Спецоперация «Любовь». Вторая фаза
Шрифт:
Мишель непонимающе взглянула на него
– В смысле, что вечером нас ждёт Алиса, ты, что уже забыл?
– Точно, – он отпустил ее – день рождение твоей подруги.
Они сели в машину и выехали со стоянки.
Всю дорогу они ехали молча. Эльза, набегавшись в детском центре, уснула. Святослав, сдвинув брови, о чем-то напряженно размышлял.
Мишель же пыталась понять смысл сообщения, которое она случайно заметила: "Дай мені ще пару днів. Все за планом."
"Что бы это могло значить? И кому он это отправлял? И почему так занервничал?"
Когда они добрались домой, на сборы остался всего час.
Святослав занес охапку пакетов в дом и рухнул на диван
– Мишель, а что мы будем делать с Эльзой?
– Я уже договорилась со своей подругой, она посидит с ней.
Эльза нахмурила брови
– Я не хочу ни с кем сидеть! Я хочу с вами!
Мишель подняла малышку на руки
– Конфетка моя, мы с дядей Славой идём на день рождение к моей подруге, оно будет поздно ночью в клубе и туда не пускают деток, даже таких милых, как ты.
– Даже если я одену новое красивое платье?
Святослав подскочил к девочкам, завалил их обеих на диван и стал щекотать
– Тем более в новом и самом красивом платье!
Девочки хохотали и пытались сбежать от него, но это было не так легко
– Мы даже Мишель оденем в старое и страшное платье, чтобы ее пустили!
В этот момент Эльзе удалось выскользнуть и убежать в другую комнату.
Святослав просунул под Мишель одну руку и крепко прижал ее к себе. Зажатая между диваном и сильным телом Святослава, Мишель не могла даже пошевелиться. Оставив тщетные попытки высвободиться, которые только забавляли Славу, она повернула лицо к нему, так, что их губы почти соприкасались
– О каком это старом и страшном платье ты говоришь, можно узнать?
Святослав часто и глубоко дышал, он долго смотрел в ее зеленые глаза, а затем перевёл взгляд на ее губы. Мишель шумно сглотнула и закусила губу.
– Це чортове колечко…
Он вцепился в ее нижнюю губу и языком стал играть пирсингом.
Мишель выгнула спину и закрыла глаза.
Она хотела бы вцепиться в его спину, но он крепко держал ее руки, и прижимал собой, не давая даже пошевелиться.
– Не здумай одягати ту сукню, яка була на тобі в Польщі, інакше я за себе не ручаюся.
– Можешь не беспокойся, его не будет, будет другое, но я не думаю, что оно сможет как-то тебя успокоить.
Святослав покрыл поцелуями ее шею, ключицы, дошел до уха и подцепив зубами сережку, снял ее.
– І заміни другу сережку, щоб у мене не було проблем, а значить їх не було і у тебе.
– У тебя точно будут проблемы, если ты не отпустишь меня прямо сейчас, или я не успею одеться и мне придётся идти только в том, что мы прикупили сегодня.
– Боже, дай мені сил стерпіти цю маленьку російську погань! – Святослав одним движением развернул ее на живот и шлепнул ей по заднице.
Мишель взвизгнула.
– Так, детка, я давно хотів тебе відшльопати – он развернул ее лицом к себе и поцеловал – ладно, беги, а то мы так и правда, не доберёмся до твоей подруги, хотя, я бы предпочёл остаться с тобой наедине.
Мишель лишь улыбнулась ему и убежала в свою комнату.
" Так, мабуть це буде не так просто, як я припускав" – подумал Святослав и пошел в душ.
Глава 13
"Очень даже не плохо" – размышляла Мишель, крутясь перед зеркалом.
Из отражения на нее смотрела утонченная леди, в которой не было и намека на розовую сумасбродную зефирку.
В алом платье в пол, облегающем все ее изгибы. Открытое плечо и рука, подчеркивали ее острые ключицы, вторая рука была скрыта до самого запястья рукавом, воротник стойка закрывал шею с той же стороны до самого уха, обнажая ее с другой. Высокий разрез, обнажал при каждом движение ее ногу до самой бедренной косточки. Такая модель платья не предполагала наличия какого-либо белья, поэтому Мишель решила оставить недавно купленные комплекты, до следующего раза.
Она гладко зачесала волосы назад. Нарисовала широкие чёрные стрелки, густо накрасила ресницы, подчеркнула скулы и поддержала платье такой же алой помадой на губах.
Из украшений она выбрала огромные серьги-люстры из черных кристаллов. И чёрные шпильки с тонкими ремешками, оплетающими, словно дикий плющ, ее щиколотки.
Она достала свой любимый парфюм и, закрыв глаза, чтобы ничего не мешало ей насладиться ароматом, нанесла его на себя.
Когда она открыла глаза, то в зеркале, за своей спиной, она увидела высокого, подтянутого брюнета. В чёрной рубашке, по-хулигански расстёгнутой на 2 пуговицы больше, чем это полагается, в черных узких брюках, с идеально ровной стрелкой, о которую можно было пораниться, тонкий чёрный кожаный ремень блестел стальной бляшкой и чёрных туфлях. Он мог бы легко сойти за сноба, если бы ни его щетина, которая выдавала его бунтарский нрав.
Он засунул руки в карманы брюк и внимательно наблюдал за ней.
Святослав сделал пару шагов и оказался рядом с ней. Он обнял ее за талию и прижал к себе.
Из зеркала на них смотрела идеальная пара, словно нарисованная каким-то художником, который продумал каждую деталь этой прекрасной картины.
– Мы неплохо смотримся – сказал Святослав и поцеловал ее в плечо.
Мишель закрыла глаза и промурлыкала
– Интересно, мы во всем так друг другу подходим…
Святослав развернул ее к себе
– Ты когда-нибудь перестанешь меня провоцировать?
Мишель прикоснулась к его губам и произнесла
– Когда-нибудь…
***
Hummer, глухо рыча, запарковался возле клуба.
Святослав выключил зажигание и развернулся к Мишель, она теребила колечко на губе и смотрела куда-то вдаль, глубоко погрузившись в свои мысли.
Он взял ее за подбородок и развернул к себе
– Эй, ты в порядке? Ты какая-то странная…
– Эмммм, да, да… – пыталась как можно увереннее ответить она, не выдав тревожные мысли, которые поселились у нее в голове – я… я просто волнуюсь, девочки совсем не ожидают тебя увидеть… и…
– И что? – прервал ее Святослав – мое общество, это какая-то проблема? – он нахмурил брови.
– Нет! Нет! Ты не правильно понял, просто это все так неожиданно…
Святослав оборвал ее поцелуем. И в тот же момент все ее страхи и переживания развеялись. Он был самым чудесным лекарством, самым сладким ядом, ее личным наркотиком. И если за эти моменты счастья ей придётся заплатить слишком высокую цену, она готова. Она отпустила последние тревожные мысли и растворилась в теплых волнах страсти, которые накрывали ее все выше и выше.