Чтение онлайн

— Возможность заполучить такого известного представителя — это огромный успех, Хейзел! — воскликнула Имоджен, возвращаясь к своему более приятному, деловому тону. — Просто невозможно переоценить то, насколько важна популярность в наши дни.

— Мы задействуем каждого добровольца, который переступает порог нашего приюта — «Неизбежное Спасение» и так испытывает нехватку персонала, — сказала я, в то время как движение каким-то волшебным образом начало приходить в норму. Только ощущение увеличения скорости успокаивало меня.

— Несмотря на то, что у Криса множество талантов, самая главная его ценность в его известности. Используй это для своей выгоды, — настаивала она. — Фонд все утро получал звонки от людей, которые хотели посмотреть на твой приют — и в особенности на Криса — на тот, что включен в список Денверского Дня Пожертвований. «Неизбежное Спасение» официально попало в список некоммерческих организаций, которые будут рассматриваться.

— Правда?

Имоджен усмехнулась.

— Хейзел, недавний скандал, связанный с Крисом, возможно плохо отразился для него в профессиональной сфере, но давай будем честными по отношению к женщинам Денвера, потому что он по-прежнему самый сексапильный в этом городе и самый желанный холостяк. Только одно его имя уже принесет пожертвования. Поэтому эксплуатируй его, хорошо?

Обычно я была бы против такой идеи, особенно, если это касалось лично меня самой, но я решила не возражать, потому как Крис самолично поощрил бы Имоджин в своей манере «Эксплуатируй меня, детка». Однако, как бы сильно Крис не вынуждал людей думать о себе определенным образом, манипулировать им таким вот образом казалось лично мне неправильным.

Я наконец-таки проехала ту аварию, участников которой сместили на обочину, и объехала толпу зевак, которые глазели на все это. Я перестроилась на правую полосу, и когда вырулила из поворота, чтобы выехать на трассу, я ударила по тормозам и вызвала еще один затор, потому что на моем съезде прямо передо мной был рекламный щит.

— Что за черт…? — сказала я, до конца не уверенная в том, что это не было галлюцинацией. Или что возможно снег не позволял мне нормально видеть.

— Все в порядке? — спросила Имоджен, в ее голосе прозвучало беспокойство.

— Все хорошо, — пробормотала я, до конца не веря своим глазам. На этом рекламном щите была размещена фотография улыбающегося Криса Лалонда, без рубашки и в джинсах, низко сидящих на его бедрах так, что были видны мышцы, которые проходили по обеим сторонам его живота, к тому же он лежал на кровати в окружении дюжины щенков. Единственное, что может сделать эту картинку лучше, — это если вы тоже присоединитесь к нам — именно эта фраза была написана на самом верху рекламного щита. Внизу мелким жирным шрифтом были выведены слова: «Приют и клиника по реабилитации собак «Неизбежное Спасение» в настоящее время принимает заявки на усыновление».

— Имоджен, могу я перезвонить тебе? Кое-что произошло, — я пообещала позвонить ей завтра, а потом положила трубку и быстро проделала оставшийся путь до приюта.

Когда Крис заявил, что собрался ухаживать за мной, я думала, что он имел в виду что-то общепринятое и неоригинальное типа цветов, купленных в магазине, или дифирамбов. Но чтобы такое? Весь город под названием Денвер смог бы увидеть это, и он это знал. Он полностью отдавал себе отчет в том, какую значимость имело его одобрение, а еще то, какую известность это могло бы принести моей организации.

У этого человека было больше наглости и больше зап'aла, чем я могла представить. Ублюдок. Когда только он нашел время на то, чтобы спланировать съемки такого размаха? Прошло всего пара дней, с тех пор как он явился с печеньем. К тому же, разве он не был занят тем, что готовился к предстоящей игре своей команды против the Saints?

Я припарковалась около приюта и словно ураган ворвалась в офис, где меня приветствовали звонки множества телефонов. Похоже, что рекламный щит уже работает.

Крис сидел в моем кресле, закинув ноги на стол, запрокинув назад голову и с самодовольным выражением на лице. Его свитер был задран достаточно высоко, чтобы обнажить загорелый кусочек кожи, и я старалась смотреть куда угодно, но только не на эту тонкую полоску волос, которая тянулась от его пупка прямо вниз. И все же я сглотнула, представляя, как эти мышцы ощущались бы под кончиками моих пальцев, под моими губами.

«Завязывай с этим, твою мать».

— Как прошла твоя поездка до работы? — спросил он, и его ухмылка стала еще шире. — Позволь мне предположить, что ты разрываешься между желанием кастрировать меня или поцеловать снова. Но прежде чем ты выберешь вариант А, вспомни о спасении щенят на плакате.

— Я привожу в порядок собак каждый день, Крис. И я совсем не брезглива. Или пуглива.

И, черт возьми, если бы я не поддавалась очарованию.

***

Войдя в фойе «Неизбежного Спасения» двумя днями позже, с коробками с рецептурными препаратами в руках, я едва не споткнулась о маленький пушистый комок, загораживавший проход. Я посмотрела вниз, мои глаза широко распахнулись, когда Оливка подняла на меня свою маленькую головку, фыркнула, а потом перевернулась на спину, чтобы подставить свой живот под солнечные лучи, которые падали из окна от пола до потолка, при этом кончик ее хвоста постукивал по полу.

— Оливка? — спросила я, испытывая радость и потрясение.

В последнее время она делала большие успехи, покидая собственную конуру, общаясь с другими собаками во дворе и даже позволяя мне время от времени гладить ее, но обычно это не происходило без долгих уговоров, трех порций угощения или присутствия Криса — я могу поклясться, что ему было достаточно спеть какую-нибудь дурацкую песню или согнуть палец, и Оливка таскалась бы за ним как влюбленная школьница. А это означало, что смазливый ублюдок должен был быть где-то поблизости — Оливка не могла чувствовать себя спокойно и в безопасности, чтобы вот так загорать в вестибюле.

Я опустилась на колени, пакеты в моей руке задрожали, словно из книги доктора Сьюза, но в тот момент, когда я потянулась, чтобы почесать ей бок, она перевернулась на живот, издавая низкий рык, который больше был похож на урчание, и убежала подальше, вероятно в поисках своего компаньона. Потрясающе.

И действительно, Оливка свернулась у Криса в ногах, пока он сидел в зоне ожидания, смеясь и болтая с Пенни и Джеем — парнем, который хотел забрать Фрикадельку. Что он здесь делал? Я вздохнула и пошла к ним.

— А вот и наша героиня дня, — сказал Крис, его лицо оживилось, когда я подошла.

— Джей был здесь по соседству, поэтому решил заскочить и проверить как дела у Фрикадельки, — сказала Пении, ее голос был таким же настороженным, как и выражение ее лица, как будто мое раздражение от присутствия здесь Джея исходило от меня волнами. Я насторожилась, когда увидела лапку Фрикадельки, лежавшую у него на колене, она заерзала на месте и отвела взгляд в сторону.

— Приятно видеть вас снова, мисс Грант, — сказала Джей с теплой улыбкой. Одетый в строгий синий костюм, со своими волосами песочного цвета и однодневной небритостью, он являл собой того безобидного в своей привлекательности, слегка харизматичного человека из рекламы авиаперелетов бизнес-класса или седанов среднего класса. — Я рад, что зашел к вам. Крис упомянул о том, что усыновление Фрикадельки сорвалось, потому что мать поменяла свое мнение. В свете таких событий, я надеюсь, что вы пересмотрите мое заявление.