Чтение онлайн

– Итак, - продолжил он, - пожрать я тебе добыл. А пока будешь есть, можешь послушать. И хоть раз обойдись без мудрых комментариев. Держи... свою... клятскую... пасть... на замке! Усек?

Осел тут же собрался поинтересоваться, как ему есть, не раскрывая пасти. Однако теперь перед ним был какой-то новый и более убедительный Тарл, так что серый оказался заинтригован. Посему Котик ограничился кивком и приступил к пожиранию пиццы.

– Ну вот, - продолжил Тарл.
– Значит, мы пытаемся спасти нашего друга Ронана, верно? И мы не получили никаких вестей от Тусоны. Стало быть, она тоже не может его найти, иначе бы связалась с нами посредством заклинания, которое я для нее организовал.

– Если только ты опять не напортачил, - еле слышно пробормотал осел.

– Хотя Шикара и опасная тварь... Я так прикидываю, у нее совсем крыша слетела... Мне все-таки кажется, что Ронан жив. По-моему, если бы он был мертв, я бы как-то об этом узнал. Так что мы должны продолжать поиски. Но мы можем годы шататься по всему югу Среднеземья и так ничего и не выяснить. Это я к тому, что мир очень велик. Мы уже выяснили, что я не могу использовать магию, чтобы узнать, где Ронан, иначе эта сучара запустит такое противозаклинание, от которого у меня на месте мозгов останется бесполезная куча шлака.

– Да у тебя там и так уже...

– Заткнись.
– Тарл сделал паузу, размышляя.
– Ну вот. Я думаю, нам нужен кто-то, обладающий магическими силами, кто сможет сказать нам, куда идти, не используя при этом заклинания, как-то связанного с Ронаном. Тогда мы не получим в ответ противозаклинания.

– Это как?

– Понимаешь, я намерен рано или поздно найти нашего друга. Так что мы просто пойдем к гадалке, и она скажет мне, где я окажусь в будущем. Тогда мы туда отправимся, и именно там и будет Ронан. Ну как, хитроумно?

– Не то слово, - осторожно отозвался осел.
– И где ты, если не секрет, собираешься такую гадалку найти?

– Получилось так, что несколько дней назад я как раз рядом с таким местечком в подворотне проснулся...

* * *

Подворотня вела к темному, заросшему мхом дворику за Разнуздяй-Бульваром. Там было навалом мятых и ржавых мусорных бачков, переполненных дурно пахнущими отбросами. Каменные плиты, заваленные гниющими овощами и фруктами, скользили под ногами, а единственным источником света служил тусклый и дымный факел, воткнутый в заплесневелое крепление рядом с открытой дверью.

К стене под факелом была привинчена пара помятых металлических табличек. На одной была выгравирована надпись: "Братья Грифф. Каму патрахацца. Канфиденциальнась гарантируецца". Надпись на второй гласила: "Мания Безмазовая. Истину говорит, судьбы предсказывает, пятна выводит. Второй этаж". Характерным образом эта вторая табличка уже еле-еле держалась на стене.

Тарл с Котиком вошли в мрачный коридор. Пахло там приблизительно равными количествами пыли, затхлой мочи и вареной рыбы. Справа располагалась единственная измочаленная дверь с еще одной табличкой: "Братья Грифф. Пастучи и падажди". За дверью кто-то, судя по всему, очень шумно трахался.

В конце коридора во тьму уходила шаткая деревянная лестница. Осторожно поднявшись по ней, Тарл с Котиком оказались на площадке, где дыр было больше, чем половиц. Горящая масляная лампада стояла на небольшой тумбочке в углу рядом с единственной дверью, покрытой шелушащейся розовой краской, поверх которой кое-как были намалеваны черные звезды и луны. На уровне глаз по трафарету золотой краской было выведено слово "Гадалка". Ниже кто-то красным карандашом нацарапал "и клятанутая старая крыса".

Тарл поднял было кулак, чтобы постучать, но из-за двери тут же донесся визгливый голос:

– Нечего там торчать! Открывайте дверь и входите!
– Челюсть Тарла с вполне слышным стуком отпала.

– Ого!
– изумленно изрек он.
– Как тебе, Котик? Она знала, кто идет! Очень впечатляет!

Осел презрительно взглянул на своего спутника.

– Не будь идиотом!
– фыркнул он.
– Клятская лестница так скрипит, что только совсем глухая бы не услышала.

Тарл с сомнением посмотрел на серого, а затем они вошли в одну из самых странных комнат, какие им доводилось видеть.

Комната эта выглядела так, будто ее декорировала Мортиция Адамс, причем в одном из самых своих тоскливых настроений. Черные стены были занавешены плотными драпировками черного миткаля, а черные шторы закрывали окна. Даже паутины, что свисали с потолка, были черными. Пять стульев с высокими спинками черного дерева располагались вокруг круглого стола, накрытого черной скатертью. Старинные книги в черных кожаных переплетах рядами стояли на полках вдоль одной стены, а в канделябрах, да и вообще везде, где только можно, оплывали десятки мерцающих тускло-желтым пламенем черных как смоль свечей, производя тошнотворный смрад горящего жабьего воска.

На одном из стульев сидела согбенная старуха, закутанная в бесформенную массу всевозможных одеяний, каждое из которых было, ясное дело, черным. Занималась она тем, что тасовала колоду сидорских карт таро. Когда Тарл и Котик с сомнением на нее уставились, старуха подняла взгляд и приветственно им улыбнулась. Тарл аж вздрогнул. Зубы гадалки идеально соответствовали убранству комнаты.

– Входите, входите, - закудахтала старуха.
– Я - Мания. Мания из Порт-Реда. Чем могу служить?

Тарл в свое время видывал множество высохших старых ведьм, но Мания вполне могла бы представлять все Среднеземье как самая высохшая. Кожа ее походила на скорлупу грецкого ореха, а рядом с ее руками любой скелет показался бы жирным и мясистым. Шею она позаимствовала у стервятника, пережившего нешуточно тяжелые времена. У нее были не столько бородавки на носу, сколько нос под бородавками, и из каждой бородавки торчало такое изобилие волосков, что нос смахивал на небольшую кисточку для бритья. Однако глаза Мании радостно поблескивали из-под черного капюшона и производили впечатление интеллектуального богатства, создавая весьма благоприятное впечатление, но, к несчастью, катастрофически далекое от истины.

Осел настойчиво толкнул Тарла под зад, и тот нехотя доковылял до стола. Грязный черный ковер под ногами оказался клейким и липким, но Тарл нашел это до странности комфортным. Такой ковер напомнил ему коврики в некоторых из его любимейших ночных клубов. Сделав глубокий вдох и чуть не задохнувшись от жуткого смрада жабьего воска, он завел разговор:

– Гм... Ну, здравствуйте, Мания. Значит, говорите, вы из Порт-Реда?

– Да, знаете ли, я там раньше жила. Но люди почему-то всегда зовут меня Мания Безмазовая. В Порт-Реде у меня был скромный, но вполне процветающий бизнес в одном из домов на рыночной площади. Я была очень популярна, если, конечно, не считать некоторых моих соседей. Эти людишки вечно говорили, что не могут как следует меня отрекомендовать. И они не рекомендовали.

– А почему вы переехали?

– Это был глас судьбы. Так уж получилось. Я услышала его однажды ночью во сне. Он обратился ко мне откуда-то издалека: "Полоумная старая ведьма, почему бы тебе на юг не свалить?
– орал он.
– Клятуй отсюда, выметайся!" Да, это был глас судьбы, который почему-то звучал совсем как голос моего соседа. Так я и сделала. Я переехала сюда. И с тех пор никогда не оглядывалась. Дело, знаете ли, в моей шее. Жуткий ревматизм. Он меня мучит. Ужасно мучит. Тем не менее я рада, что жива. Если верить картам, я должна была уже девять лет как умереть. Но я по-прежнему здесь. И меня по-прежнему зовут Мания Безмазовая. Ничего не могу с этим поделать.