Чтение онлайн

Когда начались сильные снегопады и затяжные дожди я сделала пересмотр всех имеющихся трав в лаборатории. Составив отчёт пришла к выводу, что больше ничего собирать в лесу не придётся. До лета уж точно. Поэтому теперь тётушка Бернара либо находилась всё время на кухне занимаясь готовкой различных вегетарианских вкусностей — эльфы вообще ценили всех животных и потому убивать кого-то было неприемлемо, мясо здесь не ели — но вегетарианская еда была и вправду вкусной. Раньше я относилась к ней предвзято, но попробовав здешние блюда изменила мнение. Мясо есть вообще не хотелось, я наедалась первым, вторым, третьим и десертом. В погожие дни женщина уходила и пропадала на весь день в компании других пожилых леди. Не верьте если кто-то скажет, что эльфы не любознательны. Бабушки всех рас любопытны поняла я после одного занимательного случая.

В один из солнечных дней я ходила к пристане смотреть на порталы и поняла, что в Родисанскую империю мне не попасть. У океана работали внушающие страх большие дядьки похожие на медведей и имеющие бойцовское телосложение. Мимо них я бы не могла прошмыгнуть на корабль плывущий к порталам. Да что я! Там даже муха бы без пропуска не пролетела через океан. Решение было одно — добывать билет, но, как говорил маг жизни в доме Людовика де Норрейна, у порталов не проходной двор и кого попало туда не пускают, билет получить практически невозможно. У меня появилась мысль узнать есть ли у царского целителя разрешение на перемещение в нужную мне страну и при наличии выпросить оплату за спасение, но эту идею отмела сразу же. Кто я, а кто он? Меня даже во дворец не пустят. Возвращаясь в избушку мне дорогу преградили подруги Бернары с ней во главе. Как-то незатейливо подхватили под руку и завели в ближайший ресторанчик. Меня угостили вкусным фруктовым коктейлем и стали расспрашивать нравиться ли мне в Эльфийском лесу, люблю ли я смотреть на волны и почему я решила приехать именно сюда. Уйти из их компании оказалось нелегко. Они как акулы вцепились в жертву, то есть в меня, и не отпускали до полного удовлетворения своего интереса. Теперь когда я их замечала, то старалась поскорее скрыться.

Сын лекаря не сдержал обещания навестить своих родителей в ближайшее время. Он не приехал ни через неделю, ни через две. Мне это было лишь на руку. Я спокойно выдохнула и расслабилась, решив для себя, что если эльф приедет до того момента как я сбегу — куда — ещё не знала, но ясно понимала, что сделать это надо в ближайшее время — я просто не буду попадаться ему на глаза. Спрячусь где-то и меня не найдут. Да, поступлю как трусиха, но на что не пойдёшь ради спасения жизни.

Вот так, терзаемая различными мыслями, я вышла из избушки прогуляться и подышать свежим ночным морозным воздухом. Прислонилась к дереву и вгляделась в тёмное небо.

Вспомнила о странностях, которые встречались, когда я ходила в лес, но уже без Бернары. В нём я ощущала чей-то незримый взгляд. Резко оборачиваясь ничего не видела и думала, что всё лишь плод моего воображения, если не считать колышущиеся ветки кустарников, что ещё раз подтверждало, что за мной идёт слежка. Пару раз неосмотрительно подходила к кустам и лишь замечала вдалеке быстро удаляющийся чёрный силуэт. Не понятно чей: птицы, животного, человека. Незримое чудовище постоянно шло за мной попятам, хрустя снегом, шевеля траву. Оно было одновременно везде и нигде. Сколько я ни старалась его обнаружить — поймать никак не удавалось. Следы были повсюду: растерзанные птицы; огромные следы то ли кабана, то ли слона и иногда стонущие люди с множеством открытых ран: их-то спасти не успевали, не то, что тех, у которых было вырвано сердце. И вот странная закономерность: всеми жертвами оказывались мужчины. Двух эльфов, из четырнадцати, которых удалось спасти опрашивать было бессмысленно: они будто сходили с ума: начинали вести себя как несмышлёные дети, про ситуацию в лесу пояснить не могли, так что все склонялись к версии, что на них наложена клятва.

Спустя минут пять услышала женское хоровое пение, невпопад раздающийся смех мужчин и ржач лошадей. Звуки доносились из чащи, чья тропинка проходила мимо нашей избушки. Вскоре я увидела нарушителей тишины. Из леса, строем, вынырнули три большие телеги и одна карета. В повозках сидели дети и женщины. За ними, пешком, следовали мужчины. Как охрана. Выглядели люди ярко: у прекрасной половины был выразительный макияж, пышные юбки и очень много украшений. Также красные платки. Их повязывал кто как хотел: на голову, руку или пояс. Это цыгане, если я правильно определила. И судя по дороге держали путь они на главную площадь. Меня никто из них не заметил если не считать молодого мужчину, который, прежде чем завернуть за угол обернулся и посмотрел мне в глаза. Холодок пробежал по коже. Ледяной ветер отозвался на мои чувства и подул в лицо. Я поспешила скрыться в избушке, во-первых, от мороза, а, во-вторых, никогда не любила смотреть кому-то в глаза — становилось жутко.

Было интересно посмотреть что понадобилось цыганам на главной площади в столь позднее время, но какое-то внутреннее чутьё подсказывало, что идти за ними не стоит.

Когда я прилегла на кровать почувствовала, что очень устала. На меня удивительно влиял волшебный мир, а именно если на Земле я долго ворочалась, прежде чем уснуть, то здесь улетала в царство Морфея мгновенно. Проснулась я ещё до рассвета. Разбудил странный звук отдалённо напоминающий взрыв фейерверков, но, выглянув в окно, ничего такого не заметила и пошла досыпать свои законные часы. В скором времени раздался грохот от которого ощутимо потрясло стены дома. Проснулась мгновенно. Распахнула глаза. Сердце отчаянно билось о клетку рёбер. Я почувствовала, что тело покрылось холодным потом. Стало не по себе, но это ещё мягко сказано. Дом время от времени будто оживал и подпрыгивал на месте заставляя меня затрястись от страха вспоминая весь русский фольклор про бабу ягу и её избу. Быстро вскочив и одевшись в легкое платье и накинув сверху шаль вышла из комнаты в поиске источника шума. Далеко идти не пришлось: из-под двери в лабораторию было заметно яркое фиолетовое свечение. Открыв дверь тихо прошмыгнула внутрь и закашлялась от хлынувшего на меня ядовитого смрада. Закрыла нос и рот рукой. Открыла глаза, которые, оказывается, зажмурила при входе. Осмотреться было невозможно: повсюду фиолетовый дым от которого щиплет глаза. Ощущение будто перед глазами режу лук. Я никак не могла проморгаться.

Размахивая свободной рукой перед глазами и отгоняя от себя окрашенный воздух пошла к полулежащему за столом эльфу. Его голова безвольно лежала на деревянной поверхности. Рядом стоял время от времени подпрыгивающий на месте и издавающий взрывающийся звук котел. Постаралась не вдыхать воздух рядом с сосудом, потому что от него мучительно клонило в сон. Рядом с лекарем спали несколько фрисов, другие зевали во весь рот и наблюдали за мной расфокусированным взглядом. На них, видимо, тоже влияло зелье. Фрисы — это ангелочки напугавшие меня в первую встречу. Сами существа являлись кем-то по типу домовых, но занимались лабораторией, причём из помещения не могли никуда уйти и помогали своему хозяину. Хотя сейчас я уже сомневалась в их нужности: лабораторию после экспериментов убирала я. Сейчас же, когда их хозяину требовалась помощь, они мирно спали рядышком. Как коты, а не помощники. Интересно, что же такое готовил лекарь, раз все в лаборатории уснули? Сонное зелье? Нет, вряд ли. Ведь его нужно принимать внутрь, а тут все засыпают лишь от паров.

«И что же делать?» — билась мысль в голове. Я в панике оглядывалась ища чем можно было бы закрыть котелок, но в комнате было очень уж чисто. Середина помещения оказалась полностью пуста. На полу начертана пентаграмма. Напоминает фильм ужасов. Эльф хотел кого-то призвать? Я подошла к окну и распахнула его, надеясь, что дым выветрится.

Высунула голову на улицу. Глубоко вдохнула свежего воздуха и мигом закашлялась. Вдохнув ещё раз вернулась к спящему мужчине.

Осторожно скинула его тушу на пол. Получилось свалить на пентаграмму. Менять положение времени не было, я чувствовала, что если не уйду из этой комнаты сейчас, то засну. Поэтому не предала значение схеме и начала приводить в чувства дедулю хлопая его по щекам. Вроде очнулся. Он открыл глаза и невидяще посмотрел сквозь меня.

— Эй! Вы можете встать? — Кашляя спросила хриплым голосом. Казалось, невидимая рука сжимает горло. Лекарь неясно кивнул головой. Я поднялась.

Его взгляд на секунду прояснился и завис на моих волосах. Плутовски улыбнувшись объявил, что у меня на голове паук.

Я замерла. Подняла голову и увидела над собой пучки трав. Хмыкнув продолжила поднимать мужчину. Мы медленно пошли к выходу. У него был какой-то странный юмор. Возможно, этой фразой хотел скинуть накал ситуации, расшевелить меня или… Я не знаю зачем. Поиздеваться надо мной? Всё возможно.

— Не боишься этих насекомых? Это хорошо, далеко пойдёшь. — пробормотал он дотрагиваясь до моей головы и вынимая оттуда чёрного паучка.

До меня лишь сейчас дошло, что это была не шутка. Уверена, не будь я под действием летающих паров заорала бы как бешеная тряся головой, а сейчас только вздрогнула и поморщилась. Мерзость. Нужно будет узнать об этом зелье, мне нравится идущая от него спокойность.

— Мое жилище покидай, с собой все плохое забирай, иди прочь, уходи в ночь.

— Что это вы шепчете, Мелисса? — лекарь удивлённо воззрился на меня.

— Чтобы здесь, — я широко зевнула, — больше членистоногие не появлялись. Не люблю их.

Удовлетворённо кивнув мужчина вновь потерял всю свою внимательность и закрыв глаза оперся на меня. Я снова вела, он лишь, интуитивно, переставлял ноги.

Возле кухни вспомнила, что в лаборатории остались живые существа которым тоже угрожает опасность. Оставила лекаря рядом с выходом на улицу. Разбудила спящую и ничего не понимающую Бернару. Попросила отвести лекаря к целителю и побежала обратно в отравленное помещение. Честно, идти туда не хотелось, смрад был только в лаборатории, за пределы, к примеру, на кухню или в другие комнаты выйти не мог из-за защитного поля. Воспоминания о невидимой душущей руке были свежи, но не идти не могла, ведь нужно было спасти пикси и, по возможности, ангелочков.