Чтение онлайн

Нависла тяжёлая тишина. Кажется, Савада, который сидел со мной, очень долго пытался осознать, что происходит. Всматривался в экран, поправлял очки. Однако его поторопил голос из телефона.

— Ты что натворил, придурок?! Мы же договорились, что до моего возвращения ты из дома не выходишь! — проревел «Савада» из мобильника.

— А… А… Адачи-кун?! — начал заикаться Савада. — А почему ты… Вы что, с Кацураги-саном меня проверяли?

— Ты — болван, Дэйчи, и всегда им был! — заявил Адачи. — Это Кацураги Тендо нас обоих проверил!

Причём я даже сейчас их проверял. Внешне братья Савада абсолютно идентичны. Я уже догадался, что передо мной близнецы. Но всё же у них было одно весомое отличие, о котором я сразу не догадался.

Прямо сейчас я держу телефон максимально близко к лицу Савады Дэйчи, поэтому он ничего не видит. У него — дальнозоркость. И по этому параметру их с братом очень легко смогут различить. У Дэйчи линзы очков делают глаза огромными. А у Адачи, наоборот, маленькими. У одного дальнозоркость, у другого — близорукость.

А это, кстати, очень яркий пример, который доказывает существование онтогенеза — индивидуального развития организма. Ведь близнецы — это генетические клоны. Два абсолютно идентичных живых существа. Однако, в зависимости от влияние окружающей среды, образа жизни и многих других факторов они в дальнейшем могут сильно измениться и перестать походить друг на друга.

— Поспорить друг с другом сможете в другой раз, — предложил я, а затем обратился к Адачи. — Савада-сан, я сейчас скину вам адрес кофейни. Приходите сюда. Ваш рабочий день уже давно окончен, а дежурит сегодня Кондо Кагари. Тут идти двадцать минут максимум. Так что — мы вас ждём.

Савада Адачи тут же положил трубку. Но интуиция мне подсказывала, что он уже выдвинулся к нам. Следующие двадцать минут мы сидели молча. Дэйчи напряжённо кусал губы, но ничего не говорил.

Я же заказал себе десерт. Впервые за долгое время мне захотелось побаловать себя чем-то сладким. От мучительного ожидания в мою голову даже полезли греховные мысли взять латте или капучино.

Но от этого меня спас вошедший в кофейню Савада Адачи.

Он сел рядом со своим братом и принялся гневно сверлить его взглядом.

— Ну что ж, уважаемые коллеги, — улыбнулся я. — Теперь давайте начистоту. Я вас здесь собрал не для того, чтобы шантажировать или читать нотации. Я лишь хочу разобраться в том, как вы это провернули. И хочу дать пару дельных советов.

И немного развлечься. Устал я за последние дни. Олимпиада, перелёты, вирус. Надо дать себе немного хороших эмоций.

— Правда? — заикнулся Савада Дэйчи. — Вы нас не сдадите, Кацураги-сан?

— Молчи, ты только усугубляешь обстановку, — шикнул на него Адачи.

— Правда, — ответил я. — Я так не поступлю. Сделаю вид, что ничего не знаю о вашей маленькой тайне. Как думаете, почему?

— Потому что вы — добрый человек, Кацураги-сан, — решил подлизаться Адачи. — О вас все так говорят.

— Я редко бываю добрым, когда кто-то нарушает закон, вредит пациентам и обманывает своих коллег, — загибая пальцы, произнёс я. — Однако самым важным для меня является второе. Я не стану сдавать вас, потому что количество вылечившихся больных резко возросло после того, как вы поменялись местами. Вот и всё. Это — единственная причина, по которой я буду держать это в секрете. Однако! — я поднял указательный палец вверх. — Взамен я хочу узнать, как, зачем и почему вы всё это провернули.

Дэйчи и Адачи переглянулись, пожали плечами и принялись рассказывать.

— Меня уволили и лишили лицензии, Кацураги-сан, — сказал Савада Адачи. — Я работал в клинике Окинавы. Не стану юлить, нарушил закон. Брал взятки за больничные. Но тогда мне казалось, что я поступаю правильно, поскольку работал я, уж простите за мою нескромность, лучше всех. А платили мне куда меньше, чем остальным. Так ещё и унижать умудрялись!

— А я… — начал было Савада Дэйчи. — Вы же знаете, Кацураги-сан. Мне всегда было не по себе в клинике. Мне хотелось быть врачом, но не получалось достичь чего-то своими силами. Так вышло, что нас с братом после университета распределили в разные города. Обычно это происходит случайным образом. Мне просто повезло — и я попал в Токио! А потом мне ещё раз повезло, и я прошёл собеседование в клинику «Ямамото-Фарм», когда там была нехватка сотрудников.

— Дайте-ка отгадаю, — произнёс я, когда Дэйчи замолчал. — Когда Адачи лишили лицензии, вы решили помочь друг другу? Один ушёл в бесконечный отпуск, а второй начал работать за него. Верно?

— Да, — кивнул Адачи. — И зарплату мы делим пополам. На мой взгляд, это справедливо. Точнее, было бы справедливо, если бы мой брат не высовывался из дома одновременно со мной!

— Так, я понял вашу ситуацию, — сказал я. — А теперь прошу ответить мне честно. Адачи-сан, вас устраивает ваша новая зарплата? Больше манипуляций с больничными не будет?

— Нет, я понял свои ошибки, — кивнул он.

— Тем более, если мы будем играться с больничными, Уёхара Ёсико прибьёт. Одного из нас точно, — подметил Савада Дэйчи.

Стоп. Уёхара… Заместитель главного врача по экспертизе нетрудоспособности…

— Погодите-ка, Дэйчи-сан, а мне казалось, что вы… Встречаетесь с Уёхарой Ёсико. Разве нет? Я точно помню, что отношения между вами изменились от взаимной ненависти к чему-то противоположному. Вы понимаете, что случится, если она узнает о вашей авантюре.

— Случится что-то очень страшное, Кацураги-сан, — сказал Адачи. — Потому что мы… — он перевёл взгляд на Дэйчи.

И тогда брат закончил за него.

— Потому что мы встречаемся с ней по очереди.

Ох ты ж…

— Вы вообще соображаете, какую вы кашу заварили? — схватившись за голову, спросил я. — Это, конечно, совсем не моё дело. Упрекать не буду, советы давать не стану. Но не осуждать не могу.

Братья промолчали. Я понял, что продолжать эту тему бессмысленно. Тогда решил задать последний интересующий меня вопрос.

— Давайте так, расскажите мне ещё кое-что — и я от вас отстану, — заключил я. — При чём здесь Куренай Цукаса? Вся поликлиника думает, что Савада Дэйчи взлетел благодаря наставлениям Куренай-сан.

— Так и есть, — кивнул Дэйчи. — Он поделился с нами своими наработками, которые собирал всю жизнь. Куренай-сан — настоящий гений. Он всё время сидит в середине ранговой системы, но на самом деле ему самое место на вершине.

— Тогда почему он до сих пор не поднялся? — поинтересовался я.