Чтение онлайн

Взявший след пес уверенно свернул куда следует и в ту же минуту зарычал, почему-то не кидаясь на преступника. Величко вбежал в помещение и увидел, как возле дыры, ранее служившей окном, стоит человек с палкой в руках, а напротив него – рычащий Граф. Александр выставил руку вперед и спокойно проговорил:

– Не дури, тебе все равно некуда деваться.

– Убери пса, – пробасил в ответ немного хрипловатый и словно простуженный голос.

– Граф, к ноге! – скомандовал Величко. – Ну теперь-то мы можем поговорить?

– Кто вы такие? – в свою очередь задал вопрос мужчина, лица которого Александр пока еще не имел возможности рассмотреть. – И что вам от меня надо?

– Хотим знать, куда ты дел деньги ресторана? – не задумываясь, сказал Величко.

– Какие еще деньги, вы что, сдурели? – возмутился тот, все еще не опуская поднятой вверх палки. – Откуда и кто мне их даст... А, теперь я понял, вы, наверное, дружки Ашота, – сам сообразил он. – Только он может водиться с вам подобными. Как я это сразу не понял, когда Ксения сказала мне про собаку?

– Я рад, что мне не нужно представляться, – парировал в ответ Величко. – Не придется тратить время зря. А теперь давайте опускайте свое гнилое оружие вниз и идите за мной. Не заставляйте принуждать вас к этому.

– Только попробуйте ко мне подойти – и вы об этом пожалеете! – вновь встав в защитную позу, выкрикнул мужчина.

Александр усмехнулся:

– Вы что, действительно думаете, что вам удастся справиться с бывшим военным и собакой? Не ожидал, что вы так наивны. Лучше делайте то, что я вам говорю, – теперь уже более серьезно добавил он. – Иначе пожалеете.

– Это мы еще посмотрим, – продолжал кочевряжиться мужчина.

Александру окончательно надоела эта перебранка, он быстрым, как молния, взглядом окинул пол вокруг себя, присмотрел подходящую досочку и, резко крикнув: «Граф, держи его», ногой подбросил эту самую доску вверх, ухватил ее рукой и метнул в сторону Кирсанова. Доска угодила тому точь-в-точь по животу, он пошатнулся и наверняка повалился бы на подоконник, если бы не вовремя подоспевший Граф, который ухватил его за штаны.

Александр неспешно подошел к этому растерявшемуся субъекту, ухватил его за шею и, надавив на сонную артерию, взвалил себе на плечо и молча стал спускаться вниз. Заниматься бесполезными пререканиями, конвоируя этого мелкого пакостника аж до места нахождения Максимова, у него не было никакого желания, тем более что, как он сразу заметил, весит бухгалтер не особенно много, а значит, проще всего обойтись с ним будет именно так, как он это и сделал.

Андрей встретил Величко с присвистом, которым он всегда выражал свое недоумение или восхищение чьим-либо поступком. Затем глупо хихикнул и изрек:

– Ловко ты его, шельму. Что, и вправду в том доме заседал? О, мать, да он с биноклем! Вот устроился, гнида! Небось и нас видел.

– Надо возвращаться, дождь накрапывает, – посмотрев вверх, проговорил Алекс, а затем сразу спросил: – У тебя есть деньги на дорогу?

– Ну есть, а ты что, гол? – удивился Максимов.

– Отдал наводчику на этого, – не стал вдаваться в подробности Величко. – И еще должен остался. Завтра придется вернуться. Ну все, хватит тут разлеживаться, пошли.

И, снова взвалив бездвижное тело себе на плечо, зашагал в сторону остановки.

В круглосуточно работающий ресторан Мачколяна мужчины вернулись около одиннадцати ночи: оба промокшие и замерзшие, а также голодные. Все то же самое касалось и собаки, которая ну просто никак не желала оставаться на крыльце ресторана, тогда как другие удалились в тепло. Правда, почти сразу же Мачколян лично ввел пса в заведение через черный ход и, препроводив в свой личный кабинет, позволил сидеть там. Остальные быстро перекусили в общем зале и также собрались в кабинете Ашота, тем более что пойманный уже пришел в себя и недовольно дергался в тисках из прочной веревки.

Войдя в кабинет, мужчины покосились на него и заняли свободные места. Величко приземлился на стул и только сейчас стал всматриваться в острые черты этого долговязого мужчины. Кирсанов был примерно его роста, но казался высоким из-за своей худобы и какой-то вытянутости всех черт лица. У него был узкий длинный нос, острый подбородок и тонкие губы, которые мало того что располагались едва ли не под самым носом, отчего вся остальная нижняя часть лица казалась лишней, так еще и полностью исчезали с него, когда бухгалтер начинал злиться или нервничать. Его отнюдь нельзя было назвать красавцем, хотя глаза у него были невероятно выразительными. Возможно, именно из-за этого на него и запала рыжеволосая Ксения.

– Ну чего вы на него теперь смотрите, выньте кляп, что ли, кто-нибудь, – строго произнес из-за своего стола Ашот.

Максимов послушно встал с места, основательно взъерошил волосы Кирсанова и лишь потом выдернул из его рта кляп. Кирсанов сдвинул брови, и жилка на его шее напряглась. В этот момент он показался мужчинам похожим на загнанного тушканчика.

На пару минут в кабинете повисла пауза. Все думали, с чего начать расспрос, а Кирсанов просто молчал, ожидая.

– Ну-с, крендель-батюшка, – тоном, не сулящим ничего хорошего, начал Мачколян. – Может, скажете, зачем вы решили меня разорить? – Затем поднял со стула свое тучное тело и, вяло подойдя к Кирсанову, резко схватил того за подбородок и буквально прорычал в лицо: – Говори, гнида, куда ты дел деньги?

– К-к-какие, к ч-черту, деньги, – кое-как выговорил Кирсанов. – Нет у меня ничего!

– Не ври. Ты один имел доступ к банковскому счету. Или ты думаешь, я – идиот? – продолжал негодовать Ашот. – Не просто же так ты перекрылся от всех.

– Я и-испугался, – вновь протянул бухгалтер. – Я же знал, что «крыша» станет наезжать. У этого Пожарова тут такие дела были... мама не горюй. И я не собирался за них отвечать.

– Так, значит, ты был в курсе всего, – зло сощурился Мачколян.

– Естественно, он же бухгалтер, – подал голос со своего любимого подоконника Максимов и почесал кончиком ножа, с которым игрался, подбородок.

– Я тебе не верю, – стукнул по столу Мачколян. – Это ты взял деньги, больше некому.

– Взял? – теперь уже заорал с дивана Кирсанов. – Да если б я их взял, меня бы давно уже в этом чертовом городе не было! Я бы улетел куда глаза глядят, мне этого на всю жизнь хватило бы. Но я-то все еще здесь.

– Потому что тебе нужны какие-то бумаги Пожарова, – прошипел в ответ Мачколян. Остальным показалось, что они в этот момент наблюдают диалог между змеей и ничуть не боящимся ее пыхтящим ежом.

– Какие бумаги? – закатил глаза к потолку мужчина. – Что у него может быть еще ценного? Ты сам-то подумал, что сказал?

– Это уж тебе лучше знать, какие, – не поддался на эту провокацию Мачколян. – И об этом ты нам тоже расскажешь, я тебе обещаю.

В ответ на это Кирсанов почему-то усмехнулся, а когда Ашот зло взревел: «Чего зубы скалишь?» – вполне спокойно и с расстановкой выдал:

– Ты как был лохом, Мачколян, так им и остался. Тебе самое место на кухне, у плиты, а не на этом кресле. Ты же дальше собственного носа ни черта не видишь...