Чтение онлайн

— Я могу подежурить и разбудить тебя, если понадобится, — предложил ей Алекс, пытаясь отстоять права сильного пола. Но Ха-Лан только качнула головой, не соглашаясь.

Она командовала, потому что была капитаном. Она была капитаном, потому что заслужила это звание. Но тут можно проследить очень сложную связь. Ха-Лан не стала бы одним из лучших капитаном, если бы у нее не было папы-стратега. Но это вовсе не означает, что ее называли одной из лучших, чтобы подольститься к ее отцу. С ней действительно мало кто мог сравниться.

А дело было просто. На Кади женщины имеют счастливую возможность не прикасаться к оружию. Не потому, что им это категорически запрещается. А потому, что в этом нет необходимости. Мужчины Кади достаточно сильны и агрессивны, чтобы планета Кади не испытывала дефицита в защитниках. Поэтому встретить среди военных, или даже среди гражданской полиции женщину — огромная редкость. У женщин есть занятия поинтереснее и почище, чем гоняться за нарушителями общественного спокойствия, или водить военные машины.

На Кади все общество делится не на государства, а на кланы. Или то, что кадийцы подразумевают под кланами. Кадийские кланы, естественно, не замыкаются в границы каких-то определенных территорий. Почти каждый город-поселение на Кади (как правило, занимающий территорию, равную небольшой земной европейской стране) внутри себя самого делится на несколько частей. И каждый клан занимается тем, чем ему приходится заниматься испокон веков. Естественно, при такой преемственности не теряется ни одна полезная технология и не забывается ни один полезный секрет.

Самый малочисленный клан Кади — военные. Малочисленный, естественно, в сравнении с другими кланами Кади. Общее количество военных-кадийцев ничуть не меньше, чем военных-землян, или военных-эльдориан. Почему-то девочки в клане военных рождаются значительно реже, чем мальчики. Тем более, их очень ценят и берегут именно как будущих женщин. К примеру, в семье стратега Да-Кау из восьми детей только одна девочка. Младшая. Очень долгожданная. И поэтому, очень избалованная вниманием отца.

Да-Кау — крайне вспыльчивый, ужасно строгий и во всем категоричный (спросите у его сыновей — они горячо подтвердят) — позволял маленькой Ха-Лан почти все, что только она пожелает. И с раннего ее детства делал то, чего наверное, делать не стоило: часто брал ее с собой на верфи, военные корабли, в казармы и прочие военные объекты. Больше всех игрушек девочка обожала сидеть в пилотских креслах, или возиться среди деталей оружия и ремонтных инструментов. Естественно, ее любили все, кто ни видел. Естественно, ей ничего не угрожало, потому что все любящие ее военные — сослуживцы отца — считали своим долгом чести за ней присматривать и ее развлекать.

Когда ей было шесть, отец впервые взял ее в тренировочный полет на малом крейсере. В десять она уже могла дотянуться до всех кнопок пульта управления и жадно запоминала, что как и чем делается. В двенадцать Ха-Лан доказала на практике, что если отец не возьмется учить ее всерьез, она непременно попытается сама — и ничем хорошим это не кончится. Пришлось учить.

Никакой кадиец не может похвастаться, что начал летать с шести лет. Пусть даже с папой. Ха-Лан начала летать так рано и налетала такое немыслимое количество часов, что летный опыт любого ветерана побледнеет. Да еще папа помогал, от души предоставляя своему любимому ребенку любой корабль самой новейшей модели. Естественно, Ха-Лан стала асом. По другому просто быть не могло. Так что капитанское звание было ею получено вполне заслуженно.

К несказанному облегчению Ха-Лан флот обнаружился там, где она предполагала. Хотя встретили ее не слишком дружелюбно и долго перепроверяли коды допуска, прежде чем подпустить к флагману. Наконец Ха-Лан спрыгнула на темный металлический настил причального дока.

Стратег Да-Кау был всего чуть-чуть повыше своей рослой дочери, достаточно стройный для Кади его лет. Казалось странным, что он с легкостью таскает на себе сложносоставные "доспехи" стратега, которые шились из многослойной толстой кожи и щедро украшались металлом. Но Да-Кау вес доспехов не замечал и двигался в них стремительно — сказывалась многолетняя практика. С дочерью он поздоровался сухо, лишь на миг прижав кулак к груди и тут же отвернулся, получив ответный жест. Ха-Лан этим не смутилась. Она понимала, что ворвалась прямо на совещание и то, что стратег вообще отвлекся, чтобы приветствовать ее внезапное появление, говорило о весьма теплых чувствах между ними. И о том, что Да-Кау ждал дочь и хотел, чтобы она появилась. Поэтому Ха-Лан заняла привычное для себя место справа от отца и постаралась вникнуть в суть происходящего.

"Справа от отца" вовсе не означало, что она села. Да-Кау ходил вокруг горизонтального стенда с картами и Ха-Лан попросту пристроилась рядом и стала ходить с той же скоростью. То обстоятельство, что некоторым из присутствующих военачальников пришлось поминутно уступать ей дорогу, ее не волновало. Потому что "справа от отца" было ее законными местом.

— Планетарная защита у планеты "Счастье Человечества" слишком хороша, чтобы пробиться силами всего одной флотилии, — продолжил прерванную мысль один из военачальников.

Да-Кау остановился. Ха-Лан тоже.

— Кто сказал, что надо пробивать их планетарную защиту? — вопросил стратег. Ему не ответили. Тогда он продолжил: — Сам знаю. Это — гениальный план тех, кто видит войну только через экраны мониторов.

— Этот план утвердило наше правительство, — рискнул напомнить кто-то из заднего ряда.

Да-Кау стремительно повернулся и сделал шаг в ту сторону. Ха-Лан отлично вписалась в его маневр. Она с детства привыкла к неожиданным и порывистым движениям своего родителя.

— Для моей флотилии ни один план не будет приниматься через мою голову!

Гневный рявк подействовал безотказно. Все притихли и уставились на своего начальника. Да-Кау нетерпеливо прошелся вокруг карты, сопровождаемый безмолвной дочерью и выжидающими взглядами.

— Мы не станем бомбить "Счастье". Никакая планета не заслуживает уничтожения. А бой на орбите будет именно уничтожением. Мы выманим их флот в космос и будем сражаться, как воины, а не как трусливые скрабы.

Да-Кау не стал рассматривать, как и когда именно следует выманивать флот так называемого "Счастья". Это не входило в план сегодняшнего совета и он жестом отпустил присутствующих, отрезав этим всяческие попытки возражения.

Ха-Лан не торопилась делать вывод, что Кади уже вступил в войну с Полярным Блоком. Она, как всякий Кади из клана военных, придерживалась мнения, что если ты не заключил с потенциальным врагом мирный союз, значит надо заранее подготовить тактику и стратегию для борьбы с ним. Сейчас, когда Кади отказалась вступить в Полярный Блок, было самое время позаботиться о последствиях.

— Я ждал тебя на прошлой неделе, — повернулся к дочери стратег Да-Кау. — Что тебя задержало?

— Попросили помочь Дагварды, потом стратег Кай-Да-Хан поручил мне сопровождать посольский корабль к Земле. Ты не сообщал, что я тебе нужна.

Да-Кау не дал ей замаскировать начало объяснения.

— Что это за история со счастьевским крейсером? Почему Полярный Блок кричит о Кадийских диверсантах?

Ха-Лан на всякий случай отошла в другой конец стола, но удивленной прикидываться не стала.

— Помощник счастьевского вождя взял в заложники семью одного нашего знакомого. — В нескольких словах она пересказала отцу историю освобождения семьи Динко.

— И ты не нашла ничего лучше, как разнести половину их флагмана? — Честно говоря, Да-Кау был не так уж сильно возмущен. Ввязывать семью в политические интриги у Кадийских военных считалось крайним проявлением подлости. А наследственная отвага дочери не могла вызвать у Да-Кау ничего, кроме одобрения.