Спасатели
Шрифт:
Мальчишка поднял голову. Он! У Нимки запрыгало сердце, и, всё же, он подошёл ближе. А потом остановился и снова оглянулся на часы.
«Спросить?» – несколько секунд он соображал, потом решительно вздохнул и… не сдвинулся с места. «Славка! – вспомнил он крик, - наш штаб сломали!» А потом – мальчик в синей майке и штанах, разговор у подъезда, близнецы на тропинке с угрозой… Получается, они вместе? И он всё знает про Нимку?! Тогда он ни за что не даст велосипед.
Стрелка сдвинулась ещё на минутку. Нимка переступил кедами по асфальту.
«А может, он не знает!» И вообще, как он подошёл к нему в сквере, когда Нимка полетел носом, стал спрашивать что-то… Никто так не подходит, может, он нормальный парень, поймёт?
Или не стоит? Посмотрит на Нимку, покрутит пальцем у виска, или, ещё лучше, встанет и уедет… Ужасно, конечно, но самое страшное, что тогда Нимка точно никуда не успеет.
Часы уже показывали пятнадцать минут девятого. Мальчишка доел мороженое и, поднявшись, взялся за руль…
Нимка быстро подошёл к нему. На левой руке у мальчишки были большие спортивные часы.
– Послушай, - чуть слышно сказал Нимка, глядя на эти часы, на маленькую, очень быструю стрелку, которая не щелкала - бежала через циферблат. – Слушай…
Мальчик придержал руль. И поднял глаза на Нимку: серые, внимательные, спокойные. Моргнул вопросительно и заулыбался: узнал.
– Ой, привет!
– Привет… - покорно сказал Нимка. И решил перейти сразу к делу, но тот опередил его:
– Гуляешь?
– Гуляю… Слушай, - уже в третий раз сказал Нимка, теряя надежду. Когда он заговорил, то идея показалась совсем глупой. Но раз уж начал – нужно убедиться. – Ты можешь дать мне свой велосипед?
Мальчишка непонимающе заморгал. Понятно, не ожидал он такого вопроса… Смотрел на Нимку, а Нимка понял, что в горле у него всё высохло, и он дальше не скажет ничего, и вообще… пошло всё лесом, всё равно он опоздал…
– Зачем? – спросил Славка, и вдруг, увидев что-то в лице Нимки, спросил, - у тебя что-то случилось?
– Да!.. Мне полдевятого нужно быть дома, мать уходит в ночь, и не с кем оставить сестру!
– А где ты живёшь?
– На Гагарина. Пятидесятый дом!
Лицо мальчишки озарилось недоверчивой радостью:
– Так я там тоже живу!.. Постой, а сколько сейчас? – он посмотрел на свои часы.
– У-у…
– Пожалуйста… - еле слышно сказал Нимка. – Я отдам тебе его завтра…
– Держи, - Славка пристально посмотрел на Нимку. Серьёзно, уже без улыбки. – Квартира семьдесят пять. Завтра утром я еду в Москву, в девять, до вечера. Если не успеешь – оставишь в подъезде.
– Ладно… - отозвался Нимка и взялся за тёплые, резиновые рукоятки. Оттолкнулся, перекинул ногу через седло, - Спасибо!
– Там скорости вверх переключаются! На правой… - уже вдогонку крикнул Славка.
Нимка уже мчался во весь дух, раскачивая велосипед из стороны в сторону и привыкая к прямому рулю…
«Как?! Он дал велосипед…» - нет, он ещё не верил, что летит к дому, что это под ним гудят спицы, что это его руки сжимают пупырчатые рукоятки, и что он! Едет! Это ведь откуда-то из раздела «мечты», да разве они сбываются?!
Задумавшись, Нимка соскочил с бордюра, переднее колесо соскользнуло с камня, и он чуть не полетел на землю. Неожиданно для себя как-то сам сжал ручной тормоз, машинально подставил ногу. Уф! И, наконец, поверил в то, что произошло.
Ну, раз так – он хорошо покатается!
И ещё решил, что нужно быть внимательнее… Иначе до дома он так не доедет. И… Нимка чуть улыбнулся, глянув на чёрный руль и цифры возле рычажков скоростей, мягко толкнулся ногой и стал набирать скорость - по земле, по травинкам, по серому асфальту и разноцветной плитке, распугивая голубей и обгоняя прохожих…
2.
За окном цепенели сумерки, возле белой занавески крутилась бабочка, а в открытое окно втягивался прохладный воздух. Надя встала, отодвинула тюль, выпустила бабочку. Посмотрела на маленькие серые часы на столе, вздохнула:
– Что-то Славка долго…
– Долго. – Откликнулся Денис, - Надь, позвони ему!
– А где мой телефон? Ой, я ж его в комнате оставила!
Антон улыбнулся, проводив Надю взглядом:
– У меня мама так же - оставит где-нибудь, а потом «Ой, а мне звонили!»…
– Все женщины одинаковые… Для чего им телефоны?
– Как для чего? – это Надя уже зашла в кухню, зажав трубку между ухом и плечом.
– Фотки делать, в интернете лазить…
– Ну-ну… - усмехнулся Денис.
Они сидели здесь на кухне, разговаривали, ожидая Славку. А что ещё делать, когда не виделись несколько месяцев? Тем более, что у обоих накопилось порядком новостей…
– Ну что, не передумал куда поступать?
– Нет, - Антон покачал головой, взял чайную ложку из пустой чашки, покрутил в руке, потом снова посмотрел на Дениса. – Не передумал…
– Будешь, значит, батюшкой…
– Ага, - снова улыбнулся Антон.
– Если получится.
Денис внимательно смотрел на Антона. Глаза - чуть грустные, усталые - они словно читали его мысли. Денис разве что стал немножко молчаливее, хотя он и раньше-то был немногословным. Круглое лицо, так же по-мальчишечьи чуть топорщатся уши, так же прячутся морщинки в уголках голубых глаз… Но что-то было в них новое, может, усталость? Или тревожные искорки, которые иногда проступали сквозь синеву, задумчивость, которая мгновенно сменялась радостью, если рядом садилась Надя и, подперев рукой голову, позвякивая ложечкой в чае, молча слушала их…
– Алло, Славка?.. – оба сразу обернулись на звонкий Надин голосок. – Где ты есть?.. Идёшь?.. А, ну хорошо, что идёшь! Нет, постой, - Надя посмотрела на Дениса, подняв тонкие брови, - почему идёшь? Едешь!.. Нет?.. Так, а где велосипед?.. Чего-о?.. Так, ну давай, ждём!
Надя опустила телефон, растерянно посмотрела на мужа, потом на Антона:
– Через десять минут придёт… Без велосипеда почему-то…
Антон встал.
– А что случилось?
Надя пожала плечами:
– Не знаю… Ну, сейчас придёт, объяснит… Неужели отобрали?
– У Славки-то? – удивился Денис и тоже поднялся, - Антон, пойдём, что ли, встретим…
– Давай, - согласился Антон. Он и сам собирался: все же тревожно за брата, время - десятый час! – Надь, а где он?
– Сказал, возле кинотеатра.
– Ладно. Что-нибудь купить? – спросил Денис и поцеловал Надю в щеку.
– Не надо, приходите быстрее… - Вздохнула та и взлохматила ему русые волосы, - ох, Динька, когда ты пострижёшься?
– Как у тебя с работой? – спросил Антон, когда они вышли из подъезда. Вечер окутал их тёплым воздухом. Неподвижно темнели деревья, ярким светом горели окошки, и оттуда доносился звон посуды, чьи-то оживлённые споры-голоса. На дорожке никого не было, прошуршал колёсами автомобиль, прокладывая впереди себя две широкие полосы света.