Чтение онлайн

Рейчел почувствовала, как побледнела.

– Польша… Но вы же не думаете всерьез, что они…

– А вы ожидали чего-то иного? – Журналист загадочно посмотрел на нее, широко взмахнул рукой. – Подготовка ведется уже несколько недель. Они будут убивать поляков, и если те не врежут им в ответ – стыд им и позор! Гитлеровские… – Он замолчал. – Прошу прощения, фрейлейн Крамер. Вы ведь не хотите ничего знать. – Джейсон коснулся тульи на своей шляпе, как будто собирался попрощаться и уйти.

Рейчел почувствовала, как ее лицо заливает краска стыда.

– Это неправда!

Но его обвинения звучали в унисон со словами Кристины: «Рейчел, открой глаза!»

– Да что вы! – Джейсон обернулся. – Что-то изменилось?

«Очень много всего – Кристина, Амели, разговоры о центре, где убивают, умерщвляют газом детей. Это безумное вторжение в Польшу… к чему оно приведет? Союзники наверняка не оставят Польшу в беде, как поступили с Австрией и Чехословакией. И если Гитлер решился на это, чего еще можно от него ожидать? Есть ли для него что-то невозможное?»

Джейсон помахал рукой у нее перед носом.

– Вернитесь на землю, фрейлейн Крамер.

Рейчел недоуменно уставилась на него.

– Где ваш отец? – спросил журналист. – Уже вернулся из Шотландии?

В мозгу Рейчел зазвучал сигнал опасности. Должно быть, все эмоции отразились у нее на лице.

– Я спрашиваю потому, что, скорее всего, границу закроют. Будет непросто ее пересечь. Пора возвращаться в добрую старую Америку.

– У отца большие связи… среди немецких ученых, в СС, – попыталась защититься Рейчел.

Джейсон кивнул, но она заметила в его глазах неодобрение.

– Это может стать для него пропуском. Зеленый свет дают в первую очередь военным.

– Я должна вас кое о чем спросить, мистер Янг.

Но журналист больше не слушал ее. Прищурившись, он наблюдал за тем, как по улице едет черный фургон. Водитель явно искал какой-то конкретный адрес. Джейсон заметил, как фургон замедлил ход, потом повернул за угол.

– Возвращайтесь домой, мисс Крамер. Это мой вам совет. И отец ваш пусть уезжает и остается в Америке. Покиньте Германию, пока не стало хуже… а хуже обязательно станет.

– Это я и хочу обсудить. Я… Может быть, за ужином мы могли бы…

Но Джейсон, недослушав ее, опустил глаза.

– Прошу прощения, мисс. Не хотел бы показаться невежливым, но мне пора.

Рейчел словно отвесили пощечину.

– Очередная спасательная операция?

Ей трудно было сдержать сарказм. Сейчас, когда она хотела уделить ему внимание, он ей отказал!

Джейсон приподнял шляпу – прощаясь скорее с пустотой, чем с ней – и быстрым шагом удалился.

Ошарашенная Рейчел смотрела ему в спину (в душе у нее боролись любопытство и негодование), наблюдая за тем, как он приблизился к перекрестку, где скрылся фургон. Джейсон поспешил пересечь улицу и исчез за углом здания. Еще никогда ее не оставлял в одиночестве на улице мужчина, который явно хотел попросить у нее номер телефона, да и вообще мужчины никогда не отказывались уделить ей внимание.

– Черт с тобой, Джейсон Янг! – выпалила Рейчел в отчаянии.

Она повесила сумочку на плечо, подхватила пакеты, стиснула зубы и уверенно зашагала в противоположном направлении. Она уже пропустила вечерний кофе, но если сядет в трамвай, может успеть заказать в гостинице легкий ужин. «Возможно, мне даже удастся убедить их заварить хорошую чашку чая – крепкого чая». Похоже, боль в висках – это надолго.

Рейчел завернула за угол в тот момент, кода в конце квартала остановился трамвай. Она ускорила шаг, подняла руку, чтобы показать, что хочет сесть на него, но кондуктор не обратил на нее внимания. Двое пассажиров вошли в вагон. Раздался звонок. Рейчел побежала, крича, чтобы ее подождали. До трамвая оставалось всего десять шагов, когда он тронулся.

В боку кололо, в туфлю попал камешек. Рейчел швырнула пакеты на лавочку на углу и выругалась. Оставалось одно – ждать следующего трамвая. «Не рыцари они! Не рыцари!»

Девушка вытряхнула камешек из туфли, поправила шов на чулке. Выпрямившись, она заметила припаркованный за полквартала черный фургон – именно эта машина так заинтересовала Джейсона. Или очень похожая на эту.

Но самого Джейсона Янга нигде не было видно. Снедаемая любопытством, Рейчел поспешила в переулок, чтобы получше разглядеть фургон.

По тротуару гуськом шагали дети в возрасте от трех до десяти-одиннадцати лет. Замыкающий как раз выходил из дверей двухэтажного каменного здания. Какой-то мужчина в белом халате вел их за фургон, где детей собирала вокруг себя женщина в черном платье. Было что-то особенное в этих детях… Некоторые из них двигались неестественно, скованно, не размахивали ручками в такт, а если и размахивали, то как-то слишком сильно. Одна высокая девочка, явно слепая, вцепилась в плечо идущего впереди нее.

Очень маленький ребенок с круглым, как луна, лицом налетел на шагающего впереди, споткнулся и упал. Рейчел находилась слишком далеко, чтобы расслышать, что он говорил, когда плакал. Женщина подбежала к нему, рывком поставила малыша на ноги, сильно встряхнула и втолкнула назад в строй. Мальчик опять споткнулся, прижал оцарапанную руку к груди. Женщина случайно посмотрела в сторону Рейчел. Их взгляды встретились. Мрачная женщина поспешно отвернулась.

Рейчел знала: не стоит вмешиваться в то, что происходит в Берлине, но эта женщина вела себя гораздо грубее, чем было допустимо. Это наверняка какое-то специальное заведение.

Ей вспомнились слова Кристины: «Они собираются избавить Германию от генетически несовершенных мужчин, женщин и детей».

– Это смешно! – прошептала Рейчел.

Но воспоминание о настойчивой просьбе Кристины не покидало ее. Рейчел вернулась к своим покупкам, которые оставила на противоположной стороне улицы, и продолжала наблюдать за фургоном, ожидая, когда из-за него появится череда детей. Но никто так и не появился. Дети просто исчезли. Вскоре мужчина в белом халате обошел автомобиль и взобрался на переднее пассажирское сиденье. Как только он сел, водитель тронулся и фургон покатился в конец улицы. Рейчел вновь ступила на мостовую.

«Дети, скорее всего, забрались сзади в фургон. Больше никуда они деться не могли».

Фургон достиг перекрестка, проехал мимо Рейчел, остановился, пропуская машины, потом повернул налево.

«Окна закрашены черным – детям ничего не видно, и я их не вижу».

Сердце Рейчел бешено забилось. «Посадят в фургоны, будут возить по городу и травить газом…»

– Всему этому должно быть какое-то другое объяснение, – произнесла девушка вслух.