, голова лежала на подушке, похоже, он чувствует себя как дома. Видимо, Прайс не разделяет твоего принципиального мнения насчет чужих постелей!

— А также насчет чужих мужчин! — огрызнулась Джессика. — Если тебе непременно нужно на ночь общество, пригласи Прайса. Уверена, он с удовольствием разделит с тобой постель — пес настроен весьма лояльно.

— Разве я настаиваю, чтобы ты спала со мной? — с раздражением заметил Ричард. — Просто ты ведешь себя глупо. Не отрицаю, ситуация необычная, но неужели взрослые люди не способны провести вместе ночь, не разыгрывая при этом сцен из викторианской мелодрамы?

— Ничего я не разыгрываю! — огрызнулась Джессика и с силой ударила по форме. Затем подошла к буфету, чтобы взглянуть на рецепт. — А вот у тебя явно плохое настроение! Что случилось? Сара не одобрила появления экономки? А я полагала, что свободные отношения исключают ложь!

На лице Скотта появилось угрожающее выражение.

— Кому бы говорить о лжи, только не тебе!

— Вот как? — удивленно воскликнула Джессика, хлопнув кулинарной книгой. — Разве я сообщила Саре, что молодая женщина, которая находится в доме наедине с тобой, является экономкой?

— Да, но ты соврала вчера.

— Когда? — возмущенно спросила Джесс.

— Когда сказала, что во время поцелуя лишь исполняла роль. — Скотт схватил ее за руку и прижал к стене.

Джессика постаралась высвободиться из железных тисков, но поняла, что это бесполезно.

— Я заявила, что оказалась лучшей актрисой, чем ты думал, — напомнила она неуверенно.

— Увы, как актриса ты не очень-то хороша. — Во взгляде Ричарда светилась ярость. — Или ты со всеми так целуешься? И с Барри ты тоже мягкая и податливая?

— С любимым человеком возникают иные ощущения. — Девушка старалась держаться уверенно.

Глаза Ричарда блеснули.

— А сейчас? Тоже как с Барри? — И не успела она опомниться, как Скотт взял ее за подбородок и прижал головой к стене. — Тоже? Да?

Джессика попыталась что-то ответить, но было уже поздно. Его губы приблизились и прижались к ее рту. Скопившееся за день напряжение разрядилось взрывом возбуждения. В последний момент девушка уперлась руками в грудь Ричарда, пытаясь оттолкнуть его, но ей не удалось справиться с мощным мускулистым телом. И поддаваясь эмоциям, Джессика ухватилась за Скотта, как за якорь, чтобы удержаться на реальной поверхности.

Вначале прикосновение губ было жестким и злым. Джесс делала отчаянные попытки противостоять чувственным импульсам. Но поцелуй словно обладал особой энергией и оказался сильнее обоих. Они мгновенно унеслись в иной мир, где гнев и неприязнь легко перекрылись волнами желания и страсти. Джессика тут же забыла о всякой борьбе.

Она сама прижала к себе Скотта. Голова ее пошла кругом, в сознании вспыхивали лишь нежные поцелуи Ричарда от подбородка до груди.

Движение Джессики вызвало у него новый всплеск эмоций. Скотт зарылся пальцами в ее волосы, а другой рукой властно провел по мягким изгибам тела, а затем, подняв край платья, принялся ласкать горячей ладонью гладкое бедро. Распаляясь все больше, Ричард стиснул девушку в объятиях и немного приподнял, не отрывая губ от ее рта, пока из груди напряженно выгнувшейся Джессики не вырвался глубокий вздох наслаждения. И тут раздался звонок в дверь.

Оглушительный звук произвел на молодых людей такое впечатление, будто их окатили ведром холодной воды. Ричард отпустил девушку. Прайс же, залившись звонким лаем, метнулся к входной двери.

— Спасительный колокольный звон, — нетвердо произнес Ричард. — Видимо, пожаловали гости.

Дрожащими руками Джессика разгладила подол, глаза ее блестели от возбуждения.

— Может, откроешь? — сдавленно предложила она.

— Пойдем вместе. — Джесс отметила, что Ричард быстро восстановил дыхание, тогда как она все еще не могла справиться с собой. Он протянул руку, смахнул с ее волос муку. — Пожалуй, тебе не мешает немножко причесаться.

— Да, да, если останется время, — ответила Джессика, отстраняясь от Скотта. Окинув его возмущенным взглядом, добавила: — Я же не могу одновременно исполнять обязанности повара, экономки и элегантной супруги.

Ричард критически посмотрел на Джесс. Сейчас никто бы не подумал, что несколько мгновений назад он прижимал ее к себе и страстно целовал.

— Все-таки ты какая-то растрепанная!

— А благодаря кому? — фыркнула Джессика. Она попыталась пригладить волосы, но руки так дрожали, что результат оказался плачевным.

Тут снова раздался звонок.

— Идем! — сказал Скотт. — Ты готова?

Готова? Губы горели, тело дрожало от возбуждения и неостывшего желания.

— Да, — солгала Джессика.

Ричард не предупредил ее, насколько комично выглядят вместе Элизабет и Джулия. Первая — маленькая, круглая, в мелких кудряшках. Другая — высокая, худая, с прямыми волосами. Обе хорошо одеты. Излучали энергию и оптимизм. Они вошли в дом, извиняясь за преждевременный приезд. Две пары глаз с неприкрытым интересом рассматривали Джессику. И та вдруг поняла, что женщин трудно обвести вокруг пальца, и машинально отступила назад.