Чтение онлайн

— И ты собрался проводить там мастер-класс? — Диззи попыталась усмирить мчавшееся сердце, пока изо всех сил старалась не воображать худшее, что могло происходить в клубе.

— Все совсем не так непристойно, как звучит. Я просто проведу вводный курс. Ничего особенного.

— И сколько времени продлится мастер-класс?

— Час или два, в зависимости от того, какие типы связывания ученики захотят освоить, — Веном пожал плечами, словно говорил о каком-то пустяке. — Я вернусь домой, не успеешь ты и фильм досмотреть.

— И ты не возьмешь меня с собой? — уставилась на него Диззи, гадая, неужели он и впрямь был настолько невежествен.

— Нет, — ожесточился Веном. — Ты не готова к интенсивности клуба.

— Но как я, по-твоему, привыкну к нему, если ты не возьмешь меня с собой?

— Я возьму, когда решу, что ты готова.

— И на ком ты будешь показывать бондаж? — судорожно сглотнула она.

— Воспользуюсь одной из поп.

— Кто это? — учитывая наклонности клуба, Веном, вероятно, говорил об искусственной женщине из пластика для демонстраций.

— Поппи, — спокойно пояснил он. — Означает собственность тюрьмы. Так называют женщин, которые за деньги обслуживают подобные мероприятия или работают в небесных борделях.

— Ты говоришь о проститутках? — широко открыла рот Диззи.

— В нашем мире у этого понятия другое значение, — с неприязнью ответил он. — Поппи высокооплачиваемые и квалифицированные. Большинство из них уже родилось в тюрьме, обычно в результате незаконных отношений между охранниками и заключенными. Для них работа в сфере развлечений — способ найти свое место в обществе. Большинство из них увольняется по достижению тридцати лет. Они очень богаты и…

— Хватит, — подняла руку Диззи. Она не могла больше выдержать ни секунды, когда Веном говорил о проституции, как о большой удаче для женщины. — Ты сам себя слышал? Ты говоришь о выборе между тюремной жизнью и разрешению грязным потным солдатам лапать женщину за деньги.

— Я же тебе объяснил, — он раздраженно поджал губы. — В моем мире все иначе. Мы с уважением относимся к работницам небесных борделей. Они удовлетворяют наши насущные потребности, особенно если учесть, сколько баллов доблести нужно заработать, что получить право найти жену и завести семью. Большинство из нас не бывают дома десятилетиями. Если ты не заметила, в космосе мало женщин. Или поппи, или ничего.

Диззи не знала, что ответить. Возможно, Веном был прав. Может, в его мире профессия проститутки не была столь же позорной и унизительной, как в Городе.

— Ты сердишься на меня?

— Да! — вытаращила глаза Диззи.

— Потому что в прошлом я спал с проститутками?

— Что? Нет, — начала раздражаться она. — Я не в восторге, но понимаю, что в вашей культуре другие обычаи. И понимаю, что у вас, парни, есть…потребности. Если у вас считается нормой платить женщинам за удовольствие, ну… неважно. Это было до меня.

— Да, до тебя, — Веном осторожно шагнул к ней. — Пожалуйста, никогда не думай, что краткие моменты, которые я разделил с любой из тех женщин, могут как-то сравниться с нашими отношениями. С ними у меня были деловые сделки. С тобой все по-настоящему.

— Если наши отношения такие фантастические, почему ты не возьмешь меня с собой на демонстрационную ночь?

— Я уже сказал тебе, Диззи. Ты не готова, — шумно вздохнул Веном. Она чувствовала, что его терпение подходило к концу.

Диззи решила, что с нее довольно.

— Я иду с тобой, — заявила она, высоко подняв голову.

— Нет, — серьезно ответил он. — Ты не идешь.

Стиснув зубы, Диззи уставилась на него. На кончике ее языка крутилось несколько безобразных слов, но она отказалась усугублять итак неприятную ситуацию.

Борясь с гневом и разочарованием, Диззи направилась в спальню, обойдя Венома и держась от него подальше. В ванной она остановилась, чтобы почистить зубы и умыться, прежде чем переодеться в длинную ночную сорочку. При мысли о сне в их постели ее затошнило.

Прихватив подушку, Диззи вышла из спальни, толкнув Венома в дверном проеме. Он схватил ее за руку, не давая уйти от него. Даже в разгар ссоры он прикасался к Диззи поразительно нежно, что лишь еще сильнее разозлило ее!

Несколько секунд они сверлили друг друга взглядом, пока Веном не обратил внимания на подушку.

— Ты выгоняешь меня из моей собственной спальни?

— Нет, — Диззи рывком высвободила руку. — Сегодня я посплю на диване.

— Ты ведь не серьезно, — он казался потрясенным. — Ты закатываешь истерику из-за чего-то настолько смехотворного?

— Смехотворного, да? — она бросила подушку на диван. — Тебе было бы смешно, если бы я сказала, что пойду на вечеринку без тебя и позволю какому-то мужчине трогать мое голое тело? Что собираюсь позволить ему завязывать веревки у меня на груди и между ног?

— Это совершенно разные вещи. Ты говоришь о неверности. Я же о мастер-классе с оплаченным волонтером.

— Вытащи голову из задницы, — отрезала Диззи. — С меня хватит.

— Диззи, ложись спать, — Веном скрестил руки на груди.

— Нет, — она села на диван и взбила свою подушку. — Я бы с радостью, но… не думаю, что ты готов к такой интенсивности. Возможно, я посмотрю, удастся ли нанять жиголо из Нижнего города, чтобы прилетел ко мне и держал меня сегодня ночью.

— Как хочешь, — развернувшись на пятках, Веном пошел к главному пульту управления домом. Там он отключил все освещение, кроме прихожей, где поставил лампы на минимальную яркость. У двери спальни Веном остановился и вернулся к Диззи. — Когда ты будешь готова вести себя разумно…

— Разумно? — разъяренная, она упала на диван и подняла руку. Диззи смело показала Веному средний палец.

По его судорожному вдоху стало ясно, что он видел, как грубо она послала его.

— Да, очень женственно, Диззи.

— Нахрен женственность, — прорычала она, со злости ударив свою подушку. Пока Диззи слушала, как Веном готовился ко сну, горячие слезы жгли ей глаза. У нее задрожала нижняя губа, но она подавила противоречивые эмоции и запретила себе плакать.

Диззи никак не могла уравновесить в своем сознание жесткую позицию Венома касательно офицерского клуба с милым и нежным жестом, сделанным им ранее днем. Он ведь так старался сделать ее счастливой. Почему тогда настолько упрямился сейчас?