Спасатели
Шрифт:
Нимка медленно покачал головой.
– Нет, - сказал он.
– Ну как же, нет?! – воскликнула женщина, которая писала в папке. – Так… Написано, что есть – Селезнёва Софья Андреевна, так… Два года и пять месяцев…Это кто, твоя сестра?
Нимка молчал. Он не хотел ничего отвечать. А тётка в сером пиджаке, которая заглядывала в комнату, вполголоса сказала второй:
– Детской кроватки нет, отметь…
Очкастая спросила:
– Вы здесь постоянно живёте? Это ваша квартира?
Нимка молчал.
– Ну что ты молчишь? – как-то устало спросила та.
– Сестра в садике?
– Я без матери отвечать ничего не буду, - наконец сказал Нимка. – Хотите, идите к ней на работу и там выясняйте.
– Как это не будешь отвечать! – воскликнула женщина в чёрном пиджаке, опустив листочки. – Мы тогда приедем снова…
Теперь Нимка, скрестив руки на груди, смотрел на всех троих по очереди и молчал. Снаружи – бесстрастно. А внутри… сердце лихорадочно билось: «Как их отсюда выставить?.. И телефона ведь нет, не позвонишь…»
– Ты хоть нам скажи, - вкрадчиво сказала худая женщина и глянула поверх очков, - твою сестру наказывают? Бьют?
– Да вы что! – рассердился Нимка. – Никто её не бьёт! Она капризничает по утрам только…
– Потому что в садик собирается?
Нимка снова замолчал. Потом сказал хмуро:
– Нас никто не обижает. Кто вас вызвал?
– Да мы не знаем… - пожала плечами женщина в сером пиджаке, - скорее, кто-нибудь из соседей…
«Из соседей…» - откликнулось в Нимке. И сразу стало пусто. И тоскливо.
– Ладно, - сказала женщина с бумагами. – Свет, пойдём. Что тут делать…
Женщина в очках сделала попытку заглянуть на кухню, но Нимка загораживал коридор, а подвинуть его она не решилась. Только бы попробовала!
Уже из подъезда, он услышал шёпот, да не разобрал слов: «вернёмся…» или «придётся…». Закрыл дверь на задвижку и пару часов ещё сидел дома, переваривая то, что произошло, и обдумывая, что бы это значило…
Славка смотрел на Нимку и глаза его уже не улыбались: серьёзные, тёмные, большие - он смотрел так, словно не знал что делать, что сказать. А Нимка глянул на него и опустил глаза: молчит, сейчас пожмёт плечами и уйдёт. В самом деле, какое ему дело до него, до Нимки и его забот? Он уже хотел было встать, как вдруг Славка спросил озадаченно:
– Слушай, а отец у тебя где?
– У-у… - Нимка махнул рукой. – Он в другой семье… Да он давно уже ушёл, когда узнал, что мамка Соньку ждёт…
Славка потемнел лицом.
– Ты, прости, я не знал…
– Да что такого-то? – пожал плечами Нимка. Лишний намёк об отце – он и так о нём помнит, хуже не будет.
– Просто я почему спросил… То, что ты сейчас рассказал… Нимка, знаешь, я читал про это в интернете. Это называется «ювенальная юстиция»…
– Чего? – удивился Нимка. – Ты зачем ругаешься!
– Я не ругаюсь, - Славка грустно усмехнулся. – К нам в школу как-то приходили, вызывали всех к психологу, по одному. Я не пошёл. А потом ещё просили анкету приносить, там такие вопросы… Где вы отдыхаете, какая у вас квартира, что ты любишь есть, во что играешь, как тебя наказывают родители… Я Наде позвонил, а она сказала, что не надо там ничего писать… Я и сам думаю – зачем?
– А зачем? – тихо спросил Нимка. В самом деле, зачем школе знать, сколько у тебя комнат в квартире и какие игрушки ты любишь?
– Затем, - чуть слышно сказал Славка, и в глазах его блеснули стальные огоньки. – Что потом приходят и забирают детей. В детдом.
Нимка поморгал.
– Да ты что болтаешь-то! Что за бред!
Славка пожал плечами:
– Я не видел, просто мне один человек рассказывал, что так бывает… Он в полиции работает и разыскивает пропавших детей. Ну и вот…
– И что, правда, что ли?
– Да ты сам залезь и в интернете посмотри!
– Нет у меня интернета! И не будет пока… У меня компьютер сломался, какой интернет?
– А-а… - вздохнул Славка. – Плохо… Слушай, может, они правда по звонку пришли, ведь если жалуются, кто знает, вдруг там в самом деле алкоголики какие-то или ещё что… Ты не обижайся, - быстро добавил он. – Но всякое же бывает.
– Ну да, - сказал Нимка. – Я вот думаю, кто бы мог нажаловаться? Если соседи, это ведь… вообще…
Славка быстро глянул на Нимку и стал смотреть на свои кроссовки. Проговорил через силу:
– Ужасно, конечно… Нимка, а у вас с соседями какие отношения?
– Никаких… - Нимка запнулся. Вспомнил про соседку… - С одной я поругался, ну не поругался, а просто послал… Не, ну она сама чего лезет?
Нимка вкратце поведал Славке историю с качелями и с тапками. Посмеялись, потом Славка снова стал серьёзным.
– Плохо. Теперь что ты будешь делать?
– Да ничего не буду! – вскинулся Нимка. – Пошла она…
– Она-то пойдёт… - мрачно сказал Славка. – И позвонит…
Нимка готов был ему настучать по шее. Но Славка так смотрел: грустно и как-то… сочувствующе? Сочувствия Нимка терпеть не мог. Участливо, что ли, будто ему, Славке, не всё равно до Нимкиных дел. Он покусывал губы, задумчиво перекатывая футбольный мяч по траве, и больше ничего не говорил. А Нимка потревожил тишину:
– Вот я и не пришёл. А когда пришёл – вас уже не было.
– Ну да, мы недолго играли, - рассеянно отозвался Славка. – А потом пошли за котёнком и щенком.
– Зачем они вам?
– Да для фильма.
– А что за фильм?
– Про котёнка Гав. Детский фильм, я даже не знаю, что получится… - вздохнул Славка.
– А зачем? – снова спросил Нимка.
– Ну, - Славка засмущался. – Мы хотели показать его детям, которые в больнице лежат. Им же скучно…
Нимка нахмурился.
– Что за дети-то?
– Обычные дети. Просто они там, некоторые, месяцами лежат, а кто-то, я не знаю даже… Вылечится или нет… А лета же всем хочется и вообще…
Славка не договорив, замолчал. Стал смотреть на верхушки деревьев, над которыми висел тонкий серебряный месяц. Прозрачное небо было тёмно-синим, и в нём робкими брызгами просвечивались первые звёзды.
– Много вы сняли?
– Половину… В штабе было удобно собираться, и солнце там не мешает, тихо, спокойно…
– А если новый построить?
– вытаскивая себя из неловкости, предложил Нимка.