Чтение онлайн

Весной и летом 1919 года обширная территория от Урала до Забайкалья оказалась покрыта густой сетью партизанских отрядов, которые в основном концентрировались вдоль Транссибирской железнодорожной магистрали. Особо крупных масштабов партизанское движение достигло в Алтайской, Енисейской и Иркутской губерниях. По подсчетам исследователей, к концу 1919 года в Сибири насчитывалось около 140 тыс. партизан{906}. Для борьбы с ними А.В. Колчак, так же как и А.И. Деникин, был вынужден направлять воинские части. Поэтому для выявления мест дислокации, получения данных о перемещениях, численности и вооружении отрядов привлекались разведывательные органы штабов военных округов. С помощью агентуры, а также конных разъездов, проводивших опросы местного населения, колчаковцы постоянно держали под наблюдением партизанские отряды. Данные по ним регулярно предоставлялись высшему военно-политическому руководству наравне со сводками с фронтов, что говорит о серьезном значении, которое придавали белогвардейские генералы борьбе с восставшими. Разведку красных партизан также вели чехи и румыны и обменивались данными со штабами военных округов.

Несмотря на то что колчаковцы располагали полными сведениями о партизанских отрядах, войсковые операции, сопровождавшиеся жестокостью по отношению к восставшим и местному населению, приводили к прямо противоположным результатам — к увеличению числа противников Белого движения. По этой причине главком Восточного фронта генерал М.К. Дитерикс потребовал не применять жестких мер к населению, в частности, отказаться от сожжения деревень{907}.

Начальник штаба Иркутского военного округа приказал начальнику 14-й Сибирской стрелковой дивизии уничтожать лишь отряды, пленных передавать уездной милиции, а к населению, поддерживавшему белогвардейский отряд, проявлять полную доброжелательность, расплачиваться с ним наличными, но в то же время потребовать от него выдачи оружия и партизанских главарей{908}.

Однако принимаемые белогвардейцами меры были неполными и запоздалыми, поэтому не могли привести к позитивным результатам.

В целом же партизанское и повстанческое движение в Сибири оказало большую помощь Красной армии в разгроме белогвардейцев.

Фронтовая разведка регулярно обеспечивала белогвардейское командование сведениями о силах и средствах противника на Сибирском театре военных действий. Наиболее результативной ее работа была при ведении наступательных операций, когда агентурные данные дополнялись другими источниками — показаниями перебежчиков и пленных, захваченными документами противника.

В то же время роль белогвардейской разведки в вооруженной борьбе колчаковских армий с войсками противника была незначительной. Ведь исход Гражданской войны в Сибири, по большому счету, определяли не полководческие таланты генералов и офицеров, а поддержка населения той или иной воюющей стороны. Просчеты правительства во внутренней политике оказали пагубное влияние на боеспособность вооруженных сил, которые в итоге не смогли противостоять натиску частей Красной армии.

После разгрома колчаковских войск в феврале 1920 года были образованы Войска Российской Восточной окраины, 27 апреля переименованные в Дальневосточную армию (ДВА), имевшей в своем составе три корпуса. Летом—осенью она вела бои в Забайкалье с Народно-революционной армией Дальневосточной Республики (НРАДВР).

Как свидетельствуют архивные документы, белогвардейская спецслужба внимательно следила за всеми передвижениями войск противника, используя агентурную, войсковую, реже — воздушную разведку. Так, к 1 октября 1920 года ей удалось предоставить командованию ДВА сведения о штабе НРА ДВР, ее организации и тыле.

К этому времени Военный совет Амурского фронта разработал план наступательной операции, предусматривавший нанесение главного удара в полосе Забайкальской железной дороги через ст. Карымская на Читу. Располагая достаточным объемом необходимых сведений, разведка предупредила штаб ДВА, что части Забайкальской кавалерийской дивизии (начдив Я.Н. Коротаев) «будут наступать в направлении Карымское с целью перерезать железную дорогу»{909}.

19 октября войска Амурского фронта перешли в наступление и 22 числа заняли Читу. Во второй половине ноября разгромленные части Дальневосточной армии отступили в Маньчжурто.

После передислокации остатков ДВА в апреле 1921 года в Приморье группировка войск, дислоцировавшаяся в Гродеково, подчинялась Г.М. Семенову («семеновцы»), а остальные — штабу армии («каппелевцы»). Между этими группировками велась скрытая борьба, поэтому силы их разведывательных органов были направлены на выявление агентуры соперничавшей стороны в своих войсках. В частности, в июне в разведсводке сообщалось о проведении в расположении отдельного добровольческого отряда имени генерала Корнилова агитации с целью перехода в «каппелевские» части{910}.

Разведка Гродековской группировки летом 1921 года занималась не только сбором сведений о частях НРА и партизанских отрядов, но и выявляла большевистских агентов и агитаторов в своих частях, а также подпольные организации, т.е. выполняла контрразведывательные функции. Так, в одной из разведсводок сообщалось, что на партийном собрании в Никольск-Уссурийске обсуждался вопрос о присылке в Гродеково взрывных устройств и о намерении большевиков через железнодорожников портить пути сообщения и мосты{911}.

Разведывательным отделением угенквара штаба Гродековской группы войск 6 июня были предоставлены схемы расположения повстанческих и советских войск на территории Советской России и ДВР{912}.

Чтобы обезопасить свой тыл, в ноябре 1921 года белогвардейцы нанесли ряд ударов по партизанским отрядам. 30 ноября Белоповстанческая армия перешла в наступление, разгромила партизан и вела бои с регулярными частями НРА. Разведка сообщила о прекращении с 5 декабря пассажирского движения на ст. Хабаровск. С 6 декабря началась переброска в город частей 3-й армии: 5250 штыков, 900 сабель, 32 орудия{913}. Но, несмотря на полученные подкрепления, части красных были разбиты. 22 декабря армия М.К. Дитерикса заняла город Хабаровск и вытеснила противника за Амур.

5 февраля 1922 года части под командованием В.К. Блюхера перешли в наступление. НРА в боях под Волочаевкой нанесла поражение белым, а к осени вытеснила их из Приморья. Однако отсутствие источников не позволяет нам говорить о деятельности разведки в ходе проведения Волочаевской и Приморской операций.

На деятельность белогвардейской разведки на Северо-Западе России немаловажное влияние оказала близость Петрограда к линии фронта. Ее аппарат через собственную агентуру, а также при помощи находившихся в городе антисоветских организаций собирал сведения военного, политического и экономического характера.

После переформирования на территории Эстонии в начале 1919 года квартирмейстерская часть штаба Северного корпуса во главе с ротмистром В.Г. фон Розенбергом, собрав необходимые сведения о положении недовольных советской властью рыбаков на Талабских островах, разработала и успешно осуществила план десанта на острова во главе с поручиком (позднее генерал-майором) Б.С. Пермикиным{914}.

Весной 1919 года командование корпуса, готовясь к наступательной операции, по данным советского военного историка Н.Е. Какурина, вело активную тайную разведку, засылая в глубокий тыл противника переодетых в красноармейскую форму агентов с целью детального изучения расположения артиллерии и штабов{915}.

В районе Торошино чекисты задержали белогвардейского агента, следовавшего из Петрограда в Псков, и обнаружили у него данные о состоянии железнодорожных путей на Новгород и Петроград, а также рекомендации по проведению восстания в вышеназванном населенном пункте{916}.

Информационное бюро, возглавляемое бывшим начальником отряда трайлеров Балтийского флота Четвертухиным, было хорошо осведомлено о положении в Петрограде: «Питание и боевое снабжение Красной армии все ухудшается: запасы боеприпасов истощены, а пополнения ничтожны, лучшие заводы Петроградского округа выдают не более нескольких десятков снарядов в день… топлива и материалов нет, оборудование заводов в отчаянном состоянии. Орудий, пулеметов и винтовок на складах Петроградского округа почти нет»{917}.