Чтение онлайн

– — Сколько раз ты уже потерял своего фамильяра? Три-десять?

– — Тебя куда еб… — закашлялся, отхаркивая кровь, и не только свою.

– — А, метка беса, значит, -— он удивлённо вытаращил глаза, глядя на моё левое предплечье, -— Это кто это тебе ее подарил? Кто еще ее носит?

Его лицо исказила гримаса ярости. Он боялся этой метки, и я понимал почему.

– — Кто!? Кто?! Кто? — кричал он, тыкая и тыкая пальцем в истекающую кровью руку, -— Откуда она у тебя, где второе существо с этой меткой? Ты не мог ее получить сам, не мог!

Безумие в его глазах и голосе зашкаливало, словно он сходил с ума.

– — Выпил столько гнили… — подытожил он, -— А, откуда взял? — он замер надомной, вглядываясь в голубоватую кровь, вытекающую из моего рта, -— У кого украл? А…

ОН засмеялся, не забывая при этом, ткнуть меня кулаком в лицо.

– — Вот кто украл сундук в первой пещере.

«Первая пещера? Он что, что-то знает о тайных помещениях? Он знает о разработке острова?»

– — Ну так что, -— он ударил меня еще раз в лицо, и мне, даже показалось, что мои крепкие зубы — пошатнулись, -— Скажешь, откуда метка беса? Где охотник на зодиаки?

– — Отсоси, -— прошипел я, но это было слишком тихо.

– — Что-что? — он оживился, думая, что я начал говорить.

В моей голове созрел очень необычный план.

Мои руки — не могли двигаться, ребра — переломаны, магией — не воспользоваться, единственное, что я могу, это вскинуть вокруг себя ауру, но не надолго, нужно было его удержать.

– — Тебе жопа, -— прошипел я еще тише, а затем громче, -— Учитель.

Я сделал это максимально аккуратно, чтобы привлечь его внимание. Он, кстати, как и я пару минут назад, повелся на эту глупую уловку. Думая, что я полностью поломанный, не могу двигаться и как-то ему навредить, он сделал свою роковую ошибку. Приблизил ко мне сое лицо, и наклонил к моему рту — ухо.

Очень опрометчивый дурачок. Помнится, я уже рассказывал этому миру первое правило арены — добей, а не трепись.

Первоначально, я думал вцепиться в его ухо, а потом зажечь ауру, но, когда он приблизился и оголили мне свою шею, я чуть отклонил голову назад, и с новой силой как бы — дернулся в направление вены, набухшей на бело-молочной шее, вцепившись в нее своими, немного заостренными зубами.

Клыки очень легко пронзили кожу, даже, прокусили мышцу, а в рот полились реки крови.

Я успел сделать пять глотков, когда эта истеричка орала, схватив меня за плечи, в попытках вырваться, а затем, на шестом глотке, я зажег свою ауру, прожигая его противную рожу.

Удар ноги в грудь, помог ему высвободиться, но видок у него был потрёпанный.

Кровь никак не могла остановиться из его рваной раны на шее, он шипел, покачивался, и бледнел пуще прежнего. Единственное, что его спасло от кровопотери — это прижигание.

Запахло жаренным. Он смог «протрезветь», и с ненавистным оскалом посмотрел на меня:

– — Лучше бы я тебя сразу прикончил!

– — Ты прав, улыбнулся я, -— и как ни в чем ни бывало — встал, разрабатывая порубленную, раннее, руку, на которой не было ни царапины, щелкая отросшими пальцами, и улыбаясь во все тридцать зубов.

Его лицо исказила гримаса удивления, а потом ужаса.

Что он во мне увидел, я не знаю, но запинаясь своими ногами, он начал медленно, но верно, пятиться назад.

Вскинул руки к верху, расправил лопатки, хрустнул шеей, и глянул на метку некроманта, которая оставалась такой же тусклой, но на кончике косы появилась «татуировка» еще одной красной капельки.

Знать бы только, что это значит?

Сила внутри меня бурлила, и отклик Беззубика внутри меня, заставил меня улыбнуться.

Мне потребовалось пол секунды, чтобы в руке появился черный как смоль клинок.

– — Как? Как? — закричал Ваня, -— Твой фамильяр мертв! Он не может восстановиться так быстро!

– — Ну, как показывает практика, -— улыбнулся я, -— Может. Что, рыжий дурачок из деревни психопатов, не получается, форму принять?

Я не лгал. Он действительно пытался меняться, по его коже бегали волны серости, но форму принять он не мог. Слишком много крови потерял.

Истерично вскрикивая, но просто развернулся и побежал туда, где сидел все это время, но я не дал далеко уйти. Давать фору — было бессмысленно. Еще одна ошибка, и кто знает, кто будет терзать мое бренное тело.

Моментально сократив дистанцию, я, не думая о чести, рубанул его по спине, перерубая позвонок. Он даже не повернулся ко мне лицом и не увидел маску моей ненависти к нему, когда я разодрал его шею своими зубами. Только хрипел, медленно умирая.

– — Сколько пропало с территории? — недовольный голос Лаврентия Лаврентьевича звучал грозным эхом в комнате номер шестнадцать мужского общежития, -— Где мой племянник?

Охранник, который, не меняя без эмоционального лица, в очередной раз ему повторил:

– — Никто не выходил, президент. Никто, кроме Алексея Быкова, Дениса Вострых.

– — Кто из них выходил последним?

– — Денис.

Ещё раз посмотрел на выбитое окно, президент подошел к постели, в которой когда-то ночевал Иван, и принюхался, шепча себе под нос:

– — Принял форму прям здесь… Идиот.

Откинул одеяло, ничего не нашел на простыне, и порылся на прикроватной тумбе, где среди всякого хлама, обнаружил только карты с рунами, которые он сам ему и подарил в начале учебного года.

– — Алексея или Дениса нашли? — спросил он с каменным лицом.

– — Нет, президент, -— отчеканил охранник, -— На территории академии их присутствие не обнаружено, но и за врата они выйти не могли.

– — Первое подземелье прошурстили?

– — Да. Никого нет, если не считать некроманта в кристалле.

– — Ладно, оставьте меня.

Охранник утвердительно кивнул и вышел за пределы комнаты, оставляя Лаврентия Лаврентьевича в полном одиночестве.

«Если на территории его нет, и Дениса тоже, значит первый ушел в путешествие, несмотря на строгий запрет. Придется его найти, и наказать. Только вот, где же Быков?»

Понимая, что пропажа Быкова не сулит ничем хорошим, он недовольно цокнул и выпрыгнул в окно, избавляя себя от возможности встретиться с учениками.

Но тут его ждал сюрприз.

– — Что, старик, лестницу придумали дураки? — издевательский хохот встретил его в самом низу.

Лаврентий обернулся и злобно оскалился.

Лаврентий решил проигнорировать Виктора, но тот был неугомонным. Только было, повернувшийся в сторону опушки президент сделал шаг, как сразу же, наемник возник перед ним, деловито тыча тростью ему в грудь.