Чтение онлайн

Самое сложное решиться на прыжок. Тем более на спину дракона. Он спикировал ниже, чтобы ведьма точно не промахнулась. А тут ещё нога, что кровит и кость будто выворачивает. Но когда за спиной рухнула несущая балка- не до меткости стало. Элис рухнула на спину ящеру с изяществом куля с картошкой. Хвала богам, крылатый не подкачал.

— Ты знаешь где находится Кассоди? — прокричала девушка через порыв ветра, сидя между гребнями на спине дракона.

Глава 42

Одна из башен поместья Сватор полыхала. Грегори понял, что опоздал. Не давая отчаянию заглушить голос разума, он пришпорил коня.

В голове трепыхалась одна мысль: только бы была жива. Пусть эта чокнутая ведьма будет жива. Плевать на все остальное. Спешившись он забросил поводья на сук дерева, а сам устремился к горящему зданию. Из кустов гневно и истерично прокричали:

— Стенли! Помоги мне! — мужчина дёрнулся на голос и в раскидистых кустах роз увидел связанную лозой винограда Хлою. Он опешил, но тем не менее принялся вытаскивать девушку из зарослей. Она ругалась под нос. Была оборвана, изгваздана в саже.

— Где Элис? — продавив комок в горле, спросил некромант. Под его пальцами ветви, что опутывали фигуру девушки рассыпались прахом. Она звонко чихнула.

— Понятия не имею куда улетела твоя ведьма, — гнусаво и ворчливо отозвалась Бернар, высвободив руку и совсем по-плебейски вытерев нос ладонью. — Она меня вышвырнула как кутенка, а сама верхом на драконе испарилась в ночи…

У Грегори отлегло от сердца. Им обоим был известен лишь один дракон, который смог бы прийти на помощь. Значит она в безопасности.

— Что здесь происходит? — над ними возвышался шериф, помятый и несобранный. Даже воротничок расстегнут. А за ним скромно маячил молодой секретарь.

И Хлоя стала рассказывать. По мере повествования у мага волосы вставали дыбом. Она несвязно, словно торопясь, выдавала историю про свою наставницу, что ополоумела и вызвала демона. Как демон этот выполнял ее приказы. Госпожа Тесса отчаянно хотела пристроить воспитанницу в руки одного некроманта, а ведьма, так некстати появившаяся здесь, очень мешала. К концу девушка выдохлась и предположила:

— Возможно, ее еще можно допросить, — на неё накинули один из мундиров служивых. В непомерно длинных рукавах она прятала озябшие руки. — Когда мы с Элис зажгли пентаграмму, она была жива.

Некромант поджал губы. Все, что ведьме пришлось пережить это только его вина. Его не оправдывает опоздание, скандал и слова. Он, тот кто должен защищать и оберегать, сам толкнул девчонку в руки похитителей.

Двое огненных магов, что прибыли в компании шерифа пытались затушить драконье пламя. Выходило так себе. Но тело удалось вытащить, а допросить нет. Дух не отзывался, а поднимать зомби из того, что осталось-лишено смысла.

Через час приехал Бернар старший. Он разбрызгивал слюну, как заправская кобра яд. Хлоя нацепив свою излюбленную маску недалёкой, капризной дочурки разревелась и норовила свалиться в обморок. Таким поведением она доходчиво дала понять, что дальше разговаривать не будет.

Френк продержал Грегори до рассвета на месте проишествия. Увы, чего-то большего узнать не удалось, поэтому когда небо стало наливаться золотом, местная исполнительная власть в лице седовласого мужчины уточнила:

— Значит все эти убийства дело рук демона? — он потряхивал в ладони жестяной коробок с леденцами. Звук резал по нервам.

— Возможно… — безразлично отозвался некромант. Он не знал, что делать дальше. Где искать Элис. И стоит ли. Если она не появится в поместье, значит ушла, как он и просил.

— О чем ты думаешь? — поинтересовался Тальбот, не выдержав и закурив.

Грегори не ответил. Он сидел на земле, уперев локти в колени. И встречал рассвет. Первый без неё.

***

Рассветные сумерки прорезал первый луч солнца. Элис свалилась с дракона прямо под ограду родительского дома. Народ в этот ранний час, завидев и услышав крылатую ящерицу, что топталась на мощённых плитах дороги, опасливо жался носами к окнам. Кто посмелее-высовывал носы за дверь. Но расслышать как девушка благодарит мудрое создание никто не мог. А потом лазоревый змей ткнулся мордой в плечо ведьмы и в прыжке взлетел в небо.

Ворота отворял камердинер отца, Юст. В ночной сорочке до пят и с колпаком на лысеющей голове он казался уютным. И родным. Настолько, что Алисия чуть не прослезилась. А он с благоговейным ужасом придерживал кованную створку и пытался осенить девушку божественным знамением. Немудрено. В рваном, опалённом платье, босая, вся в синяках, с кровоточащими запястьями, рассеченным затылком и рваной раной на бедре, она была больше похоже на зомби, чем на юную госпожу.

На пороге стоял отец. Спешно накинутый халат и домашние туфли не скрывали недовольства, что исходило от него волнами. Элис не стала задерживаться на пороге и под уничижительным взглядом просочилась в дом. Она шлепала босыми пятками по верахийским коврам и ей было ни капельки не стыдно. Она слишком устала.

— Элис, — холодный, как лёд на вершинах гномьев пиков голос отца заставил вздрогнуть, но не остановиться. — Объяснись немедленно.

Он следовал за дочерью неспешно и тихо. Как умеют только королевские ищейки. Ведьма игнорировала приказной тон и по привычке чуть не продемонстрировала родителю красноречивый жест. А потом опомнившись, что это она не с некромантом препирается, усовестилась.

— Алисия Гордон! Что ты опять натворила?

Усталость, злость, обида. Все это сидело внутри девушки, обильно сдобренное разочарованием. Сидело. Но слова отца, опять как с маленьким ребёнком, затронули этот кокон и ведьма, крутанувшими на пятках, выпалила.

— Я ничего не натворила, — зловеще произнесла наследница рода Гордон. — Я ни в чем не виновата. Ни в том, что оказалась не в нужное время в ненужном месте. Ни в том, что этот твой проверенный молодой человек не может разобраться со своими девками. Не в том, что я попала под руку сумасшедшей мстительнице. Не в том, что ее призванный демон пытался меня выпотрошить. Понимаешь, папа, я не виновата в том, что всего лишь маленькая ведьма. Я не виновата в том, что я просто девочка, как ты тебе не хотелось видеть во мне сильного мага, настоящего наследника. Ведь я, это просто я.

К концу тирады Элис захлёбывалась слезами, голос срывался на крик. А вся ее хваленная выдержка, что так выручала при встрече с демоном-пала, как крепостная стена под налетом диких варваров. Пала и за ней показалась усталая, измученная болью, ведьма. И эта боль накрыла, похлеще любой трепетно высушенной одним знакомым травы. Накрыла, чтобы сознание помутилось, и Алисия поняла, что совсем по-девичьи хлопнулась в обморок.

Пробуждение наступило резко. Словно из ледяной воды вынырнула. А оказавшись на поверхности, истерично забилась в предсмертной агонии. Тут-то Алисия и ощутила, что лежит на кровати в своей спальне, на руках повязки, на ноге тоже. Потрогала затылок и нащупала два коротких шва под волосами. Хорошо хоть стричь не стали. Она сфокусировала зрение и увидела маму. Та стояла напротив окна и судорожно всхлипывала, то и дело поднося платок к глазам. На кресле сидел отец, хмурый и задумчивый. Он уже переоделся в костюм из серой ткани. Каштановые волосы с нитями седины были зачёсаны назад и делали родителя солиднее на вид.