Чтение онлайн

Зато разведчики отыгрались в фехтовании. Хорошо владел саблей Бертом, а Мирт вообще был виртуозом. Капрал и стал обучать наемников премудростям фехтования.

У Кира выходило неплохо, все‑таки за спиной секция фехтования. Герман тоже делал успехи, но более скромные. Памятуя наставления инструкторов, он попробовал наложить технику ножевого боя на фехтование. Кое‑что вышло, одиночные и сдвоенные удары отбивал хорошо. Но дальше этого шло туго.

Ветров на саблю и не надеялся, хватит с него автомата и пистолета. Главное — не подпускать врага ближе двух метров…

Спать, как обычно, легли с заходом солнца, чтобы утром встать к заре. Вильдерг придерживался такого графика, хотя некоторые торговцы и перевозчики водили свои караваны и ночами, при свете луны.

Наемники по старой привычке спали одетыми и обутыми, только шнуровку распустили. Ноги отдыхали от обуви днем, когда ехали верхом.

Также по привычке разгрузки и автоматы положили у головы, а ремень с кобурой справа. И первое, что делали утром, — это брали в руки пистолет.

Небо впервые за несколько дней было ясным, и Герман долго смотрел на звезды, вспоминая, когда в последний раз любовался ими. С этой мыслью он и уснул.

Сны здесь Ветрову снились крайне редко. Это были какие‑то отрывочные фрагменты без связи и смысла, из головы вылетали моментально. Видимо, мозгу хватало того, что происходило наяву.

А в этот раз мутная галиматья вдруг перешла в нечто понятное и знакомое. Вдруг всплыла первая жена, потом проститутка из какого‑то вертепа во Франции. А потом появилась некая безликая фигура и навела на Германа ствол винтовки. Герман прыгнул в сторону и хлопнул рукой по кобуре пистолета. В этот момент винтовка выстрелила…

Герман выскочил из сна мгновенно. Уже с пистолетом в руке. Выстрел бухнул еще раз. Уже наяву. Откуда‑то слева раздался крик Кира:

— Гера, за камни, бля! За камни!

Дважды повторять не надо. Герман перекатился, подхватил разгрузку и автомат и прыгнул за большой валун, что лежал метрах в трех.

В слабом пока свете наступающего дня взгляд успел выхватить мелькающие фигуры и вспышки выстрелов. Вокруг все гудело. Кричали люди, гулко били штуцеры и пистолеты, ржали лошади, скрипели крепления повозок. Вдалеке были слышны свисты и вой, а также отрывистые хлопки ружей. Сознание отметило странный звук выстрелов, не похожий на привычный уже приглушенный бой штуцеров.

За валуном уже сидел Бертом. Сжимал в руках штуцер, осторожно выглядывал из‑за выступа и щурил глаза. Он обернулся на шум и посмотрел, как Герман лихорадочно завязывает шнурки на ботинках и натягивает ремень и разгрузку.

— Доброе утро, — усмехнулся сержант.

Герман сердито буркнул и туже затянул шнуровку.

— Кочевники в гости пожаловали, — добавил Бертом. — И с ними еще кто‑то.

— Кто? — не понял Ветров.

— Не знаю. Но у кочевников ружей нет. А по нам кто‑то бьет не только из луков.

Герман, наконец, справился с разгрузкой, положил автомат на землю и вытащил бинокль. Осторожно выглянул из‑за валуна.

Справа и слева за камнями, повозками и телегами лежали караванщики. Впереди слева у костра какой‑то охранник то и дело вскакивал на колено и стрелял. Рядом двое возничих перезаряжали ему штуцеры. Еще левее метались лошади. Охрана сгоняла табун к лагерю.

Фигуры напавших мелькали на удалении пятидесяти — ста метров. Это были кочевники. Некоторые ползли вперед, прикрываясь кустами и камнями. Те, что поближе, били из луков.

Герман перевел взгляд еще дальше. Оптика выхватила несколько смутных фигур метрах в двухстах от лагеря. Эти вели огонь из чего‑то дальнобойного. И порох у этого «чего‑то» был бездымный.

Рядом кто‑то упал и несильно толкнул в плечо. Герман скосил взгляд. Слева сидел Кир. В разгрузке, с автоматом, но без кепки.

— С добрым утром! — выдохнул он. — Хорошая побудка! Видел ребятишек с винтарями?

— Видел. А с чего взял…

— Что с винтарями? А во!

Кир раскрыл ладонь и Герман увидел бесформенный кусок металла. Это была расплющенная о камень свинцовая пуля. Причем заключенная в оболочку. Кусок оболочки торчал из лепешки свинца.

— Щелкнула в метре над головой, — сказал Кир. — Эти ребятишки вооружены получше охраны. И откуда у них такие штучки?

К ним подвинулся Бертом.

— Кочевники окружили лагерь, пытаются подойти ближе. А те, что за ними, бьют здорово. Двоих на моих глазах приложили.

— Кто они?

Сержант пожал плечами.

— Не знаю. Но штуцеры у них сильные.

— Это не штуцеры, — поправил его Кир и отбросил сплющенную пулю в сторону. — Это винтовки.

— Что?

Кир не ответил. Выглянул из‑за валуна, посмотрел по сторонам и перевел взгляд на каменные пирамиды.

— Где Мирт?

— Вон за камнем лежит. Выцеливает кого‑то.

— Давай к нему. Сидите на месте, головы не подставляйте. Посмотрите, где наши кони.

Кир поправил ботинки, закинул автомат за спину и достал нож.

— Ты что задумал? — спросил его Герман.

— Посмотрим‑ка на этих ребят. — Видя, что Герман не понимает, Кир добавил: — Сверху! Залезем на пирамиду.

— Сложно, — заметил Бертом. — Хотя стены неровные, изъедены, есть за что зацепиться.

— И падать невысоко, — добавил Кир. — Гер, ты готов?

Герман кивнул. План Кира был рискован, но хорош. Сверху и впрямь видно лучше.

Кир выбрал одну из крайних пирамид, невысокую, зато стоящую на отшибе. Южная сторона пирамиды была более пологой, а ветры и дожди изрядно выщербили ее. По крайней мере влезть можно.

Наемники хоть и не были альпинистами, но уж азы скалолазания знали. Помогая друг другу, цепляясь за выступы и втыкая в щели ножи, кое‑как влезли.

— Обратно не полезу, — устало выдохнул Кир, падая на камень. — Лучше прыгну.

— Здесь метров восемь. Голову расшибешь.

— Зато лететь недолго, — хмыкнул Кир и вытащил из футляра бинокль.

Бой был в самом разгаре. Под прикрытием неведомых союзников разбитые на небольшие группы кочевники пытались подойти как можно ближе, то и дело стреляя из луков.