Чтение онлайн

Но, что я могу? Я ведь ничего не умею?!

«Ты можешь солгать», — заметил внутренний голос.

Король не допустит лжи!..

«Просто будь собой», — задумчиво произнес голос минуту спустя.

Милостивые духи, как же мне страшно!

— Пресветлая Ликерия, зачем вы так с собой?! — встревожено воскликнула одна из прислужниц.

— Все уже позади, — успокоила вторая, нежно касаясь моей ладони, на которой отпечатались полумесяцы от ногтей.

— Позвольте помочь вам, — сказала третья, помогая мне выйти из мраморного бассейна, наполненного душистой розовой водой.

Девушки продолжили кружить над моим обнаженным телом, обтирая его и смазывая каждую ранку молочного цвета зельем, которое, высохнув, отлетало аккуратными перьями, оставляя под собой идеально ровную кожу.

Меня же телесная красота не волновала совсем. Очень скоро это тело ляжет в узкое пространство сколоченных досок, а может быть, оно сгниет в одной из темниц на слежавшейся подстилке, пропахшей мочой и плесенью. Вариантов множество, однако, это не тот случай, когда стоит выуживать на поверхность их все…

Лгать было опасно, но я не видела иного выхода.

Легкая как воздух рубашка и платье из белого шелка, просвечивающего на свету силуэт моего тела, завораживали своей красотой. Изящная вышивка и жемчуг богато украшали корсет. Высокий статус подчеркивала тиара с голубой алмазной каплей, окруженной россыпью бриллиантов, и жемчужные серьги, которые лучились восхитительным перламутровым светом. Всё в образе Ликерии было прекрасным, за исключением глаз. Взгляд черных глаз казался столь же пустым, потухшим и потемневшим, как сгустившийся дым. Взгляд жертвы.

«Неужели это конец?» — думала я, рассматривая отражение в зеркале. Куда делся огонь души, который в трудные моменты моей жизни заставлял меня бороться и побеждать? Что стало с желанием что-то делать, искать, ошибаться и снова пробовать. Нет, так не пойдет! Я просто обязана выиграть, назло всем проклятиям, которые однажды сорвались с чужих уст и, коснувшись моей души, пропитали ее страхом и сомнениями! Я вытравлю из себя этот яд, скину уродливую маску. С моим талантом менять лица, разве могу я столь легко согласиться с ролью жертвы? Роль на гране безумия — бесценный опыт, который сделает меня сильнее, позволит отомстить каждому, кто заставил меня страдать. Месть — единственное средство, способное успокоить мое бедное сердце, дать ему искру, которая вернет желание жить.

О да, я непременно отомщу! Шампус, Валтор (если ему каким-то невероятным образом удалось выжить), и даже командор — они заплатят мне за все. Заплатят своей кровью!

Сверкнули опасным блеском слегка прищуренные глаза и, любуясь отражением в зеркале, я вскинула подбородок.

Уловив смену моего настроения, одна из прислужниц склонилась в поклоне и бархатистым голосом произнесла:

— Моя королева, вы словно дикая роза, такая прекрасная и такая…

Неожиданно для всех, я схватила фаянсовый караф с охлажденным вином и со всего маху запустила им в зеркало. Взорвавшись кровавыми осколками, чужое отражение осыпалось к моим ногам. Девушки тут же склонили головы, боясь и дальше восторгаться неземной красотой своей королевы.

Пора бы уже понять, я больше не под действием чар, и ваша лесть мне безразлична…

Небо налилось свинцовой тяжестью. Уставшее солнце катилось к линии горизонта. Медленно тонули в тумане очертания горного хребта, растворялись, исчезая в непроглядном тягучем мареве, суровые воды реки. Незримо наползала тьма, голодным зверем слизывая с уснувшей земли последние лучики света. Укутавшись в безразличие, словно в невидимую шаль, я поднялась на самый верх башни и застыла, перешагнув порог темной комнаты.

— Подойди, — голос холодный, резкий.

Бросив взгляд на скипетр, лежащий на одной из полок с бесценной коллекцией артефактов, я глубоко вздохнула, и послушно пересекла темную комнату.

«Ненавижу ничем не ограниченную высоту!» — думала я, выходя на смотровую площадку без каких-либо ограждений, где сложив на груди руки, стоял БегГар Шампус. Огненный свет выхватывал из темноты его лицо, мужественное и благородное. Морщины, которые пролегли между его бровей, говорили о проблеме, которая всерьез занимала короля. Шампус, как и я, был не на шутку озадачен случившимся. Вот только я не обладала таким жизненным опытом, как Шампус, да и совсем не знала Змеерогого, однако я совершенно ясно понимала, что столь неожиданное появление его рептилии не случайность…

Стремясь разобраться с проблемой, которая стала для него настоящим вызовом, Шампус следил за тушей черно-красного змея, захватившей едва ли не все пространство внутреннего двора. Превозмогая страх, я приблизилась к краю и посмотрела вниз. Магические пульсары освещали усталые измотанные напряжением лица мужчин, которые не первый час бились над тушей. С трудом отделив голову от тела, они объединили свои усилия, чтобы перевернуть гада кверху брюхом, где шкура лучше поддается стальному лезвию. Решено было вспороть брюхо, потому как целиком снять кожу с такой громадины не представлялось возможным.

Кровь, сверкающая огненными бликами сталь, крики мужчин и голодное урчание пульсаров не располагали к беседе, однако мне было необходимо дать понять, что я не имею никакого отношения к рептилии, и знать не знаю, из какой бездны выполз этот полосатый гад:

— Его размеры поражают, — и предусмотрительно добавила: — никогда таких огромных не видела.

— Будут другие и будут новые жертвы. Нападение таких тварей всегда заканчивается жертвами.

Шампус повернул голову, и я всем телом почувствовала невыносимую тяжесть его взгляда.

— Амулет… Откуда он у тебя?

— Айла, прощаясь, оставила его мне, — постаралась сказать спокойно.

— Она все же дала клятву… Но что тебя связывает с ее клятвой?

— Я не понимаю, о чем вы. Я не знаю, зачем змей приполз в храм, не знаю, зачем сорвал церемонию, не знаю, зачем хотел меня убить…

— Если бы он хотел тебя убить, то сделал бы это. Нет, Змеерогий хочет единолично владеть богатством. Вот только… будь метка на монахине, его змей последовал бы за ней… — Шампус посмотрел на меня так, как смотрят на редкий минерал, которому в умелых руках суждено стать реликтовым артефактом.

— Ты!? На тебе его метка! Избавиться от нее можно лишь одним способом — исполнив клятву. Значит условие еще не выполнено… Или выполнено, но приз слишком ценен, чтобы его отпускать…

Я посмотрела на обезглавленную рептилию и поняла — мне конец!

— Спрошу только один раз, что за клятва?

— Я не давала…

Закончить я не успела. Не успела я и понять, как Шампус рывком привлек меня к своей груди, и лишь его крепкие объятия удерживали меня от ужасного падения с высоты.

Когда стоишь у самого края пропасти, спиной вжимаясь в стальное тело короля, все чувства обостряются, ветер холодит лицо, тогда как кровь закипает в венах. Мысли как пустой лист, все, на что они способны — воспринимать пейзаж, залитый черными тонами, под пульс, который набатом бьет в голову одно единственное слово: «доигралась…»