Чтение онлайн

перекинута такая же переполненная наволочка. – Это нечестно.

– Оставь это в покое, ты, большой зануда, - хихикнул в ответ Тадхг. – Может быть, если бы ты перестал пытаться завести разговор с каждой старой девой, которая

открывает тебе дверь, тогда ты бы сделал больше домов.

– Я был милым, - ответил Олли обиженным тоном. – Я использовал свои манеры.

– И я использовал свой мозг, - возразил Тадхг. – Так что хватит жаловаться.

– Но он получает больше, чем я, - снова пожаловался Олли. – Смотри, Джо, смотри…

– Это просто означает, что Тадхг будет намного толще тебя, - ответил я, отвлекшись, а

затем пробормотал себе под нос череду проклятий, когда меня убили в моей игре.

– Да, ну, мой костюм лучше, чем его, - проворчал Олли, указывая на самодельный

плащ и маску, которые Шэннон сделала для него. – Я Робин.

– Не увлекайся собой,Ол, - парировал Тадхг. – У тебя на плечах черный мешок для

мусора. Ты больше похож на мешок с дерьмом, который кто-то вытащил из мусорного

ведра, чем на Ронана.

– Тадхг, - предупредил я. – Он всего лишь маленький.

– Да, ну, я выгляжу лучше, чем ты, - фыркнул Олли, скрестив свои худые руки на такой

же тощей груди. – Ты дерьмовый Бэтмен.

– Может быть, и так, - согласился Тадхг. – Но у меня все равно больше конфет, чем у

тебя.

– Верно, - сказал я, засовывая телефон в карман. – Давайте, ребята, мы отсутствовали

почти два часа. Пора возвращаться домой. У меня есть дела.

– Какие дела?- Потребовал Тадхг, настороженно глядя на меня, когда я гнал их через

дорогу, схватив за руку Олли, когда он почти выбежал перед машиной.

Ухмыляясь, я подмигнул ему. – Гард не задал бы такого вопроса.

– О-о, - проворчал Олли, тащась рядом со мной. – Это звучит как проблема.

Ты понятия не имеешь, малыш.

– Я все равно уже знаю, куда ты направляешься, - фыркнул Тадхг. – Та дискотека в

Паве.

– Тогда почему ты спрашиваешь?

Он пожал плечами. – Не знаю.

– Это маскарадный костюм?- Лицо Олли просияло. – У тебя есть костюм?

– Есть, а не есдь,- вздохнул Тадхг. – Научись говорить, ладно?

– Тадхг, - сказал я предупреждающим тоном, прежде чем ответить Олли. – Я не знаю, малыш. Я полагаю, что кто-нибудь из девочек приоденется.

– В страшных костюмах?

Больше похоже на распутных ангелов и дьяволов. – Некоторые из них, - предложил я

вместо этого, отвлеченный такой возможностью.

Без разрешения моего мозга мое воображение нарисовало фантастический, блядь, образ Моллой; с ее длинными ногами, выставленными на всеобщее обозрение в

красных чулках в сеточку, и ее сиськами, прижатыми друг к другу в коротком белом

платье медсестры с одной из тех маленьких шляпок медсестры, надетых поверх ее

длинных светлых волос.

Иисус.

Но затем мое воображение превратилось в Иуду, представив, как Пол наседает на нее

на танцполе, и я физически воспротивился.

Испытывая настоящее отвращение, я отогнал все мысли о Моллой на задний план и

сосредоточился на том, чтобы вернуть мальчиков домой.

***

Когда я привел своих братьев домой после розыгрыша сладостей, Шэннон встретила

нас у входной двери, терпеливо ожидая свою долю добычи – соглашение, которое она и

мальчики заключили, когда она согласилась сшить их костюмы.

Оставив их спорить, я поспешил наверх, чтобы принять душ и переодеться.

Когда я вошел на кухню двадцать минут спустя, мама была на своем обычном месте за

столом.

– Ты приятно пахнешь, - сказала она, потягивая чашку чая. – Уходишь?

– Сегодня вечером в Pav будет дискотека. Я встречаюсь там с Пухом и несколькими

парнями из школы,- ответил я цивилизованным тоном, что всегда было легче сделать, когда старика не было дома.

Из-за крупного взрыва на прошлой неделе мой отец временно собрал вещи.

– Есть какие-нибудь признаки его? – Спросил я, доставая из холодильника банку

колы.– Он звонил?

Потому что давайте посмотрим правде в глаза, мы все знали, что он это сделает.

Как только ему наскучивало какое-нибудь блюдо недели, которое, по его мнению, было

лучше, чем «мать его детей», он приползал обратно.

Он всегда это делал.

– Нет.- Покачав головой, она издала тихий вздох. – Я говорила тебе на прошлой неделе, он ушёл…

– На этот раз навсегда, - закончил я за нее, повторяя ту же фразу, которую слышал по

меньшей мере полдюжины раз в год с тех пор, как стал достаточно взрослым, чтобы

помнить. – Ты справишься одна с детьми?- Я посмотрел на ее раздутый живот, и

беспокойство сжало мои внутренности. – Я могу остаться дома, если тебе это нужно.

– Нет, ты должен пойти, - сказала она, поднимаясь на ноги. – Мне и здесь будет

хорошо.

– Мам, если я уйду, я опоздаю.- Другими словами, я не вернусь, если ты передумаешь

и решишь, что я тебе нужен. – Ты уверена, что с тобой все будет в порядке?- Я

нахмурился, неуверенный. – Что насчет, э-э, ребенка?

– Меня не будет еще три недели, - ответила она. – И Шэннон здесь, чтобы составить

мне компанию.- Улыбаясь, что было редкостью в эти дни, она добавила: – Мы могли

бы взять китайскую еду и посмотреть фильм, когда мальчики лягут спать.

– Да, я бы не стал рассчитывать на то, что они в ближайшее время лягут спать, - сказал

я ей, думая о пакетах со сладостями, которые они собрали. – Вот…- Остановившись на

мгновение, я полез в карман джинсов и вытащил банкноту в двадцать евро. – Возьми.

– Нет, нет, нет, - возразила мама, качая головой. – Это твои. У меня достаточно денег.

Нет, это не так.

Я знал это, потому что я видел, как она положила свою последнюю десятку в