Чтение онлайн

Что бы вы ни делали, такое отношение необходимо. Иногда мы говорим ню нзн син – «мягкое или гибкое сознание». Ню – это «ощущение мягкости»; нан – «отсутствие твёрдости»; син – «сознание». Ню нан син означает ровное, спокойное, естественное сознание. При таком сознании вы испытываете радость жизни. Утрачивая его, вы теряете всё. У вас нет ничего. Хотя вы думаете, что у вас что-то есть, у вас нет ничего. Но когда всё, что вы делаете, возникает из небытия, тогда у вас есть всё. Понимаете? Это мы называем естественностью.

Когда вы изучаете буллизм, вы аолжны произвести «генеральную уборку» в своём сознании.

Если вы хотите понять буддизм, вам необходимо совершенно забыть все свои прежние представления. И прежде всего вы должны отказаться от идеи вещественности или существования. Обычный взгляд на жизнь прочно основан на идее существования. Для большинства людей всё существует: они полагают, что всё, что они видят и слышат, существует. Конечно, птица, которую мы видим и слышим, существует. Она существует, но я, возможно, понимаю под этим не совсем то, что понимаете под этим вы. Жизнь в представлении буддистов заключает в себе как существование, так и несуществование. Птица одновременно существует и не существует. Мы утверждаем, что взгляд на жизнь, основанный только на существовании, еретический. Если вы относитесь к вещам слишком серьёзно, как если бы они существовали прочно и неизменно, вас можно назвать еретиком. Возможно, большинство людей могут быть названы еретиками. Мы утверждаем, что истинное существование возникает из пустоты и опять возвращается в пустоту. Истинное существование появляется из пустоты. Мы должны пройти врата пустоты. Эту идею существования очень трудно объяснить. В наши дни многие, по крайней мере интеллектуально, начинают чувствовать пустоту современного мира, или внутреннюю противоречивость своей культуры. В прошлом, например, японцы были непоколебимо уверены в неизменности существования своей культуры и традиционного образа жизни, но, проиграв войну, они стали весьма скептичными. Некоторые считают, что такое скептичное отношение ужасно, но в действительности оно лучше прежнего.

Пока мы находимся во власти какой-то определённой идеи или какой-то надежды на будущее, мы неспособны по-настоящему серьёзно воспринимать мгновение, протекающее прямо сейчас. Вы, возможно, скажете себе: «Я могу сделать это завтра или в следующем году», полагая, что существующее сегодня будет существовать и завтра. Даже если вы не столь упорны в достижении своей цели, всё равно вы ожидаете, что нечто многообещающее появится, коль скоро вы следуете определённому пути. Однако нет определённого пути, который существовал бы неизменно. Нет уготованного нам пути. Миг за мигом мы должны отыскивать свой собственный путь. Та или иная идея совершенства или некий совершенный путь, установленный кем-то ещё, не будет истинным путём для нас.

Каждый из нас должен прокладывать собственный истинный путь, и тогда путь этот будет выражением всеобщего пути. Это таинство. Постигая что-то одно глубже и глубже, вы постигаете всё. Пытаясь понять всё, вы не поймёте ничего. Лучший способ – это познать себя самого, и тогда вы познаете всё. Поэтому, упорно стараясь проложить свой собственный путь, вы тем самым будете помогать другим, и другие будут помогать вам. Пока вы не начали прокладывать собственный путь, вы не сможете помочь никому и никто не сможет помочь вам. Чтобы стать независимыми в подлинном смысле этого слова, мы должны забыть всё, что есть в нашем сознании, и, миг за мигом, открывать что-то совсем новое и иное. Так мы живём в этом мире.

Поэтому мы утверждаем, что истинное понимание исходит из пустоты. Когда вы изучаете буддизм, вы должны произвести «генеральную уборку» в своём сознании. Вы должны всё вынести из своей комнаты и тщательно убрать её. Если потребуется, вы можете потом всё опять внести. Возможно, вы захотите иметь много вещей, тогда, одну за другой, вы можете снова внести их обратно. Но если можно обойтись без этих вещей, незачем держать их в доме.

Мы видим летящую птицу. Иногда нам виден её след. На самом деле мы не можем видеть след летящей птицы, но иногда нам кажется, что мы его видим. Это тоже хорошо. Если понадобится, вы снова занесёте вещи, вынесенные вами из комнаты. Но прежде чем что-то туда поставить, вам необходимо что-то оттуда вынести. Если вы этого не сделаете, ваша комната будет завалена старым, ненужным хламом.

Мы говорим: «Шаг за шагом я останавливаю звук журчащего ручья». Когда вы идёте вдоль ручья, вы слышите, как бежит вода. Этот звук никогда не смолкает, но вы должны быть способны остановить его, когда захотите. Это свобода; это самоотречение. Одна за другой в вашем сознании проносятся разные мысли, но если вы захотите остановить этот процесс, вы сможете это сделать. Так что, когда вы сможете останавливать звук журчащего ручья, у вас появится более тонкое чувство своей работы. Но пока вы находитесь во власти какой-то навязчивой идеи или в плену привычного способа совершения дел, вы неспособны оценивать вещи в их подлинном смысле.

Если вы ищете свободу, вам её не найти. Абсолютная свобода необходима вам ещё до того, как вы её обрели. Такова наша практика. Наш путь – не всегда идти в одном направлении. Иногда мы идём на восток; иногда мы идём на запад. Пройти одну милю на запад означает то же самое, что вернуться на одну милю, идя на восток. Обычно утверждения «пройти одну милю на запад» и «пройти одну милю на восток» рассматриваются как противоположные. Но если можно пройти одну милю на восток, значит, можно пройти одну милю на запад. Это свобода. Без этой свободы вы не сможете сосредоточиться на том, что вы делаете. Вам может казаться, что вы сосредоточились на чём-то, но пока вы не обрели этой свободы, вы будете несколько стеснены в том, что вы делаете. Поскольку вы связаны мыслью о том, идти ли вам на восток или на запад, ваши действия будут двойственны, дихотомичны. До тех пор, пока вы в плену у двойственности, вы не сможете обрести абсолютной свободы, и вы не сможете сосредоточиться.

Сосредоточиться – не значит усердно пытаться что-то наблюдать. В дзадзэн вы устанете через пять минут, если попытаетесь смотреть в одну точку. Это не сосредоточение. Сосредоточение, концентрация внимания – это свобода. Поэтому ваши усилия должны быть направлены на ничто. Объектом вашей сосредоточенности должно быть ничто. Мы говорим, что в практике дзадзэн наше сознание должно быть сосредоточено на дыхании, но единственный способ удерживать сознание на дыхании – это полностью забыть о себе и просто сидеть, чувствуя своё дыхание. Если вы сосредоточены на своём дыхании, вы забудете себя, и если вы забудете себя, вы будете сосредоточены на своём дыхании. Я не знаю, что здесь первое, а что второе. Поэтому на самом деле нет необходимости слишком усердно стараться сосредоточиться на своём дыхании. Просто делайте всё, на что вы способны. Если вы будете продолжать эту практику, то в конце концов вы познаете истинное существование, которое исходит из пустоты.

Именно готовность сознания и есть мудрость.

Важнейшее положение в Праджняпарамита-сутре – это, конечно, идея пустоты. Пока мы не понимаем идею пустоты, нам всё кажется вещественным. Но когда мы сознаём пустоту вещей, всё становится истинно реальным – невещественным. Когда мы сознаём, что всё, что мы видим, – это часть пустоты, мы можем не иметь привязанности ни к какому существованию; мы понимаем, что всё есть только временная форма и цвет. Так мы понимаем истинный смысл каждого временного, преходящего существования. Когда мы впервые слышим о том, что всё есть временное существование, большинство из нас испытывает разочарование; но это разочарование проистекает от неправильного представления о человеке и природе. Именно потому, что наш способ восприятия вещей глубоко коренится в наших эгоцентричных мыслях, мы испытываем разочарование, когда обнаруживаем, что всё вокруг нас обладает лишь преходящим существованием. Но когда мы действительно осознаем эту истину, у нас не будет страданий.

В этой сутре сказано: «Бодхисаттва Авалоките-швара видит во всём пустоту, тем самым он оставляет все страдания». Он преодолел страдания не после того, как осознал эту истину, – осознать её и означает собственно избавиться от страданий. Поэтому осознание этой истины есть само по себе спасение. Мы говорим «осознать», но осознание истины всегда близко. Мы осознаём истину не после практики дзадзэн; ещё до того, как мы начали практиковать дзадзэн, осознание уже есть. Мы достигаем просветления не после того, как постигаем истину. Осознать эту истину – значит жить: существовать здесь и сейчас. И это не вопрос понимания или практики. Это непреложная истина. В сутре Будда указывает на эту непреложную истину, постоянно обращённую к нам миг за мигом. Это очень важно. Это дзадзэн Бодхидхармы. Даже до того, как мы начали практиковать его, просветление уже есть. Но обычно в нашем понимании практика дзадзэн и просветление – это две разные вещи: мы уподобляем практику очкам, и, прибегая к практике, как бы надеваем очки, чтобы увидеть просветление. Это неправильное понимание. Очки сами по себе просветление, и надеть их – это тоже просветление. Поэтому что бы вы ни делали, или даже если вы ничего не делаете, просветление уже есть, всегда есть. Так Бодхидхарма понимал просветление.

Вы не можете практиковать истинный дзадзэн, поскольку вы практикуете его; если вы ни при чём, то имеется просветление и имеется истинная практика. Когда вы занимаетесь практикой, у вас возникает какое-то конкретное представление о «себе» или своём «я», и у вас возникает определённое представление о практике, или дзадзэн. Так что вот вы – справа, и вот дзадзэн – слева. И таким образом дзадзэн и вы превращаетесь в две разные вещи. Если практика в сочетании с вами есть дзадзэн, то это дзадзэн лягушки. Для лягушки её сидячая поза – это дзадзэн. Когда лягушка прыгает – это не дзадзэн. Подобное непонимание пропадает, если вы действительно знаете, что такое пустота. Пустота означает, что всё всегда здесь. Единое целостное бытие не есть скопление всего. Невозможно расчленить единое целостное существование на части. Оно всегда здесь и всегда действенно. Это просветление. Так что в сущности нет никакой определённой практики. Сутра гласит: «Нет ни глаз, ни ушей, ни носа, ни языка, ни тела и ни сознания…» Это «отсутствие сознания» есть сознание дзэн, которое заключает в себе всё.