Чтение онлайн

День за днем пухли папки с аккуратно разграфленными таблицами, заполнялись итоговые схемы, уходили в первое главное управление уточняющие запросы.

Наука... Это целая наука, через жест и слово высветить у объекта слабину, а потом отлить "волшебную стрелу" - индивидуальный вербовочный подход, что оставит жертве лишь немного шансов избежать своей участи.

Наконец, настал тот день, когда аккуратно подстриженный ноготь постучал по одной из фотографий:

– Вот этот. Первая кандидатура. И самая лучшая. Остальные варианты послабее будут.

– Этот...
– пробормотал Минцев с ноткой недоверия, и наклонился, разглядывая.

С листа с дерзким вызовом смотрел смазливый, форсисто одетый красавчик. Жора сразу испытал к нему легкую антипатию.

– Этот, этот, не сомневайтесь, - полковник-психолог, напротив, смотрел на американца-русиста с отчетливой приязнью, - самая очевидная цель. Наш золотой стандарт, можно сказать.

Сидящий во главе стола Блеер негромко прокашлялся, привлекая внимание собеседников:

– Вы, Витольд Янович, все же дайте результаты более развернуто. Подпись-то под санкцией мне ставить. Убедите меня.

– Да, конечно, - психолог бросил еще один почти влюбленный взгляд на фотопортрет и начал излагать: - Вербовочная разработка объекта проводилась по косвенным оценкам, полученным с помощью наружного наблюдения и оперативно-технических средств. Данные из разных источников хорошо коррелируют между собой и создают непротиворечивый психологический портрет объекта. Выявлен ряд доминирующих черт личности: умен, замкнут, догматичен, практичен, эгоистичен, недоверчив, циничен, без чувства юмора, аполитичен. Кроме того, что особо важно для нас - имеет высокий уровень притязаний и не удовлетворен своим текущим финансовым положением.

– А это откуда следует?
– Блеер заинтересованно подался вперед.

– Последнее подтверждается данными, пришедшими по линии первого главного. Так, был произведен негласный осмотр личных вещей, которые он, съехав со съемной квартиры, оставил на хранение своему знакомому: чуть ли не треть от веса составляют журналы и каталоги с люксовыми товарами и дорогой недвижимостью, которые ему явно не по карману. Удалось также посмотреть в его карточку у стоматолога - много проблемных зубов, большие счета, не все зубы, нуждающиеся в лечение, санированы. Интересно, что, находясь у нас, в разговорах проявлял интерес к советской стоматологии. Также отмечены контракты с мелкими фарцовщиками: яростно торгуется и, судя по ассортименту предлагаемых товаров, явно уточнял заранее, на что у нас максимальный спрос. Значит, хочет заработать денег на этой поездке.

– Так, что, - прищурился Блеер с пониманием, - подходим к нему прямо, под своим флагом?

– Да, - с готовностью согласился Витольд, - именно так. Прямо от нас, в лоб, без прелюдий. Вербовочная основа - сугубо материальная. Говорить в понятных ему терминах: разовый контракт на период пребывания в СССР. Много предлагать не надо, загордится. Думаю, три-пять тысяч долларов, и он наш.

– Почему именно столько?

– Накрыть его ближайшую цель - лечение зубов, плюс немного сверху.

– Вероятность активно-негативной реакции на предложение?

– Низкая, Владлен Николаевич, низкая, - психолог на миг задумался, потом предложил: - Кстати, можно перед подходом попытаться его правильно настроить.

Блеер молча двинул кустистой бровью, требуя пояснений.

– Дня за два-три, - сказал Витольд, - надо помочь ему "потерять" портмоне.

– Посадить на мель?
– усмехнулся Блеер.

– Не совсем так, - в голосе полковника неожиданно прорезался слабый прибалтийский акцент.
– Он должен потерять немного. Ровно столько, что б продолжать испытывать досаду, тогда наше внезапное предложение будет рассматриваться им как компенсация со стороны судьбы. А вот если мы ему "потеряем" все или много, то он ведь далеко не дурак: сложит одно с другим и обидится.

– Очень разумно, - согласился Блеер и повернулся к своему заму, - сделаем?

– Проблем не вижу, - бодро ответил тот, - Комара или Канарейку напустим. Они где угодно сработают - и на транспорте, и в театре, и на рынке.

– Хорошо, - Блеер еще немного подумал, потом подвел черту: - Я согласен с подходом. Оформляйте планом и на подпись. Кстати, о рынках... С вице-консулом разобрались? Выяснили, что она туда зачастила?

Зама озабоченно поморгал, потом в недоумение развел руками.

– Чепуха какая-то происходит, Владлен Николаевич, - признался, поерзав, - внешне все выглядит, словно она ходит туда всего с одной целью - купить сетку репы.

– Чего купить?
– переспросил Блеер, нахмурившись. Ему сперва показалось, что он ослышался.

– Репы, - понимающе хмыкнул полковник.
– Идет сразу к нужному ряду, придирчиво выбирает: щупает, чуть ли не обнюхивает каждую, и прямиком оттуда домой.

– Сетка репы?
– недоверчиво повторил Блеер, - что с ней можно делать-то?

Жора заинтересованно подался вперед, ему тоже было любопытно.

– Знаете...
– рука полковника заскребла в затылке, а в голос пробрались извиняющиеся интонации, - вот все выглядит так, словно она ее ест. По крайней мере в выносимом из квартиры бытовом мусоре находим отрезанные вершки и корешки в точном соответствии с числом купленных корнеплодов. Мы прикинули - примерно по полкило в день получается.

– Ест?!
– Блеер поморщился и потряс головой, словно никак не мог поверить в услышанное, - вот это дела...

– Постойте, - москвич-психолог вдруг резко подался вперед, - я правильно понял, что у этой Фолк неожиданно появилось странное вкусовое пристрастие?

– Да, - кивнул полковник.

Все выжидающе посмотрели на Витольда. На лице у того загуляла кривоватая укоризненная улыбка:

– Что ж вы так, товарищи офицеры... У вас что, жены во время первой половины беременности не капризничали?

Мужчины замерли, осмысливая. Потом Блеер со всего размаху, от души, шлепнул ладонью по столу, и возмущенно заблестел глазами:

– Ах, ты ж! Нет, ну когда ж успела-то?! Глаз ведь не сводили! Костя, - он резко повернулся к заместителю, - вы ничего этакого не фиксировали?

Тот дернулся было к папке с бумагами, потом энергично замотал головой:

– Абсолютно ничего. Абсолютно! За последние месяцы к ней в квартиру мужчина заходил только один раз: новый консул, и вылетел оттуда пулей через три минуты с расцарапанной мордой. И она ни к кому в гости не ходила.

– Ну и нравы у них, получается, в этом консульстве, - протянул Блеер с осуждением, - аморалка прямо на рабочем месте.