Чтение онлайн

Вскоре граждане города заполнили каменные скамьи амфитеатра и устремили внимательные взгляды на орхестру, окруженную рослыми воинами.

Но вот затрубили трубы и показался Деметрий. Он сошел по пологому спуску на орхестру, остановился, сделал многозначительную паузу и наконец заговорил:

– Царь Деметрий приветствует вас, граждане Кипра!

– Слава царю Деметрию!

– Сами боги одобряют его воцарение!.. – ответил нестройными голосами амфитеатр.

Воины Деметрия зорко следили за настроением среди публики. На глазах многих женщин, держащих на руках детей, были слезы, – ведь их мужья до сих пор не вернулись домой. Что-то с ними будет? Рабство?.. Или?..

– Агамемнон за десять лет взял варварский город, а мои воины всего за несколько дней победили могущественного Птолемея, захватили его считавшийся непобедимым флот, намного превосходящий флот Антигонов.

Голос Деметрия с каждой фразой становился высокомернее:

– Боги, как вы знаете, дают успех тому, кто смел душою и умен!..

Публика, за немногими исключениями, согласно выражала одобрение.

– С приходом к власти династии Антигонов Кипр станет самым процветающим островом. Большинство пленных из гарнизонов кипрских городов скоро вернутся домой, и я приму их к себе на службу.

Тысячеголосый хор голосов радостно приветствовал нового царя.

Красноречие, обаяние, умение льстить и покорять сердца было дано Деметрию богами. Он говорил сейчас жителям покоренного острова все, что им было приятно слышать. Ему ведь же жалко слов, если они приносят преданность людей, еще вчера преданных другому правителю.

– Я – верный ваш друг, и буду верно служить вам до конца жизни!..

«Поистине боги предназначили царя Деметрия быть нашим властителем,» – решило большинство граждан острова.

Выйдя из театра, Деметрий остановился, вдохнул полной грудью воздух. Как прекрасен мир, созданный богами, и как хороша жизнь. Всё идет так, как задумал его отец Антигон. Кипр у него в руках. Что может сделать теперь Птолемей?.. Ничего!.. Теперь широкая дорога открыта перед династией Антигонов.

Деметрий посмотрел на небо. Боги должны быть довольны – столько обильных жертв принесено им в эти дни!.. Скоро он, отныне царь Деметрий, пойдет войной на Египет!..

Весть о том, что Антигон и Деметрий провозгласили себя царями, в считанные дни достигла их противников, вызвав у них бурю негодования.

Жрец Тимофей немедленно явился к Птолемею. Тот был в библиотеке, нервно ходил взад и вперед вдоль полок с многочисленными свитками. В особо трудные минуты Птолемей именно здесь находил душевное успокоение. Увидев Тимофея, Птолемей с досадой воскликнул:

– Антигон думает, что достиг наконец своей цели. В свои семьдесят пять лет он возжелал быть царем над всем завоеванным нами миром со всеми правами, которыми обладал Александр. 0н наверняка считает, что уже уничтожил меня окончательно.

Жрец, присев на край скамьи, не перебивая, внимательно слушал Птолемея, давая ему выговориться.

– Кассандр почти парализован захватом Деметрием Афин. Они думают, что и Кассандр, и Лисимах уже сломлены и подчинятся им после моего поражения без всякого сопротивления. Селевк далеко на востоке, и Антигон уверен, что нам уже не успеть соединиться с ним, и он уничтожит нас всех по отдельности. Антигон уже уверовал в могущество своей власти, едва достигнув ее. Он и его сын самоуверенно полагаются на свое счастье.

– Успокойся, царь! – неожиданно прервал размышления Птолемея Тимофей.

Птолемей с удивлением посмотрел на жреца, которого глубоко почитал.

– Да, вы тоже все должны немедленно принять царский титул. И ты, и Кассандр, и Лисимах, и Селевк. Немедленно. Это отрезвит и старого Антигона, и молодого Деметрия. Но поймут вашу силу и единство они не сразу. Сначала совершат множество ошибок, так как ослеплены своими успехами.

Мудрые глаза Тимофея словно гипнотизировали Птолемея, вливали в него новые силы.

– Запомни, Птолемей, упрямое упорство старости не имеет под собой ничего, кроме воспоминаний, и достигнутые на первый взгляд блестящие успехи развеются сами собой, так как Антигон видит в них только прошлое, которое уже умерло.

Лицо Птолемея озарила улыбка. Он подсел к Тимофею и согласился с его доводами:

– Ты, безусловно, прав, мудрый Тимофей. Гибельным фатумом Антигона послужит то, что он хочет восстановить царство Александра, повторяя eго имя, как великий символ, без всякой новой идеи. А сейчас нужно срочно всеми силами предотвратить возможные беды, не дожидаться, пока грянет всеобщая беда и никакие меры не помогут, ибо недуг станет неизлечимым. Что ж пусть этот год станет годом царей.

Мысли его прояснились. Решение было принято. Птолемей приказал вызвать Филокла. Он снова ходил по обширной библиотеке, чтобы сосредоточиться.

Жрец Тимофей наблюдал за ним, зная, что теперь Птолемей принял единственно правильное решение.

Неожиданно Птолемей остановился перед жрецом и твердым голосом произнес:

– Погоди, Антигон! Скоро я продиктую ему свою волю. А для этого нужно войско еще более могучее, чем было, еще крепче вооруженное, еще лучше обученное. Не просто войско, а войско не знающее ни снисхождения, ни пощады перед врагом.

Вошедший Филокл, услышав слова Птолемея, воскликнул:

– Воины уже собрались у стен дворца. Они готовы умереть за своего царя по одному твоему слову.

– Но прежде надо стать царем.

– Войско примет это решение единогласно, царь.

Птолемей снова почувствовал себя сильным и готовым к действию. Вскоре он стоял перед своим войском. Воины подняли щиты в знак приветствия. Они любили своего полководца. Многие прошли с ним полмира, и поражение в Кипрской войне считали случайным, ибо Птолемей никогда не проигрывал сражений.

– Доблестные воины! – обратился Птолемей к своим закаленным в битвах воинам. – Нет большей чести для любого полководца, чем выступать перед вами – воплощением мужества и стойкости. Стоять перед вами столь же почетно, сколь и ответственно.

Птолемей был выдающимся оратором, как и Александр, и всегда выражал свои мысли просто и ясно. Он трогал сердца воинов своим добросердечием и мудростью.

– Я твердо намерен дать должный отпор Антигону, не допустить его в Египет. Ибо невозможно представить себе эту древнюю страну с высочайшей культурой, которую народ пестовал веками, под властью ненасытного Антигона, задумавшего прибрать к своим рукам всю державу, завоеванную в битвах великим Александром и вами, доблестные воины.