Чтение онлайн

— Я взяла его под свою опеку, поэтому обидев его, вы обижаете меня.

— Прости, Фэньцзинь… Я постараюсь быть с ним помягче, — Лю Чжан посмотрел на меня глазами побитой собаки… заставляя смилостивиться и погладить его по голове.

— Ладно. Главное, что ты понял. На первый раз прощаю, — я помогла ему встать.

— Мальчику нужна забота и поддержка. Ему нужно помочь восстановить здоровую психику и тело, а затем вырасти. Поэтому постарайтесь не говорить ему ничего, что может подстегнуть его посттравматический синдром.

— Извините, а можно вопрос? — Вылез из-за спины У Лэя один любопытный старейшина. Я кивнула. — А что такое посттравматический синдром?

— … — я шлепнула себя по лбу. — Психическое расстройство, которое человек получает после сильнейшего травмирующего события.

— Интересно, — Чен Хаочи задумчиво пожевал губу.

— … Но почему ты выбрала именно его? Как бы ты ни пыталась скрыть это, от него за версту фонит энергией ян. Он же даже не сможет перенять твой путь Жажды Жизней, — было видно, что Лю Чжан особенно старался подбирать слова, чтобы ему второй раз не влетело.

Пришлось надолго замолчать, в попытке придумать что же на это ответить…

Это не я его выбрала, а меня выбрали для него. Он мое спасение и причина того, что я еще жива. Сын Неба сам того не ведая подарил мне вторую жизнь и лишние три тысячи лет… Конечно, у госпожи Ванг нет доступа в этот мир, и она никак не сможет меня наказать за невыполнение условий сделки. Но я же не мразь какая-то, чтобы не знать, что такое благодарность. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать его счастливым. Обучу его настолько хорошо, что мой ученик станет сильнейшим. Влюблю его в этот мир.

Это будет сделано не ради цели задания, это просто мой способ сказать спасибо. Спасибо за то, что дал смертельно больной прожить больше каких-то тридцати лет…

И пусть он никогда об этом не узнает. Главное, что об этом знаю я. Этого вполне достаточно.

Это не все причины моего поступка. Стоя на подиуме аукциона, маленький раб выглядел таким жалким, таким измученным, что у меня защемило сердце… а также…

— Он похож на У Цинхуя, — когда хмурый У Лэй впервые за целый день что-то сказал, мы все замолчали. Мастер меча всегда говорил мало, но метко.

— Точно!.. Эй, Фэньцзинь, ты что до сих пор его не забыла? Этот подросток не может быть им. Ты же знаешь, что его душа была полностью уничтожена… — сказал Лю Чжан, заставляя меня почувствовать легкую грусть… ведь уже прошло столько лет.

— Извините, что прерываю… но кажется, Сяо Цзинхуй сбежал, — поднял руку Чжао Дуоцай и нервно проговорил.

Мое сердце ушло прямо в пятки.

— Он не У Цзинхуй… Не называй его так, — тяжело проговорила я и проверила местоположение моего подопечного с помощью духовного восприятия.

— Нет, он просто гуляет, — сказала я с сомнением.

— Тогда почему он бежит со всех хилых ножек в противоположную от нас сторону? — с таким же сомнением проговорил Чжоу Дуоцай.

Мне не хотелось верить, но видимо так и есть.

— Лэй, сходи, пожалуйста, удостоверься. Если он действительно убежал… то просто вернись назад.

У Лэй молча воспользовался Шагом в Тысячу Ли и скрылся в лесу за полями.

При приближении моего Старейшины, которое он не пытался скрыть, мальчик спрятался… Хмурый У Лэй вернулся через пять минут.

Все было понятно без слов.

А ведь были предпосылки… были. И я не буду его заставлять. Если это то, чего он действительно хочет, то, что сделает его счастливым… мне ничего не остается, как принять этот выбор.

Я подняла глаза вверх и посмотрела вдаль на то место, где должен был быть мальчик… И мне вновь показалось, что наши взгляды встретились… хоть это и невозможно.

В его глазах был сильный страх…

Невольно в голове промелькнули болезненные воспоминания…

— Мама мне сказала, что с тобой нельзя дружить, потому что ты яо! Страшный красноглазый монстр!

— Уааааа! Она страшная, страшная, страшная! — с этими словами дети начали закидывать меня своими игрушками.

— Верь сердцем, но наблюдай глазами. Мы верим вам, но для того чтобы предотвратить смуту, должны провести проверку. Надеемся, что достопочтенная мастер секты не будет гневаться на стариков, — сказал старый хрыч на первом собрании мастеров сект.

— Безопасной прогулки, уважаемая госпожа культиватор! — поклонились бандиты в преступном районе, по которому мы прохаживались.

Меня всегда боялись и сторонились… с рождения я то и дело ловила на себе взгляды полные страха… не только страха… презрения, ненависти, злости… жалости. Мне не впервой такое ощущать, но все равно очень больно.

Хоть и понимаю, что ребенок относится ко мне так не из-за альбинизма, а из-за посттравматического синдрома, который не позволит ему так просто доверять людям, моя застарелая травма все равно говорит мне: «На самом деле он боится ТЕБЯ»…

Я знала, что должна принять правильное решение.

— Улетаем, — я криво улыбнулась моему несостоявшемуся ученику и запрыгнула на Сяо Хун.

(Таоте — один из девяти великих драконов Китая. Очень сильный и прожорливый)

Этот мир отвратителен. Прогнивший насквозь, презренный, мерзкий… грязный. Грязь повсюду. Я тону в ней и не могу выбраться, как бы ни старался.

Мне больно смотреть на него, ведь он разъедает мои глаза. Не могу в нем дышать, так как зараженный воздух разрушает мои легкие. Ступая по земле, я будто хожу по вонючему болоту…

Как же я его ненавижу. До боли, до зубного скрежета. Особенно разумных существ, ведь именно они являются причиной всей этой мерзости. Их мысли, поступки, действия… Я их презираю и желаю уничтожить всей своей уставшей душой.

Крепостных, которые в стремлении получить свободу совершали низкие поступки.

Царей, королей и императоров смертных, промывающих мозги подданным пропагандой, заставляя их принять рабскую философию жизни. Правителей, которые наживались на своих человеческих собственностях и убивали десятки тысяч ради своих эгоистичных целей.