Чтение онлайн

— Что, переспал с девушкой?

— Угу! Точняк на Новый год! Сначала в компании гуляли, потом, шампанского пережрав, на улицу. А там мороз, ну ты помнишь. А у меня хата свободна. Мать к родственникам праздник отмечать поехала. Ну мы – ко мне. Отогрелись, покурили, да и разложил ее. Не сопротивлялась. Отдалась, как будто так и надо. Безо всяких базаров. Целкой оказалась. А я, признаться, не надеялся на это. Но целка.

Волков спросил:

— Переживала потом, наверное, плакала?

— Ага! Плакала! Жди! Встала, как кончили, она только и сказала: простыню убери, а то мать кровь заметит. Я и не думал об этом. Простыню – в мусоропровод, не стирать же ее. Потом до утра за столом при свечах сидели. О чем базарили, не помню. А под утро она предложила опять трахнуться. Ну, я не отказался. Не дурак. Вот тут она дала, видно, после первого раза раздраконилась. У меня сейчас яйца болеть начинают, как вспомню, что мы утром 1 января с ней вытворяли. И на софе, и в кресле, и на журнальном столике, и на полу. С ума сойти.

— Сколь же презервативов вы ухандокали?

— Какие презервативы? На живую любовью занимались. Алла сказала, никакой резины, а мне и хорошо.

— Так она забеременеть же может, ведь ты в нее кончал?

Сонин задумался:

— В нее! Черт! А ведь верно, Диман, точняк забеременеет. Но это же ништяк? Гулять не будет. Хотя нет, загуляет обязательно. А беременность? Херня! Аборт сделает! Да, рожать не будет. Да и ждать тоже. Так что давай завязывать базар о ней! С красивыми жизни все одно не получится. Это самому надо красавцем быть, как Тарзан, да бабок иметь немерено. А мне где взять и то и другое? Морда обычная, фигура – тоже не атлет, а насчет «бабла» вообще молчу! Если устроюсь куда охранником, хорошо. А таким, как Алла, охранники не нужны! Одно радует, я ее первый отымел. Первый бабой сделал!

— Но ведь она тебе тоже письма писала?!

Сонин согласился:

— Писала! Последнее как раз перед отъездом сюда получил. Пишет, что тоскует. Мол, забыть ту ночь не может. Как будто она у нас одна была. Мы потом еще кувыркались у нее на хате.

— А может, Антон, она действительно полюбила тебя, никто другой ей не нужен?

— Смеешься?

— Нет, серьезно! Если полюбила, то никаких бабок не надо! И мужиков других.

Сонин почесал затылок:

— Ну если только так, но… нет, не верю. А там хер его знает. Я не против, чтобы дождалась. Говорю, красавица она и вообще деваха неплохая. По характеру. Короче, чего сейчас об этом бакланить? Посмотрим, что дальше будет, тем более у нас с тобой времени валом. Целых два года! Как подумаешь, два года, так выть хочется.

Антон вздохнул:

— И когда сержант перерыв объявит? Курить охота!

— Да уже и должен, по идее!

Жуков словно услышал молодых солдат. Над территорией склада раздался его звучный голос:

— Внимание, отделение. Прекратить работу. Построение возле бокса. Выходим к месту перекура за территорию склада. Отдых десять минут.

Комбат в это время находился в своем кабинете. Отчего-то вспомнился Детрун. Почему – Грабов и сам понять не мог. Подполковник гнал мысль об убитом прапорщике, но Детрун и все, что происходило позже, надоедливой мухой, не находящей выхода, билось в мозгу. Тогда мощный взрыв заставил Грабова поднять батальон по тревоге. Взрыв ведь мог случиться и на верхних складах. Версия для офицерского состава батальона. Пришлось поднимать батальон. Уточнив обстановку, Грабов выехал к месту трагедии. Дом Детруна превратился уже в кучу обугленных дров. Труп пожарные вытащили. Точнее, то, что осталось от прапорщика. Головешка, черная и неузнаваемая. В глаза бросилась такая же черная плита, покореженная от взрыва газового баллона. Пожарные по плите и установили причину возгорания. Кран одной из конфорок был открыт. Это и привело к тому, что взрыв отнесли к небрежному отношению прапорщика с баллонным газом. Несчастный случай.

А чуть позже комбат лично встречался с Рустамом. Тот спросил, ну как, мол, обставил дело с прапором. Пришлось петь чеченцу дифирамбы. Они это любят. Хотя, надо признать, провернул он дело профессионально. Террорист с опытом. Рустам передал подполковнику деньги за хранение груза, вместе с долей Детруна, которую Грабов, понятно, оставил себе. Через двое суток явилась супруга Детруна. Постояла на похоронах, не проронив ни слезинки, да и упорхнула из поселка.

А позже мужики деревни нашли в лесу парикмахершу, которая пропала в ночь взрыва дома Детруна. Милиции предстояла сложная работа найти убийц женщины. Что было практически невозможно. Тогда следователь принял гениальное по простоте и все объясняющее решение. Он связал смерть парикмахерши со смертью Детруна. Ни для кого в поселке не являлось секретом, что Лариса Капустина иногда встречалась с прапорщиком. Наверняка и этой ночью она была у Детруна, тем более тот холостяковал, супруга уехала к родным. Между любовниками возникла ссора, переросшая в скандал. И по пьянке, в порыве гнева, прапор замочил любовницу. И скорее всего в постели, где она находилась голой по понятным причинам. Прапорщик же, до этого поставивший на плиту чайник, забыл о нем, так как надо было избавляться от тела. Что он и сделал, оттащив его в лес и прикопав в лесной яме. Вернулся в дом, уже полный горючей смеси. В сенях чиркнул зажигалкой или спичкой. В результате – взрыв, усиленный резервными баллонами и канистрами с бензином. Все сошлось. Труп Детруна был найден как раз в сенях! Дело закрыли! Толстозадую парикмахершу похоронили рядом с любовником.

Позднее приезжала еще комиссия из штаба бригады. Грабов приготовил для гостей сауну, водки, местных молоденьких, ошивающихся на трассе проституток и три дня не давал старшим офицерам штаба прийти в себя. Какая уж тут работа. После чего загрузив «уазик» продуктами с подсобного хозяйства, ящиком с коньяком и папкой заключения комиссии по несчастному случаю с прапорщиком, который под диктовку комбата написал писарь штаба, отправил опухших от пьянки членов комиссии в Белогорск. После чего наступил период относительного спокойствия. До звонка Рустама. Но его Грабов ждал. До тридцатого числа они с Лопуховым и Кутенко все подготовят для приема главного груза – крупной партии наркоты, сулящей комбату большие деньги. И на этом, с отправкой колонны, набитой героином, в столицу, закончить бизнес. После чего упакованного деньгами Грабова переведут на вышестоящую должность в Белогорск. А дальше – посмотрим.

Подполковник подошел к окну. На территории – никого, все в парке. Так и должно быть. Грабов сел в кресло. Отчего-то взглянул на сотовый телефон, лежавший за письменным прибором. И тот, словно по команде, начал вибрировать.

Грабов взял мобильник. Увидел на дисплее букву «Р». Черт! Рустам! Он не должен был звонить сегодня. Видимо, что-то произошло. Сердце оборотня-подполковника сжал обруч страха. Ответил, стараясь говорить спокойно:

— Слушаю тебя, друг!

— Здравствуй, Сережа!

— Здравствуй!

— Не ожидал звонка?

— Нет! Но всегда рад слышать тебя!

Рустам усмехнулся:

— Ты еще больше обрадуешься, когда я сообщу тебе небольшую новость.

— Да? И что за новость?

— Так! Мелочь! Главный груз прибудет в запасной район вверенной тебе части не тридцатого числа, а сегодня где-то около полуночи.

— Но, но… почему сегодня? Я готовился к тридцатому!

— А вот это, подполковник, вопрос не ко мне! Тебя свести с людьми, кто заправляет транзитом? Только для этого тебе придется покинуть свой спокойный батальон и для начала приехать в Чечню! Не хочешь вспомнить прошлое? Я бы показал тебе те места, где ты доблестно воевал с моджахедами и от которых героически бежал, попав в плен. За что получил так нужный тебе орден, а? Устроим прогулку?

— Да нет уж, спасибо! Как-нибудь без этого!

— Дело твое! Я не настаиваю! Короче, Граб. В полночь или раньше Артур сообщит тебе точное время прибытия колонны с товаром, организуешь работу по нему. И чтобы все прошло как всегда. Ставка в игре очень велика. Жизнь! Не забывай об этом! У меня все. Вопросы не принимаю, чувствую, у тебя их много. Как примешь груз, встретимся. Тогда за шашлычком, хорошим вином и поговорим! Работай, подполковник. До связи.

Грабов автоматически ответил:

— До связи!

И только потом, отключив телефон, чертыхнулся:

— Твою мать! Все карты чечен спутал. Но… ничего не поделаешь. Сегодня встречать груз, значит, сегодня. В принципе, это даже и к лучшему. Раньше придет наркота, раньше уйдет. И все, хана. Деньги – на карман, и никаких больше дел с Рустамом. Даже если он вдруг захочет продолжить сотрудничество. Пусть ищет другой канал.

Комбат по внутренней связи приказал дежурному по батальону вызвать к нему заместителя по обеспечению Лопухова и командира взвода Кутенко. Срочно!

Парково-хозяйственный день закончился. Жуков вернул отделение в расположение взвода. Там его ждал Кутенко. Сержант вошел в канцелярию:

— Товарищ старший лейтенант, сержант Жуков по вашему приказанию прибыл!

Взводный спросил:

— Боксы на складе опечатал?

— Так точно!

— Давай печать!.. Сейчас я уйду. Взвод – на тебе! После обеда – отдых. Для всех, включая молодых. Никаких для них напрягов, ясно?

— Так точно!

— Сегодня общебатальонного построения не будет, так что поверку проведешь как обычно.