Чтение онлайн

Всё дело в «женских делах», – думала она огорчённо. Когда же они придут?..

«Дела» пришли, когда Мире исполнилось тринадцать. Они появились летом и изменили её как по мановению волшебной палочки. За это лето Мира выросла, вытянулась и похудела. Из ничем не примечательной толстушки она превратилась в женственную красотку.

И осенью в классе её никто не узнал.

На неё начали, как из рога изобилия, валиться признания в любви и предложения дружбы. Пали к её ногам вечные недруги – Павлов и Рындин, и выяснилось, что все их задирания были вызваны тем, что они, оказывается, неровно к ней дышали. Не устоял и Пашка Сушков. С Дашей у них что-то не сложилось, и однажды вечером он вдруг ни с того ни с сего поцеловал Миру. Ни с того ни с сего, они просто шли вместе к дому, случайно встретившись в соседнем дворе. Казалось бы, вот оно, счастье, вот ответ на первую любовь! Но к этому времени её любовь уже перегорела и превратилась в пепел. Следующее чувство, которое настигло Миру, ждала та же судьба – когда объект её воздыханий обратил на неё внимание, в её душе уже ничего не отозвалось.

В подростковом возрасте Миру, что вполне естественно, стала занимать тема отношений мужчины и женщины. По удивительному совпадению именно в это время под руку ей попалась кассета с эротическим фильмом. Она наткнулась на неё дома, убирая в большой комнате. Ради любопытства вставила кассету в видак и от первых же кадров буквально застыла на месте. Фильм был не жутко порнографическим, а именно эротическим, причём ещё и смешным вдобавок.

Как выяснилось гораздо позже, в руках у Миры оказалась знаменитая комедия Тинто Брасса «Все леди делают это». Она просмотрела её от начала до конца с раскрытым ртом, а на следующий день, когда родители были на работе, пригласила на общественный просмотр почти весь класс. Одноклассники были очень благодарны Мире за такое просвещение, но вот скрыть от матери того, что кассету трогали, не удалось.

– Мирочка, – спросила однажды Вера, присаживаясь рядом с Мирой. – Ты не смотрела вот эту кассету?

Увидев в руках у матери злосчастную кассету, Мира невольно вздрогнула и покраснела, но тут же справилась с собой.

– Нет, – бесхитростно заявила она.

– Непонятно… Кассета почему-то не перемотана на начало.

Об этом Мира как-то не подумала.

– Не знаю, я не брала…

Вера странно посмотрела на дочь, но больше ничего не сказала. Просто поставила кассету на перемотку, а перемотав, спрятала куда-то вглубь тумбочки.

Мира всё это время спокойно наблюдала за её действиями.

Позже она пересмотрела этот фильм ещё не один раз, но урок был надёжно усвоен, и проколов больше не случалось – после каждого тайного просмотра кассета всегда была перемотана на начало.

Мира оказалась ярко выраженным гуманитарием, точные науки её не слишком интересовали. Исключением являлась математика – Мира в ней мало что смыслила, но учительница математики была такой доброй, душевной и так любила детей, что сумела привить любовь к своему предмету. Но с физикой, химией и черчением ситуация обстояла по-другому – их Мира органически не переносила и они давались ей с трудом. И нет бы подналечь на них посильнее – как раз наоборот, Мира была так устроена, что уделяла нелюбимым предметам гораздо меньше внимания, чем любимым. Домашние задания по черчению в редкие моменты отрезвления удавалось возложить на отца, а физику и химию можно было у кого-нибудь списать на перемене. Мира не видела в этом ничего зазорного и сама никогда не отказывала желающим списать у неё, например, английский. Физкультуру она тоже недолюбливала и при любом удобном случае старалась от неё отлынить. Но и здесь всё как-то обходилось – физкультурник жалел симпатичную девчонку и ставил ей отметки, как говорится, за красивые глаза.

По-настоящему Мира обожала историю, русский язык и литературу. Литература вообще была её страстью – она всегда живо и с удовольствием участвовала в обсуждении книг. Причём некоторые из этих книг она даже не читала и мнение своё основывала на рассказах учительницы и комментариях одноклассников. При этом она умела так грамотно преподнести своё суждение о литературном произведении, что ни у кого не оставалось и тени сомнения в том, что оно ею прочитано и тщательно проанализировано.

– Образ Ноздрёва ярко представляет тип разгульных помещиков! – убеждённо, с горящими глазами заявляла она, и все верили, что «Мёртвые души» изучены от корки до корки.

Мирины сочинения отличались лёгкостью слога и безудержной фантазией – уж чего-чего, а фантазии ей точно было не занимать!

В девятом классе она ухитрилась победить в областном конкурсе школьных сочинений о выборе будущей профессии. Ещё бы, ведь её конкуренты хотели стать обычными учителями, врачами и инженерами, а Мира отличилась оригинальностью – она написала о профессии иконописца. В те годы это прозвучало очень экзотично, и сочинению присудили первое место.

За такое весомое литературное достижение Мире полагался приз. Ей объяснили, что вручение состоится вечером во Дворце… А вот в каком именно, Мира как-то прослушала. Дело в том, что в Светлогорске было два Дворца для молодёжи с похожими названиями. Как и следовало ожидать, в итоге она перепутала эти Дворцы – Дворец творчества юных и Дворец пионеров.

В приподнятом настроении она явилась за призом в один из Дворцов и обнаружила, что он пуст.

– Ничего не знаю, нет никого, – прошамкала вахтёрша на входе.

Мобильных телефонов тогда еще не было, и только придя утром в школу, Мира узнала, что торжественная церемония прошла в другом Дворце. Победительницу конкурса как следует отругали за рассеянность.

– Как можно было всё перепутать?! Что творится в твоей голове?.. Столько людей собралось, даже представитель гороно пришёл, и всё ради тебя, а ты всех подвела! – костерила её классная руководительница, она же завуч школы.

Мира жутко расстроилась, а дома не выдержала и даже расплакалась. Мама, её извечная лучшая подружка, сразу поняла, как разрешить ситуацию. Они вместе пошли в Управление образования и науки и получили-таки приз. Конечно, его вручение прошло не в такой торжественной обстановке и в присутствии всего нескольких человек. Зато все они представляли очень высокое начальство! Начальство от души поздравило Миру, пожелало ей успехов на выбранном пути, и всё закончилось благополучно.

Тогда она и правда искренне хотела посвятить себя иконописанию – даже ездила в Троице-Сергиеву лавру и провела там несколько дней, наблюдая за монастырской жизнью.

На это решение в чём-то повлияла и мать – в последнее время Вера посещала церковь и пела на клиросе. Она обладала красивым и чистым голосом, вкладывала в пение всю свою душевную боль. В то время она уже уходила в запои, но отчаянно пыталась бросить пить и надеялась, что церковь ей поможет.

И действительно, ей удалось на какое-то время завязать с алкоголем. Более того, в ней проявилась коммерческая жилка. В постперестроечные годы на прилавках было пусто, и Вера начала ездить в Москву на Черкизовский рынок за дефицитными вещами (а дефицитом в то время считалось практически всё). В Светлогорске она ими успешно торговала, и с деньгами в семье наконец-то стало получше. Мира иногда ходила с Верой в церковь. Она тоже подпевала в хоре и чувствовала, что религия становится ей понятней и ближе.

Но потом всё как-то изменилось. Постоянство вообще не было отличительной Мириной чертой, её то и дело увлекали разные вещи, ведь в жизни было ещё столько интересного и непознанного! Любовь к иконописанию слегка потускнела, и Миру захватили новые идеи – сначала она захотела стать юристом, потом – психологом, но всё это было мимолётно, не всерьёз. Натура у неё была переменчивая, ей хотелось объять необъятное, она не любила застревать на месте, поэтому и интересы её часто менялись.

С Дашкой она продолжала дружить, но стала замечать в ней какую-то червоточинку. И начала больше тянуться к Эльке – та казалась ей добрее и чище.

Элькина нравственная чистота привлекала Миру, но при этом она вечно нарушала эту душевную непорочность и втягивала подругу в разные авантюры. Авантюризм в Мире кипел, и бурлил, и находил выходы везде, где было можно.

В школе Эльку, как обладательницу безупречной репутации, обязали после каждого урока относить классный журнал следующему учителю. Назначили некой хранительницей журнала.

Но бывали случаи, когда Мире не нравились некоторые свои отметки – несправедливые, по её мнению. В основном это касалось английского. Тогда она, научившись подделывать почерк учительницы по английскому, зазывала Эльку с журналом в туалет и преспокойно выставляла себе желаемые пятёрки. Пугливой и застенчивой Эльке не очень нравилось участвовать в процессе, но отказать подружке она не могла, а потом и сама время от времени стала добавлять себе пятёрочку-другую.