Чтение онлайн

За своим компьютерным пультом На-Ла могла сидеть до полного одурения. Точнее, землянин бы одурел уже тогда, когда гениальный хакер Наала-Дала только "входила во вкус". Единственно, что иногда мешало На-Ле — это чувство голода. Когда оно становилось слишком назойливым, кадийка выбиралась из-за пульта и некоторое время бродила в поисках пищи. Но если ничего не находила — не расстраивалась и возвращалась за пульт.

Чаще всего, впрочем, кто-нибудь из братьев вовремя замечал ее поиски.

— Что-то На-Ла по коридору бродит. Наверное есть хочет, — замечал Рек (или Датч). — Пойду дам ей что-нибудь, пока она не передумала.

На этот раз на "Медузе" проходила последняя проверка всех систем после ремонта, поэтому пища готовилась вообще крайне нерегулярно. И не одна На-Ла рисковала остаться голодной. Периодически кто-нибудь из братьев, рассвирепев, забегал на камбуз, хватал из холодильника мясной полуфабрикат и совал его в печку. После чего убегал и забывал. К счастью, печка была автоматическая и еде не грозило превратиться в угольки. Зато грозило остыть и пролежать несколько часов в готовом виде. Потом свирепел другой, прибегал на камбуз, хватал из холодильника следующий полуфабрикат, открывал печку и обнаруживал, что там давно уже что-то лежит. После громкого негодования по этому поводу замороженный продукт бросался обратно в холодильник, а готовый выкладывался на тарелки. И дальше происходило самое интересное: тарелки начинали кочевать по кораблю. Сперва одна из них приносилась в кокпит, где в этот момент На-Ла обнаруживала, что одна из линий передачи на двигатели не откликается на запрос. Тарелка бросалась на край пульта — и оставалась там на неопределенное время. Потом вторая тарелка из камбуза непонятным образом перемещалась в кают-компанию, где и оставалась посреди чехлов от разных точных приборов, которые в этот момент были задействованы в наладке систем. Третья тарелка пропадала в неизвестном направлении так незаметно для всех членов экипажа, что потом возникал спор: была ли она вообще.

Следующим этапом тарелка из кокпита выносилась в коридор, потому что на пульте и без нее было мало места. Там она "оседала" на раскладной лесенке, пока кто-нибудь не пробегал мимо, подхватывал лесенку (естественно, не заметив тарелки) — и начинались громкие вопли: "Кто поставил тарелку на лестницу?!". Разумеется, никто не сознавался, а потом вопивший вспоминал, что десять минут назад сделал это сам.

Во время всей этой бурной и кипучей деятельности с тарелки в кают-компании само собой исчезало мясо. При этом никто не помнил, чтобы его ел и тому доказательством было чувство голода, которое наконец заставляло экипаж оставить все дела и столпиться у камбуза.

— Может, сделаем перерыв? — предложил за всех Рек.

— А что, больше еды нет? — удивилась На-Ла.

Датч с яростным вздохом шагнул к холодильнику и вытащил еще один шмоток замороженного мяса. Вскрыл обертку и кинул мясо в печку. Теперь вся троица стояла, завороженно смотря на чудо-прибор и сглатывая слюну. На-Ла не выдержала первая, вытащила коробку с хлебом и принялась жевать. Остальные последовали ее примеру. К счастью, голод был достаточно силен, чтобы не удовлетвориться какими-то корками. Иначе новой порции мяса грозила бы участь предыдущего.

Рек достал три бутылки пива и присоединил их к хлебу.

— Если так дальше пойдет, мы закончим дня за два, — высказал он.

— Закончим что? — не поняла На-Ла. — Мясо жарить?

— Корабль ремонтировать!

Датч сел на откидную скамейку и отхлебнул пива.

— На сегодня хватит, — решил он за всех. — Поздно уже.

— Так там немножко осталось, — начала было кадийка, но Датч на нее категорично глянул и заявил:

— Нет. Мы устали, можем что-нибудь пропустить. Завтра с утра сперва пройдемся со сканнером и проверим то, что сделали.

Печка подала долгожданный сигнал. Рек тут же ринулся к ней, опередив брата. Через пару минут все сидели в кают-компании, скинув со стола чехлы от приборов. Наконец-то можно было расслабиться и ощутить в полной мере усталость и удовольствие от еды. Но тут из кокпита донеслись настойчивые сигналы передатчика.

— Ну нет, только не это! — взмолился Рек. — Может, кто-то из дока?

— Не надо было передатчик включать, — ядовито изрекла На-Ла. — Сидели бы сейчас в тишине.

— А что, если это что-то важное? — Датч не разделял мнения астронавигатора. — Рек! Сходи узнай.

Рек хотел было возмутиться, но передумал. Тем более, что мясо он уже успел съесть.

— Надеюсь, мне принесут за это лишнюю бутылочку пива? — с надеждой спросил он, поднимаясь из-за стола.

— А что это ты на меня смотришь? — Кадийка подозрительно покосилась на него.

— Ну не капитана же гонять, — рассудил Рек.

Датч начал молча подниматься. Настойчивый вызов передатчика действовал ему на нервы.

— Да сиди-сиди! — тут же сорвался с места Рек. — Я уже иду.

В рубке он первым делом сбросил со своего кресла обрывки проводов и изоляции и уселся, закинув ноги на край пульта, а потом уж ответил на вызов. К его несказанному удивлению, с ними связался Гвидо Паверс.

— Здравствуй, Рек!

Младший Дагвард моментально сдернул ноги с пульта.

— Здравствуйте, мистер Паверс.

У него никогда не поворачивался язык назвать Гвидо просто по имени, как он называл остальных "политиканов". Гвидо был не таким, как Вики или Проныра. С ним, по мнению Река, не могло быть никакого панибратства. Для этого Гвидо Паверс слишком серьезен.

— У вас найдется несколько минут? Вы не слишком заняты? — вежливо осведомился Гвидо, пока Рек собирался с мыслями.

— Да нет!.. Мы тут с ремонтом заканчивали.

— Я слышал, что у вас проблемы с кораблем, — заметил Гвидо. — Может быть, требуется помощь?

— Нет. Мы уже почти закончили. Уже даже перелетели из дока на летное поле.

Гвидо кивнул своим замечательным носом.

— Хорошо. Я не сразу узнал, что с вами случилось. Вы могли бы сообщить, — сказал он. — Я бы ссудил вас деньгами.

— Нам кадийцы помогли, — ответил Рек.

Им с Датчем не очень хотелось занимать деньги у Братства. Ну, в самом крайнем случае они, конечно, обратились бы и к Златову, и к дяде. Но Вики и иже с ним — деловые люди. Будет неудобно долго не отдавать долг. С них и не потребуют. Но материальная зависимость от Златова и компании, перерастающая в моральную, Дагвардам не улыбалась. Хотя объяснять это Гвидо Рек не собирался. А Гвидо объяснений и не требовал.

— Я хотел пригласить вас с Датчем к себе на Илуо, — произнес Гвидо Большеносый.

Рек чуть не спросил: "зачем?". Но решил, что это невежливо и спросил менее определенно:

— А это очень срочно?

— Да, — тон Гвидо был категоричен. — Но это разговор не для связи.

— Мы будем готовы вылететь дня через два, — прикинул Рек.

— Хорошо. — Гвидо кивнул. — Я позабочусь, чтобы в Чересмерильском космопорту вас встретили.

Рек вернулся в кают-компанию притихший и задумчивый.

— Что случилось? — тут же спросил Датч. А На-Ла протянула ему новую бутылку пива.

— Это был Гвидо, — сказал Рек. — Он просил, чтобы мы прилетели к нему по какому-то важному делу.

Конкретно к Дагвардам Гвидо обращался первый раз. Почти всегда с ними связывался Златов. Иногда мог "по свойски" позвонить Проныра. Гвидо — он как бы существовал отдельно. Вместе со всеми — но всегда слегка в стороне.

Он был самый молодой из "политиканов" — лет на десять младше остальных и казалось бы, по возрасту он должен быть к Реку ближе всех. Но он наоборот был дальше, этот странный человек с экзотической внешностью и не менее экзотической биографией.